Сыщик Бреннер

Шенгальц Игорь Александрович

К счастью, обошлось. Сестры сидели в верхней гостиной в целости и сохранности. Петра читала книгу, а Лиза игралась с довольно крупным на вид пушистым котенком. Сказать по правде, я совершенно позабыл об утреннем разговоре и сейчас уставился на котенка, не понимая, откуда он здесь взялся. И только спустя несколько долгих мгновений сообразил, что они все-таки купили его, как и собирались.

Я сделал знак Костасу задержаться в коридоре, а сам шагнул в комнату.

– Кира, наконец-то! – Лиза, как всегда, первая бросилась ко мне, подхватив котенка –

причем обеими руками, настолько он был крупным и тяжелым. – Посмотри, какое чудо! Его Петрушка нашла. Он такой милый и пушистый, как одуванчик!

Котенок недовольно мявкнул, но вырываться из цепких рук Лизы и не пытался, так и болтался на весу, словно игрушка. Был он на вид нескольких месяцев от роду, но выглядел значительно крупнее обычных котят, а взгляд у него оказался такой серьезный, словно он являлся действующим императором вселенной, а странные суетящиеся существа вокруг – лишь глупые подданные.

– Мы назвали его Вилли!

Не знаю, подходило ли такому важному коту легковесное имя Вилли, но спорить я не стал, тем более что сейчас мне было совсем не до котенка. Я мимоходом погладил его. Вилли отреагировал достаточно благосклонно – прикрыл глаза и замурлыкал, с первого взгляда признав хозяина дома.

Я покачал головой и сказал:

– Собирайтесь, мы уезжаем!

Близняшки всполошились, но, к счастью, обошлось без вопросов. Костас, чуть выступив вперед, вдруг оказался в их зоне видимости, и хотя стоял тихо, но сыграл свою роль. Если чужой в доме, значит, дело серьезно. Обычно мы гостей не принимали, нам хватало и собственной компании.

Сестры тут же умчались в свою комнату, а я предложил Константину присесть на диванчик и освежиться. Тот не отказался и жадно осушил бокал вина.

Новый жилец моего дома – котенок Вилли, уже освоившийся в доме, – лихо запрыгнул на диван и сел рядом с Костасом, искоса поглядывая на молодого человека большими желтыми глазами. Мне показалось, что он отнесся к потенциальному наследнику короны империи недоверчиво, с подозрением, и решил лично проследить, чтобы гость вел себя прилично.

Я передал Костасу всю бутылку, и тот незамедлительно налил себе еще бокал. Что ж, пусть снимет напряжение, так даже лучше – легче будет его разговорить. А в том, что нам в скором времени придется потолковать по душам, я даже не сомневался – дайте только выбраться в безопасное место…

– Они меня найдут, – вдруг сказал он. – Нам не скрыться, не сбежать. Они найдут меня и убьют.

И столько в его голосе слышалось безысходности, что я сразу не нашелся с ответом. Казалось, из Костаса ушла вся жизнь, а осталось одно только отчаяние. Не вязалось это с тем образом своенравного, но бесстрашного человека, о котором я был наслышан прежде.

– Ваша светлость… – начал было я, но Константин прервал меня на полуслове:

– Вы сказали, что служите моему отцу?

– Он нанял меня для одного деликатного дела, – я аккуратно ушел от точного ответа, – но его выполнение привело меня непосредственно к вам.

– Значит,

мне очень повезло, – кивнул Костас и подлил себе еще вина. – Иначе я был бы уже мертв. Они убили бы меня прямо там, в кабаке.

– Кто за вами охотится и почему? Что это за люди?

– Люди? – криво ухмыльнулся великокняжеский сын. – Не думаю, что они могут называться людьми…

Но договорить он не успел. Я резко поднял руку, призывая молчать. Мне показалось, или там, за окном, за звуками дождя затарахтел мотор?

Я подскочил к выключателю и вырубил свет в комнате, а через мгновение уже чуть отодвинул штору, всматриваясь в уличную непогоду. Благо редкие фонари все же давали достаточно света, чтобы разглядеть крыльцо и часть улицы.

Нет, мне не послышалось. Звук моторов нарастал, и к дому медленно подъехали сразу два мехвагена, и из них начали выходить люди. Один, два… четыре… восемь… Все они выглядели словно близнецы: дорогие костюмы, черные плащи, шляпы – и «томми-ганы» в руках.

Мое предчувствие полностью оправдалось – адрес дома был им известен, и, как только убийцам стало понятно, что мы с Костасом оторвались от преследования, они тут же дали знать своим сообщникам, и те явились прямиком сюда, проверить, не был ли я так глуп, чтобы притащить Костаса к себе.

Не окажись нас здесь, эти люди попросту забрали бы сестер, а после могли бы диктовать мне любые условия. И я бы принял их все, без малейших раздумий.

Люди на улице стояли напротив моего дома, ожидая чего-то. Они не курили и не переговаривались между собой. Просто стояли и смотрели на темные окна первого этажа. Черт! В гостиной-то я свет успел выключить, но в комнате сестер он наверняка горит, ведь они не знали, что нужно затаиться. Значит, времени у нас в обрез.

Я достал из ящика комода второй револьвер и горсть патронов.

– Думаю, умеете пользоваться.

Константин скептически взял револьвер, но все же принялся вставлять патроны в барабан, а я тем временем поспешил в комнату близняшек. Атака могла начаться в любой момент, нужно было успеть покинуть дом как можно скорее.

План отхода у меня имелся. Все, что мне требовалось, – это лишь несколько минут форы.

Сестры быстро упаковывали чемодан, но тут же прекратили свое занятие, заметив меня в дверях.

– Поздно, они уже здесь. Бросайте все и быстро за мной!

Что мне в близняшках особенно нравилось – они никогда не заставляли повторять дважды. Ценнейшее и невероятно редкое женское качество. Проще найти золотой самородок, пнув случайный камень на дороге, чем встретить женщину, которая не задает лишних вопросов. А у меня сразу две таких!

Костас выглянул в коридор и сообщил:

– Они все не начинают. Смотрят на окна.

– Это хорошо, может, успеем, – прикинул я. – Идем вниз, только очень тихо!

– Ой, я быстро! – Лиза молнией метнулась в гостиную, я не успел ее перехватить. Петра остановилась на лестнице, поджидая сестру. Вот, сглазил, перехвалил близняшек.