Т 21
Шрифт:
«Так предупреждали…»
Искромсанные расстрелом в упор буквально плавающие в лужах крови трупы так и остались лежать перед муниципальным зданием. Несколько пуль вдобавок разбили окна на первом этаже и покромсали штукатурку. Русские бойцы нисколечко не рефлексировали по поводу проведенной экзекуции. Чай не первый раз! Они споро запрыгнули в машины и вскоре на месте казни остался лишь выхлоп от чудовищно неэкологичных двигателей внутреннего сгорания.
Первыми на площадь выглянули сотрудники местной полиции. Ошеломленные показательной и беспредельно просто представленной жестокостью,
Во всяком случае первое распоряжение нового начальника полиции касалось того, чтобы собрать у местных жителей все нарезное оружие, а также найти связных с Ovre Norrlands militaromrade. Нет, совсем не для связи с остатками бывшей шведской армии. А чтобы сдать их русским и остаться жить. Всем им в этом перевернутом напрочь мире хотелось прежде всего выжить.
Еще один день на войне без правил. Так сами их и поломали.
Глава 2
Новый командир
Из обитого пластиковым сайдингом здания наружу выскочил взлохмаченный боец и тут-же юркнул за угол.
— Солидол, сука, тут же рядом туалет стоит!
Отлив излишек жидкости и удовлетворено хэкнув, обросший синеватой щетиной боец кивнул в сторону яркого «домика удовольствий».
— Да засрали его по самую крышу. Я ночью там чуть в мину не вляпался.
— Так такие, как ты и засрали, гавнюк ты хитровыепаный, — незлобиво матюгнулся часовой. Длинный, но уже согбенный временем мужчина был стоически спокоен и вовсе не злился. Куда ему уже нервничать и торопиться? Да почитай вся их «Ушкуйная команда» состояла из таких пенсионеров или наполовину инвалидов. Все, что смогла выскрести из провинции Русская армия для последнего наступления. Ни в коем случае нельзя было оставлять врага недобитым.
— Не гунди, Каланча, лучше дай огоньку, — Солидол прикурил от дорогой и ужасно неэкологичной бензиновой зажигалки и жадно затянулся. — Сука, ведь бросил давно, так на такой ипанутой войне разве курить не начнешь? О-па-на, а это что за явление Христа народу?
В их сторону спешил откровенно нескладный военный. Старое «камуфло» сидело на нем, как тулуп на корове. Заметно обозначенное пузо неизвестного вояки помешало ему правильно разместить на разгрузке подсумки, отчего его вид становился еще нелепей. Подбежав к ним, пузан удовлетворенно перевел дух, дышал он тяжело. Видимо, его довоенная деятельност никак не была связана с физическими нагрузками, да и слово физкультура он забыл сразу же после школы.
— Мужики, а где здесь отряд Т21?
— Во-первых не мужики, — приосанился Солидол, — а товарищ ефрейтор, разрешите обратиться.
Пузан тут же смутился и попытался встать в стойку «смирно», но это у него так и не вышло. Также не получилось правильно отдать честь. Руки-ноги отказывались исполнять все действия как следует, а перекошенное выступающим пузом туловище никак не могло придать солдатику ровное положение.
— Товарищ…
— Да харэ уж махать! — остановил пузана жестом Солидол. — Чего хотел-то, служивый?
— Так это, того…
— Этого! Бля, чего надо?
— Вашего командира там, того, в штаб вызывают.
Солидол молча переглянулся с часовым и злобно сплюнул. Обычно просто так в штаб не вызывают, значит, обязательно их отряд опозжа пошлют в какое-нибудь гиблое местечко. Только тут неплохо устроились как на те… Вот же сука!
— Понял, я тебя. Передам. Своим так и скажи, что скоро будет. Минут так… — Солидол глянул на часы и на некоторое время завис. — Ну, короче, будет.
— Ага, — облегченно кивнул пузан и уже собирался повернуться, как вспомнил. — Таащ ефрейтор, разрешите идти?
— Разрешаю, — снисходительно кивнул Солидол и бросил прямо на асфальт недокуренный окурок. — Вояка, бля, какой смотри невъебенный пиздует! В Росиюшке, вообще, что ли, никого не осталось?
— Да бабы и дети одни. Не зря отсюда девок везут и пленных обратно не отпускают. Вчерашнюю шведку, кстати, видел? Сдали трофейной команде по описи, скоро в Россию поедет. Эх, мы же когда?
Солидол оглянулся и заметил в глазах боевого товарища такую боль, что его ответные слова застряли в обычно луженой глотке. Немного позже он все-таки ответил:
— Как только, так сразу. Нельзя работу недоделанной оставлять, брат. Уже проходили…
Солидол нашёл своих в комнате и сообщил свежие новости. Потом решил подначить Гоблина.
— Ёшкин матрёшкин! Предлагал же тебе девку трахнуть. Сейчас трофейщики попользуются.
— Не она первая, не она последняя, будут еще девки, — снайпер деловито разогревал сухпай. Только он один из всех ел на завтрак кашу из него. — Один хрен пока норгов не отпиздим, нам дома не видать. Так что будем пользоваться здешним производителем.
В комнате загоготали, только Пенс недовольно сдвинул брови.
— А как же Европа?
— Бля, оно тебе надо, Солидол? Хватать чумку и химию. Там оставшихся каклов и прочих молдаван нагонят ништяки вывозить. Те и так за гроши родину продали.
— Ну да, скорей всего так и будет, — рассеянно протянул Грохот, потом посмотрел на товарища. — Думаешь, нам много отсюда разрешат вывезти?
— Обещали вроде. Да и железку уже всю отремонтировали, считай, есть прямой путь до Вологды и дальше.
— «Вологда, гда, гда…там, где резной палисад» — мечтательно протянул Солидол и оглянулся туда, где по его мнению был восток.
И мелькнуло в его глазах нечто такое, что можно было принять за слезы. Это был обман. Ефрейтор свои слезы оставил далеко отсюда. В тот день, когда обгоревшие трупики своих детей вынимал из расстрелянной машины. Евросоюзовскому дрону старая развалюха показалась представляющей опасность.
Старший сержант с позывным Есаул выглядел недовольным и мрачным. Недоволен он был ранним подъемом, плохим кофиём, завтраком и вообще. Мрачен от того, что в неурочное время его вызвали в штаб. Их текущая боевая задача была полностью выполнена. Они зачистили район и вышли к огромному логистическому центру известной шведской компании, работающему на весь север Швеции. Сейчас здесь располагалась база «трофейщиков» и региональный штаб тылового управления командования группировки «Норд». Ему «Ушкуйники» напрямую и подчинялись.