Сын
Шрифт:
Она положила газеты на стол и с улыбкой поглядела на сидевшего в кресле молодого темноволосого мужчину.
– Разумеется, - тот тоже улыбнулся.
– Хотя в последнее время меня, как и всех, стали интересовать новости экономики. Но лишь потому, что экономика напрямую влияет на уровень преступности.
– Это уж точно, - согласилась Маргарита Алексеевна.
Ребрин принялся переворачивать страницы, иногда на какой-нибудь задерживаясь.
Маргарита Алексеевна с минуту смотрела на него, а потом перевела взгляд на второго молодого человека, находившегося в комнате. Тот с самым беззаботным видом сидел с ногами
– Андрюш, - обратилась она к нему, - пора бы вам с Николаем подыскать себе какую-нибудь работу, что ли. А то который месяц болтаетесь без дела. Все деньги на кефир да на газеты уходят.
– Мама, не волнуйся за нас, - сказал блондин.
– Работу мы себе всегда найдём. Да её и искать не надо. Такие люди, как мы, нужны всем.
– А если всем, то почему сидите дома?
– Это только кажется, что сидим дома. На самом деле мы отслеживаем ситуацию на рынке сыскных услуг и ждём наиболее подходящих предложений. Правильно я говорю, Николай?
– повернулся он к Ребрину.
Тот, не отрываясь от газеты, кивнул.
Маргарита Алексеевна неодобрительно посмотрела на сына.
– Что ты за сыщик такой, что с дивана не слезаешь? Уж тогда бы в сторожа пошёл...
– А это мы всегда успеем!
– со смехом воскликнул блондин.
Маргарита Алексеевна направилась к двери, но, о чём-то вспомнив, вернулась к столу.
– Да, вот ещё что... Сегодня вам звонили.
Ребрин взглянул на неё.
– Кто?
– Какой-то мужчина. Сказал, что из "М-банка". Название-то какое придумали - "М-банк"...
– Во сколько был звонок?
– В восемь утра. В такое время вас, как известно, не добудишься. Я, конечно, постучала к вам в комнату, но вы не отозвались.
– Вы спросили, что ему нужно?
– Такие вопросы незнакомым людям я не задаю. Если им надо, сами скажут.
– А они не сказали?
– Спросили, удобно ли, если человек из банка заедет к вам днём, в четыре часа. Я ответила, что удобно. Ведь в это время у вас только второй завтрак.
Ребрин с улыбкой кивнул и посмотрел на запястье. Маленькая стрелка подползала к трём.
– Что поделаешь, Маргарита Алексеевна, если я не сплю по ночам.
– И зря! Это вредно для здоровья!
– Знаю, что вредно, но вот привык, - Николай перевернул газетную страницу.
– Спасибо, что предупредили.
Женщина вышла из комнаты.
Ребрин отложил газету и взялся за другую.
– Наверное, это по объявлению, - сказал Андрей, отпив из пакета.
– Нет. Если по объявлению, то никто бы сюда не поехал. Ни один работодатель не будет мчаться через пол-Москвы, чтобы посмотреть на своего будущего работника.
– Логично, - согласился приятель, допивая кефир.
– Тогда, по-твоему, что им надо?
Ребрин, переворачивая страницу, пожал плечами.
– Наверное, какое-нибудь поручение... Как всегда у наших банкиров, что-нибудь деликатное и грязноватое... Если так, то я ещё подумаю, браться за него или нет.
Зная характер друга, Андрей не сомневался: Николай не станет связываться с сомнительным клиентом, даже если тот будет предлагать хорошие деньги. В своё время Ребрин именно из-за этого уволился из милиции. После окончания юридического факультета он около двух лет
В Москве в это время начали открываться частные сыскные агентства. Устроившись в одно из них, Николай познакомился с Андреем Максимовым, который тогда только начинал учёбу в юридическом институте и делал первые шаги на детективном поприще. В агентстве "Шанс" они работали в одной связке. Им удалось раскрутить несколько дел, причём два из них были связаны с заказными убийствами. Лавры победителя, как водится, достались другим. Ребрин и Максимов получили лишь денежное вознаграждение, которое, впрочем, вскоре "сгорело" в лопнувшем коммерческом банке. А потом и само агентство обанкротилось, не выдержав разорительных судебных процессов и прессинга со стороны МВД.
Детективы остались без работы. Ребрин, скитавшийся в Москве по общежитиям и съёмным квартирам, собрался было уехать на родину - в далёкий уральский город Белоярск, но Максимов уговорил друга поселиться у него. Они с матерью жили в трёхкомнатной квартире, места хватило всем.
Нельзя сказать, что друзья сидели сложа руки. Надеясь найти работу в сфере детективных услуг, они обзванивали знакомых и давали объявления в газетах. Но время шло, а ничего не менялось.
Ребрин выглядел старше своих тридцати двух лет. Он был невысок, хорошо сложен, подтянут. Его тщательно выбритое лицо всегда сохраняло бесстрастное выражение. Украдкой разглядывая друга, Андрей чувствовал, что утренний звонок его всё же взволновал. Под маской невозмутимости, с какой Ребрин перелистывал газеты, скрывалось напряжённое ожидание.
В отличие от него, Андрею редко удавалось сдерживать эмоции. Он был моложе Ребрина на восемь лет, обладал общительным характером, был разговорчив и часто заглядывался на хорошеньких девушек. Привлекательная внешность и приятная улыбка делали его неотразимым. До окончания учёбы ему оставался год. Занятия начинались в сентябре, и, пока стояло лето, он всё свободное время проводил со своим старшим другом, обсуждая планы предполагаемой деятельности и вычитанные из газет криминальные новости. Целыми днями просиживал в его комнате. Часто даже не считал нужным одеться - сидел в одних трусах, пил кефир и что-нибудь рассказывал. После пяти он обычно ехал в спортклуб, на борцовские тренировки, в тир или на баскетбольный матч. Ребрин иногда составлял ему компанию. Оба считали, что самое важное для них сейчас, в дни вынужденного безделья, - не потерять форму.
– В тир я, пожалуй, сегодня не поеду, - сказал Андрей.
– Дождусь гостя.
– Тогда оденься хотя бы, - отозвался Ребрин, откладывая газету.
– А то как-то несолидно для детектива.
Андрей засмеялся и спустил ноги с дивана...
Звонок в квартиру раздался ровно в четыре. Маргарита Алексеевна впустила в прихожую двух мужчин. Ребрин с Максимовым уже шли им навстречу.
Тот, что постарше, протянул сыщику визитную карточку.
– Новицкий, Леонид Константинович, - представился он.
– Президент "М-банка". А это мой начальник охраны, Бурлаков Анатолий Михайлович.