Та ночь

Джеймс Джулия

«Ты не лжешь. Просто избегаешь правду».

Определенно, ее подсознание гораздо проще ко всему относилось.

«Ну тогда попрощайся с Кайлом».

А еще вело себя как капризная болтливая стерва.

Ради блага Кейда Рилан изобразила улыбку, решив разобраться с душевными метаниями позже, а не тогда, когда на пороге стоит злой гений ее любовника.

– Ого, аж две дюжины! Чую, весело тебе пришлось.

– Ага, не знаю, куда деваться от веселья. Этот Родс прямо бумеранг, все возвращается и возвращается. Готов поспорить, ты рада, что

больше с ним не общаешься.

Ага. Интересно, по мнению Кейда, семь раундов сумасшедшего секса считаются за «общение»?

– Вообще-то, я с ним нормально поработала. Не так уж он плох.

Кейд закатил глаза.

– Только не говори, что он и тебя обаял. Что в этом парне такого? Состояние? Волосы? Ты хоть знаешь, что я получил сотни угроз от чокнутых разъяренных дамочек, называвших меня антихристом и требовавших немедленно освободить Родса? Богом клянусь.

– Пожалуй, антихрист такого бы делать не стал.

Кейд рассмеялся.

– Можешь и дальше по нему вздыхать, Пирс, но тебе ничего не светит. Согласно колонке сплетен, Твиттер-террорист занят какой-то убойно сексуальной брюнеткой.

Рилан пришлось приложить все усилия, чтобы не расколоться.

– Точно. Я тоже читала.

С этого момента ее день, который начался замечательно, благодаря новостям о Кайле и «Твиттере», пошел наперекосяк. Она явилась на слушание по делу о мошенничестве с кредитными картами – слушание, в исходе которого не сомневалась. Хотя большую часть расследования проводила Секретная служба, обыском дома занимались двое местных полицейских, приехавших на вызов о домашнем насилии, поступивший от жены обвиняемого. Заручившись ее согласием, копы обшарили дом и нашли в шкафу в спальне свыше тысячи кредиток на разные имена.

По крайней мере, так полагала Рилан.

При даче показаний копы все испортили, сознавшись, что, вроде бы жена «технически» не давала добро заходить в спальню, но раз уж они все равно были в доме, то закончили обыск.

Рилан оставалось лишь сидеть и смотреть, как ее дело горит синим пламенем. Судья предсказуемо поддержал требование защиты вернуть все кредитки, найденные с нарушением законодательства.

Плохо.

Потом ей пришлось до конца дня выслушивать двух разъяренных агентов Секретной службы, принимавших расследование у чикагской полиции и пытающихся узнать, есть ли хоть какой-то шанс спасти дело. В итоге Рилан почувствовала подступающую мигрень. Когда она покинула офис в половине седьмого, в висках пульсировало, к горлу подступала тошнота, а глаза болели даже от слабого вечернего солнца.

Добравшись домой, Рилан сразу переоделась в штаны и футболку, выключила весь свет, приняла две таблетки тайленола и легла на диван, отчаянно надеясь уснуть.

Час спустя ее разбудил звонок телефона. Она села и застонала. Ей словно кто-то лоб перфоратором разбивал. Потянувшись за мобильным, она увидела, что звонит Кайл.

– А вот и герой дня, – начала Рилан, пытаясь говорить весело, но в итоге упала обратно на диван, прикрыв

ладонью глаза. – Боже, как больно.

– Что болит? – встревожено спросил Кайл.

– Невидимый человек вбивает гвозди мне в голову.

– Хреново. Может, возьмешь невидимый пистолет и пристрелишь сукиного сына?

Рилан рассмеялась, а потом снова застонала.

– Ой, не смеши, слишком больно. У меня мигрень.

– Ну да, я уже понял. Еду в «Пламя» на встречу с Дексом. Решили пропустить пару коктейлей в честь моего партнерства с «Твиттером». Привезти тебе что-нибудь?

– Спасибо, но я в порядке. Просто на работе выдался исключительно поганый день. Езжай веселись с Дексом. Ты заслужил. Ход с «Твиттером» просто гениальный.

– Я снова тебя впечатлил, – довольно заметил Кайл. – Ты уже третий раз потакаешь моему эго, советник.

– Представь, будто я отвечаю что-то очень язвительное и колкое, потому что у меня слишком голова болит. Я сегодня официально неостроумная.

***

Двадцать минут спустя в дверь постучали.

На пороге стоял Кайл. Рилан тут же замахала на него руками:

– Уходи. Ты же должен праздновать.

Не обращая на нее внимания, он вошел в дом.

– Декс вполне может подождать пару минут. Он каждую ночь в баре, а не приехал специально из-за меня. – Кайл прикрыл дверь и оглядел Рилан. – Итак, ты неостроумная? Не знал, что такое вообще возможно.

– Это потому что ты… – Она попыталась выудить хоть один более-менее приличный ответ из пульсирующего тумана в голове, но ничего не вышло. Рилан устало опустилась обратно на диван. – Ничего. Валяй, остри, язви сколько хочешь – я совершенно беззащитна.

Кайл с улыбкой протянул ей стакан из «Старбакса».

– Выпей. Мама обычно так делала при мигрени. Вроде говорила, что кофеин помогает.

– Боже, да ты просто волшебник. – Рилан благодарно взяла напиток. Она бы и сама купила, но у нее не хватило сил заскочить в «Старбакс» по дороге домой.

– Точно. А теперь сиди и пей, пока я буду колдовать. – Он устроился сзади и принялся массировать ей шею. А пока разминал узлы на плечах, тихо спросил: – Не хочешь рассказать, что там за исключительно поганый день выдался?

– Я проиграла слушание, которое развалило все дело. Лучше расскажи про «Твиттер». Представляю их лица, когда ты появился в здании.

Может, дело в кофеине, может, в низком убаюкивающем голосе Кайла, но постепенно Рилан стало лучше. Мигрень никуда не делась, но теперь невидимка просто стучал ей по голове тупым предметом, а не забивал гвозди.

Когда Рилан выпила половину кофе, Кайл забрался на диван и вытянул ноги.

– Ложись. Клади голову мне на колени. – И добавил, увидев, как она подняла бровь: – Никаких пошлостей, советник. Я не про секс.

Рилан отставила стакан на столик, а Кайл взял одну из подушек и положил на колени. Но только она начала устраиваться на бок, как он ее остановил.