Сыщик поневоле

Вереск Юнта

— Это его клуб? — спросил я.

— Нет, — с удивлением разглядывая карточку, сказала Суфи. — Это их главные конкуренты, вторая по величине школа боев. Ее ученики участвуют почти во всех турнирах. Откуда она у тебя?

— Понятия не имею. Нашел сегодня у себя в кармане.

— А ты хорошо дерешься? Вступал в бой с кем-нибудь?

— Если меня вырубили, значит я слабак, — сухо ответил я.

— Но до этого ты дрался? Значит, либо страж, либо кто-то из участников драки мог тебе это подсунуть. С намеком.

— Пожалуй,

я слишком тупой, чтобы воспринимать такие намеки, — огрызнулся я, сожалея, что сам не сообразил пойти и посмотреть на этот клуб. — А где эта Семнадцатая западная?

— Это не улица, пожалуй, если я не ошибаюсь, это где-то на набережной кругового канала. На западе Городка. Посмотри по карте.

Я начал возиться с железкой. Как искать карту я уже знал, поэтому довольно быстро нашел нужный адрес. Добираться туда от дома Суфи было примерно столько же, как до центра Городка.

— Да, точно, — подтвердила она. — Помню это здание. Довольно большое, двухэтажное с плоской крышей, на ней иногда тоже идут тренировочные бои. Раньше соседи возражали, а теперь кто мог оттуда уже съехал, слишком воняет от воды. Задний двор выходит на канал. Говорят, что туда сбрасывают проигравшихся. Не бойцов, а тех, кто делает на них ставки. Я даже включила подобный эпизод в одну из своих книг…

— Ты говорила о союзниках. Может быть… Бойцы этих шмелей… нет, диких ос, смогут помочь нам? Пойдут они на конфликт с Талобой?

— Почему бы и нет…

— Я боюсь, что если они имеют основной заработок от турниров, организуемых Талобой, то вряд ли захотят выступить против него.

— Ерунда. Они на ножах с его школой. И… я вот не уверена, что турниры прекратятся если Талоба исчезнет. Для Городка это огромная прибыль, здесь не смирятся с потерей тысяч игроков. Кстати, и организаторами являются пусть и доверенные лица Талобы, но не он собственной персоной.

— Схожу я туда на разведку. Поговорю, попробую понять их настроение… Как думаешь, сейчас еще не поздно?

— Самое время. Пока еще вечер, даже темнеть не начало. К тому же здесь много ночных жителей, и бойцы — из их числа.

— Тогда я пошел, — допив чай, я поднялся.

— Сразу? Ну ты даешь! Может, обсудим вначале…

— Не стоит. Мы ничего о них не знаем. Я не собираюсь агитировать их напасть на имение Талобы. Поговорю, постараюсь понять, чем они живут, как относятся к своему основному конкуренту… Кстати, во время этих вечеринок ты не замечала вокруг участка бойцов его школы?

— Нет, ни разу… Разве что кто-то из них был внутри… если Талоба их приглашал, но в лицо я их не знаю. На улице молодых людей спортивного вида точно не было.

— Хорошо. Я пошел, думаю, скоро вернусь. А ты оставайся здесь, вдруг заметишь что-то интересное. Сама не лезь, чуть что — вызывай стража. Даже если там появится новый труп, страж

сможет переправить его в здание Суда даже через защитное поле.

— Вот как? Не знала… Ладно, иди. Будь осторожен. Я буду тебя ждать.

100001= 33 = 29

Я шел быстро. Не хотелось отвлекаться ни на красивых девушек в уличных кафе, ни на стоны из беседок, ни на крики из забегаловок. Я спиной чувствовал удивленные, разочарованные, озлобленные взгляды, но никто не пытался меня остановить.

То, что я приближаюсь к каналу, я почувствовал по неприятному запаху. Вначале слабому, потом все усиливающемуся. Чтобы избавиться от него, свернул в переулок, сверился с картой в моей железке, и, наконец, обнаружил Семнадцатую западную улицу. Ближайшим ко мне оказался пятый дом. Номер один был виден даже отсюда. В этом районе людей на улицах было меньше, зато перед нужным мне домом толпилось человек десять. Они курили и что-то горячо обсуждали, размахивая руками.

Не успел я приблизиться, как из этой группы вдруг вылетел какой-то парень, подбежал и буквально прыгнул на меня, радостно обнимая:

— Ура! Сыщик пришел! — воскликнул он, затем обернувшись к приятелям, еще громче заорал: — Глядите! Я же говорил, что он придет! Сейчас он вам всем устроит!

На насильников из беседки он похож не был. Откуда он меня знал? Видел там, на набережной? Или в здании Суда?

А парень, тем временем, не унимался:

— Карси-клоун сказал, значит так и будет! А вы все сомневались!

Обхватив меня за талию, он увлек за собой. Остальные смотрели на нас с легким удивлением и вызовом: «Что ты можешь?»

Всей толпой мы ввалились в огромный спортивный зал, в котором были установлены несколько рингов и клеток. На полу были уложены маты, вдоль стен расставлены низенькие длинные скамейки, над которыми виднелись крючки для одежды. Снаружи дом казался двухэтажным, но второго этажа не было — зал был не только очень большим, но и высоким. Вдоль дальней стены тянулась металлическая лестница, видимо на крышу, о которой рассказывала Суфи.

— Муауму! Гляди, кого я тебе привел! — заорал Карси-клоун, приветственно размахивая свободной от моей талии рукой.

На дальнем от входа ринге бились двое, третий — то ли рефери, то ли тренер — обернулся на крик, одним прыжком перескочил через канаты и направился к нам. Походка у него была как у моряка, чуть вразвалочку. Даже издалека в каждом его движении чувствовалась энергия дикого зверя.

Долгих расшаркиваний и задушевных разговоров не было. Подойдя к нам, он кивнул в сторону ближайшего квадратного мата размером примерно двадцать на двадцать шагов. Подойдя к нему, Муауму скинул с себя одежду, оставшись в плотной подвязке вокруг бедер, и оглянулся на меня.