Сыщик мафии
Шрифт:
– Я могу заплатить как за ремонт машины…
– Зачем мне деньги? – заволновался мужчина. – Деньги, конечно, нужны, да что толку-то? Я все равно ничего не знаю. Где Васька, а где я?
– Какой Васька? – ухватился за оговорку Матвей.
– Какой?! – выкрикнул мужчина. – Не знаю!
– Вы сами-то понимаете, что сказали? – разозлился Матвей.
– Синего цвета «пятнашка»?
– Точно! Владельца зовут Доброходов Игорь Сергеевич.
– Ты что, мент? – Глаза мужчины округлились.
– Я же говорю,
– У меня его не было, – принялся мять в руках тряпку Болт, – а вот к Слесарю… Вернее, к Ваське, возможно…
– К какому Слесарю, к какому Ваське? – не понял Матвей.
– Это, можно сказать, мой конкурент в некотором роде, но мы общаемся. Василий, фамилии не знаю, кличут Слесарем, за любовь в железе покопаться.
– Где у него мастерская?
– На Садовой.
– Частный дом? – догадался Матвей. – Был я там. Нет никого, и все закрыто.
– Не удивил, – отчего-то обрадовался Болт. – Он в Костроме живет. А дом от родителей остался. Они года два назад померли…
Матвея его перемена в настроении еще больше напрягла. Раз известие о том, что Слесаря нет на месте, принесло ему облегчение, значит, он ожидал чего-то худшего. Чего? Может, в доме труп?
– Раз в Костроме, чего он здесь машины делает? – спросил Матвей.
– Занимается ремонтом, а на выходные уезжает. Сегодня, кстати, воскресенье. Завтра или во вторник объявится. Сейчас зима, особо работы нет… Кому срочно, так те ко мне.
«Зимой-то ее как раз хоть отбавляй», – подумал Матвей, а вслух произнес:
– А откуда вы знаете про Доброходова?
– Город маленький, нас по машинам – всего ничего. Встречаемся, разговариваем…
– И что этот ваш Слесарь сказал? – продолжал допытываться Матвей.
– А что он должен сказать? – удивленно захлопал глазами Болт.
– Неужели вот так, ни с того ни с сего, стал рассказывать о своем клиенте с разбитым окном?
– Конечно. Ведь случай в наших краях редкий. Я и не припомню, чтобы машины угоняли. Так, пару раз было, детвора брала покататься. Да и нет у нас таких тачек, которые стоят того, чтобы их красть…
– А где вы с ним об этом разговаривали?
– У него в гараже, – вздохнул Болт. – Выпивали.
– Понятно, – разглядывая его перепачканное маслом лицо, кивнул Матвей. – Мне бы этого Слесаря раньше вторника увидеть…
– Зачем? – вновь занервничал механик.
– Узнать хочу, во что был одет Доброходов, куда собирался…
– Ты точно не мент? – неожиданно глухим голосом спросил Болт.
– Странный ты, – размышляя над тем, как быть дальше, вздохнул Матвей, однако в следующий момент получил двумя руками в грудь. Пытаясь удержаться на ногах, он сделал шаг назад и на мгновенье потерял
– Ты чего творишь? – раздался за спиной голос одного из слесарей.
Матвей обернулся. Оба парня торопливо направлялись к нему, причем в руках у одного из них была какая-то металлическая деталь. Лица обоих были полны решимости навалять незваному гостю, который позволил себе бить их работодателя.
Пока парни пробирались между остовами машин, станками и стеллажами, Матвей решил на пару минут вывести Болта из строя. Он потянул его за воротник, вынуждая сесть, и двинул ребром ладони аккурат по солнечной артерии.
Болт завалился на бок. А в следующий момент Матвей получил чудовищной силы удар в спину и, не удержавшись на ногах, перелетел через Болта. Он упал на четвереньки и понял, что кто-то из парней метнул в него колесо.
Однако дальше их ждало разочарование. Матвей встал и развернулся к ним лицом. Воодушевленные результатом броска, они потеряли бдительность. Верзила с железкой был в шаге от Матвея и уже замахнулся, как опрокинулся на спину от удара кулаком в подбородок. Звякнул выпавший из рук валик трамблера.
Второму забияке Матвей просто двинул пальцами по глазным яблокам. Схватившись за лицо, тот с диким ревом устремился прочь, однако споткнулся о своего дружка и вдобавок со всего размаха врезался лбом в бетонный пол.
Настроение у Доброго менялось каждые пять минут. Согласие поделить со Слесарем деньги и разбежаться уже казалось глупостью. Он вдруг вспомнил, что собирался сжечь Николашку вместе со Слесарем, пустив таким образом следствие по ложному следу. Как он считал, огонь собьет с толку любого сыскаря. Наверняка полиция решит, что Николашку замочил Слесарь. А что? Дурачок бродил по деревням, собирая металлолом, а у Слесаря полно разного хлама. Вот и спер что-то ценное, а может, и не раз. Придя в ярость, Слесарь грохнул воришку. Решив замести следы, переусердствовал с бензином и сгорел вместе с трупом.
«Нет уж, дорогой, пошиковать тебе не придется, – размышлял Добрый, открывая крышку багажника. – К тому же неизвестно, что ты еще выкинешь».
– Помоги, – умоляюще посмотрел он на Слесаря.
Морщась и растирая ногу, тот стоял опираясь на створку ворот. Свет фар, отраженный от стены сарая, позволял видеть только силуэт Слесаря, но Добрый чувствовал, с какой ненавистью он на него смотрит.
– Ты сказал, здесь вторая половина денег, – прошипел Слесарь.
– Раз сказал, значит, так оно и есть. Только я немного приврал. Когда решил сжечь дом, перепрятал.