Сын
Шрифт:
– Клычков?
– спросил Андрей.
– Не знаю. Но то, что все эти женщины, в том числе моя дочь, убиты одним и тем же человеком - несомненно. В папке вы найдёте патологоанатомические заключения по всем убийствам, включая убийство Татьяны, и сами убедитесь, что это так. Он наносит ножевые раны в одни и те же места, но не убивает сразу, а заставляет жертв мучиться, агонизировать...
– А как же рыжие волосы?
– воскликнул Максимов.
– Из одиннадцати убитых им женщин девять были рыжеволосыми, - сказал Новицкий, отчётливо выговаривая каждое слово.
– Рыжеволосыми?
–
– В Москве и в Подмосковье убивали рыжеволосых женщин? В прессе об этом ничего не было.
– Дела по всем этим убийствам объединены сравнительно недавно, когда стало ясно, что действует один и тот же преступник.
– Любопытно, - сыщик откинулся на стуле.
– Когда и при каких обстоятельствах совершены предыдущие убийства?
– Тут в папке есть материалы по каждому из этих дел, так что вы сможете попутно ознакомиться и с ними. Предположительно, преступник убивал женщин где-то в другом месте, а трупы вывозил в лес, чтобы скрыть их. Так что жертв может быть гораздо больше.
– И со всех снимал скальп?
– уточнил Андрей.
– В пяти случаях он снял его полностью и оставил у себя, в остальных ограничился тем, что располосовал жертвам кожу на голове. В общем, картина практически полностью совпадает с тем, что произошло у меня на даче.
– С той разницей, что ваша дочь не была рыжей, - заметил Ребрин.
– Я ещё не рассказал вам об убийстве Лидии Давыдовой, - продолжал банкир.
– Это женщина двадцати пяти лет, без определённого места жительства. В последние месяцы обитала в подвале нежилого здания в Медведково. Там же был обнаружен её труп. Убили её за два дня до убийства Татьяны, причём тем же способом, даже, как показала экспертиза, тем же ножом! Давыдова была брюнеткой. Маньяк, прежде чем изнасиловать и убить, заставил её, как и Татьяну, перекрасить волосы в рыжий цвет. Преступник снял с неё скальп и унёс с собой, но остатки крашеных волос остались на теле жертвы и на полу. Их исследование провели почти сразу после исследования волос Татьяны. Выяснилось, что краситель тот же самый - "Голден Стар".
– Наверное, ему слишком мало встречается рыжих женщин, - предположил Андрей, - поэтому он начал убивать всех прочих, только заставляет их краситься...
Сыщик несколько минут перелистывал бумаги.
– Вы узнали, где находился Клычков во время убийства вашей дочери?
– прервал он молчание.
– И заодно - во время убийства Давыдовой?
Новицкий развёл руками.
– Покойников, сами знаете, не допрашивают, а осторожные расспросы членов банды Резаного ничего толком не дали. Надёжного алиби у Клычкова, похоже, не было.
– Здесь есть протокол обыска на его квартире?
– В самом конце. Обнаруженные у него женские трусы могли принадлежать Давыдовой. Кровь на них той же группы, что и у неё.
– На трупе Давыдовой трусов не было?
– Нет. Убийца унёс трусы и снятый скальп.
– Куда, интересно, он девает скальпы?
– озадачился Максимов.
– Если уносит с собой, значит, они ему для чего-то нужны?
Новицкий пожал плечами, а Бурлаков усмехнулся.
– Я задавал этот вопрос следователям, - сказал банкир, - но внятного ответа
Ребрин нашёл копию протокола.
– Здесь указано, что для лабораторного исследования изъято нижнее бельё Клычкова. Что оно показало? Найдены следы крови его жертв?
Банкир отрицательно покачал головой.
– Нет. Всё чисто. Это-то меня и настораживает. Ведь кроме трусов и ножа обязательно должны были ещё что-то найти. Например, верёвку, которой он связывал женщин. Вазелин. Наконец, волосы убитых... Уж волосы-то, кажется, обязательно должны были найти. Так нет же! Не нашли ни единой рыжей волосинки! Кстати, и на обнаруженном ноже нет ни одного отпечатка. Всё затёрто.
– По-вашему, улики, указывающие на причастность Клычкова к преступлениям, ему подбросили?
– спросил Ребрин.
– А вот я и хочу, чтобы вы это выяснили. Пока существует хотя бы малейшая вероятность, что убийца жив и находится на свободе, я не смогу успокоиться. Я должен убедиться на все сто, что мою дочь убил именно Клычков. Следствие слишком легко списало всё на него. Мне мало улик, обнаруженных у него на квартире. Я хочу знать правду!
Новицкий вытащил из кармана платок и принялся вытирать лоб. Чувствовалось, что и Бурлаков нервничает. Начальник охраны курил одну сигарету за другой.
– Я понимаю ваши чувства, - сказал сыщик, листая копии следственных материалов.
– Здесь где-нибудь есть указания на наличие спермы на трупах?
– Да, это в выводах лабораторного исследования. Сперма убийцы обнаружена во влагалище Давыдовой...
– А в случае с вашей дочерью?
– И на ней тоже есть, - с усилием проговорил Новицкий.
– Исследования показали, что сперма везде одна и та же. Она соответствует первой группе крови, резус положительный.
– Самая распространённая группа!
– воскликнул сыщик.
– Её имеет сорок пять процентов мужского населения земного шара!
– И у меня такая же, - вставил Максимов.
– И у Клычкова, - сказал банкир.
– А поскольку, как вы правильно заметили, это очень распространённая группа, то принадлежность её Клычкову может быть простым совпадением. Вот вам ещё один повод для сомнений в его причастности к убийствам.
Ребрин задумался.
– Значит, помимо вашей дочери, его жертвами оказались ещё десять женщин...
– проговорил он.
– Как минимум. Следователи уверены, что найдены далеко не все трупы.
Воспользовавшись возникшей паузой, в разговор вступил Бурлаков.
– Я думаю, что убийца всё-таки Клык, - сказал он, выдыхая дым.
– Но если кто другой, то вы должны его найти. Найдите его, а мы разберёмся с ним сами!
Новицкий положил руку ему на плечо.
– У Анатолия есть все основания так говорить, - сказал он.
– Он и моя дочь любили друг друга. В самом ближайшем будущем они собирались оформить свои отношения... Для него это такой же удар, как и для меня.
Бурлаков опустил голову. Сыщик посмотрел на Новицкого.