Сыновья
Шрифт:
Фоменко сел на пятачок выгоревшей травы.
— А почему ты решил подрывать мины?
— Четыре штуки с элементами неизвлекаемости.
— А где замполит?
— Он полчаса назад на БТР уехал в третий взвод. По его приказанию эту информацию, — кивнул головой на листовку лейтенант, — повесили, чтоб каждый, кто придет попить воды, прочитал.
— Святцев нашел несколько мин в каризах, имей это в виду.
— Понял. Для их проверки я выделил одно отделение, которое только что двинулось туда.
Вдруг
— Товарищ капитан, к нам Цезарь мчится!
Фоменко оглянулся и увидел пса. Он бежал по их следам, улавливая запах верхним чутьем.
— Это Святцев его направил. Что-то там случилось? — озабоченно промолвил командир роты.
Высунув язык и тяжело дыша, Цезарь уперся хозяину передними лапами в грудь и попытался лизнуть в лицо. Но Фоменко увернулся и, нащупав на ошейнике кармашек, вытащил оттуда записку.
«Товарищ капитан! Вас разыскивает командир афганской роты. У него есть новости. Святцев».
Фоменко посмотрел на лейтенанта Кузнеца.
— Извини, браток, к тебе пока не пойдем. Надо срочно с афганскими товарищами встретиться.
Фоменко кивнул головой Рустамову, и они быстрым шагом направились к кишлаку. Рядом с Фоменко засеменил Цезарь. Пес не скрывал своей радости: он опять вместе с хозяином!
Командир роты находился у себя и, увидев советского капитана, заулыбался и направился навстречу.
— Радиограмма от командира батальона пришла! Банду окружили. Али Мохаммад помог. С его помощью и нашли.
— Бой идет?
— Пока нет. Командир предложил им сдаться. Если через полчаса не сдадутся, наши откроют огонь.
— Карта есть у вас? — поинтересовался Фоменко.
— Конечно. Прошу в палатку.
Фоменко достал из полевой сумки свою карту и, глядя на афганскую, лежавшую на столе, где кружком было обведено местонахождение банды, перенес данные на свою. Спросил:
— О советском солдате ничего не слышно?
— В том-то и дело, что нет. Поэтому командир батальона и вступил с бандитами в переговоры, боясь, что во время боя может погибнуть и ваш солдат.
Фоменко прикинул расстояние: километров двенадцать будет.
— Наша помощь комбату не нужна?
— Нет. Сил там достаточно, а то, что вы делаете сейчас здесь, не менее важно.
К командиру роты подошел солдат и что-то сказал. Командир обратился к Фоменко:
— Извините, товарищ капитан, меня к радиостанции комбат вызывает.
— Давайте. А я подожду, вдруг что-нибудь срочное.
Командир роты вышел из палатки и направился к машине связи, которая стояла недалеко.
Минут через пять он вернулся.
— Бой уже идет. Наши смогли захватить главаря банды.
— Того самого Саида Ака?
— Да, его. Он уверяет, что советского солдата в банде уже нет. Его еще раньше переправили в Пакистан.
— А фамилию солдата душман не назвал?
— Ой! А я не спросил, —
— Ладно, подождем.
Фоменко направился к месту работы третьего взвода. Только капитан вышел на окраину кишлака, как где-то далеко затарахтел мотор. Фоменко улыбнулся.
— Слышишь, Рустамов, Мусонов со своими ребятами уже запустили стального коня!
— Так точно, товарищ капитан, слышу! Если Игорь захочет, то у него даже телега пахать землю будет. Большой специалист.
— Ну а ты в какой области специалист?
— Я все могу, товарищ капитан, — заявил Рустамов. — Могу плов сделать — пальчики оближете. Могу бишбармак, могу даже сибирские пельмени сделать!
— Ну а трактор починить?
— А вот трактор починить не могу, товарищ капитан.
— Сразу видно: мастер на все руки, — засмеялся Фоменко.
— Почему на все? Товарищ капитан, только на две руки и то по части хорошо покушать, — во весь рот улыбался Рустамов.
Обогнув угол последнего дувала, они увидели бронетранспортер, на котором стоял громкоговоритель. Из динамика неслись простые, волнующие душу и сердце солдата слова:
Высота, высота, синева, синева, Это мирное небо над Родиной. И простые, и строгие слышны слова, Боевым награждается орденом…За бронетранспортером была палатка. У входа в нее висела «молния». В ней сообщалось, что за первую половину дня взводом обезврежено двадцать девять мин. Назывались фамилии наиболее отличившихся саперов.
К палатке прямо по пахоте шагал замполит.
— Молодец, Иван Матвеевич, — похвалил его Фоменко, — и «молнию» успел выпустить, и музыкой душу солдатам веселишь.
— Да они тут и без меня не скучали. Посмотри, какую уже территорию обработали.
До самого вечера пробыл Фоменко в третьем взводе, потом с замполитом сели на бронетранспортер и поехали к КП роты. По пути заглянули к афганцам. Командир роты сообщил, что бой в горах продолжается.
Наступила ночь. А со стороны гор доносились звуки ночного боя. Тяжело ухала артиллерия, вспыхивали зарницы. Несмотря на усталость, Фоменко долго не мог уснуть. Из головы не выходили мысли о солдате. Кто он? Что с ним?
Уже под утро Фоменко узнал, что батальон полностью разгромил банду и возвращается к кишлакам. Капитан томился ожиданием.
И вот наконец насквозь пропыленная колонна прибыла.
Командир батальона протянул Фоменко несколько фотографий и письмо.
— Это мы забрали у главаря банды.