Табу
Шрифт:
Она вспоминала обстоятельства страшной кончины своего мужа и наконец решила, что лучше всего будет не вспоминать об этом совсем.
Вскоре после трагических событий она стала получать почтовые денежные переводы из разных отдаленных мест, сопровождаемые лаконичными, но нежными приписками сына, которые однозначно говорили: «У меня все в порядке. Надеюсь, и у тебя тоже. Я тебя люблю». Эти записки были всегда без подписи.
Она никогда не спрашивала себя, как ее сын зарабатывает эти деньги. Вскоре она стала удивляться размерам сумм. Их вполне хватило бы, чтобы жить много лучше, чем она жила при жизни мужа. Она смогла оформить
Потом мать начала откладывать часть денег, которые присылал сын. Она поместила их на специальный счет в банке. Ей казалось, что однажды, если удача отвернется от него, они могут ему понадобиться. Она надеялась, что день этот никогда не настанет, но ей казалось, что таким образом она проявляет материнскую заботу о сыне, хотя он сейчас и далеко.
Записки и переводы приходили регулярно, но сам сын никогда не приезжал навестить мать. Она знала, что это – не только из-за подозрений полиции о его роли в смерти отца, но и из-за того, что в действительности произошло в ту ночь и почему. Мать и сын знали это.
Отчуждение наполняло ее сердце болью и печалью. Но причиной разлуки была общая тайна, связывавшая их обоих, более тщательно оберегаемая от постороннего взгляда, чем денежные переводы или коротенькие записки.
Однажды он прислал ей свою фотографию. На ней был изображен сильный, красивый молодой человек, который вырос крепким и физически развитым, более крупным и мощным, чем она могла себе представить.
Мать была одинока.
Но она гордилась своим сыном.
Через несколько лет сын получил известие, что мать умерла. Он отправил своего официального представителя для организации похорон, который также должен был привезти личные вещи покойной. Просматривая их, Найт обнаружил все свои записки и открытки, любовно сберегавшиеся в небольшом ящичке. Он также наткнулся на ее банковский счет и завещание, возвращавшее ему все деньги, какие он ей посылал.
Сердце его наполнилось печалью, когда он понял, что все эти годы она экономила для него, мало тратила на себя. Все его усилия оказались тщетными, во всяком случае те, которые были связаны с тем, чтобы матери жилось безбедно.
Но так ли напрасны они были? Ведь суммы, которые она получала от сына, убеждали в его успехе в жизни. И то, что она откладывала для него, позволяло ей чувствовать, что она по-прежнему заботится о своем сыне, думая о нем. Она оставалась матерью до конца своих дней.
По иронии судьбы Найт не мог бы сделать ей большего подарка, – для нее же не было лучшего способа проявить свою материнскую любовь и ощущать себя нужной сыну.
Все время, пока она была жива, она не чувствовала себя одинокой. Он понял это только сейчас, когда остался один-одинешенек в этом мире. Из его жизни ушла любовь, и Найт не надеялся встретить ее еще раз. Он не пытался избегать тоски и чувства утраты в своей душе, таким образом он помнил о материнской любви, озарившей его детские годы и придававшей смысл всей дальнейшей его жизни.
Теперь нужно подождать. Он должен понять, где верный путь. Его ум и сила должны помочь ему в этом. И если все было пустой игрой, он обязан найти выход.
Теперь он будет жить ради будущего. О прошлом же он не будет думать вообще.
Джозеф Найт стоял, глядя на себя в зеркало.
Лицо, смотревшее на него, было красивым. Брови были густыми и темными. Карие глаза излучали странную энергию, которая пугала мужчин
Он выглядел старше своих лет. Найта это устраивало, так как он не хотел казаться слишком юным. Это заставляло людей относиться к нему серьезно с первого момента знакомства с ним.
Ему не о чем было беспокоиться.
Джозеф был теперь богат. Благодаря сотням больших и малых сделок, осуществленных в результате тщательного изучения обстоятельств и сути дела (молодой человек проявлял недюжинную проницательность, умело используя в своих интересах слабость и продажность людей), он умножил свою собственность, особое внимание уделяя нефтяным разработкам в Техасе и Оклахоме. В результате его деловых операций ему принадлежали большая доля в дистрибьютерстве спиртных напитков в Мериленде, сеть ресторанов в Филадельфии, фабрики в Нью-Гемпшире, два отеля во Флориде и один из наиболее доходных ночных клубов в Нью-Йорке.
Он не знал точно размеров своего капитала, да и не стремился знать это. Теперь деньги не имели для него важного значения. Он жил, каждый день бросая вызов окружающему миру, отыскивая его слабые места и заставляя считаться с собой. Жил, чтобы испытать свою волю.
Еще несколько мгновений он рассматривал себя в зеркале. Затем опустился на колени, положил руки на пол и сделал двести отжиманий. Губы его искривились от напряжения, но дыхание было ровным. Он делал все это медленно, почти механически. После ряда экспериментов несколько лет назад он выяснил, что сто пятьдесят отжиманий – это предельное количество, которое он может выполнить, не причиняя серьезного ущерба своим рукам и плечам. Тогда он взял за правило делать по сто шестьдесят упражнений каждое утро, пока это не стало легким и привычным. Через некоторое время он увеличил число упражнений до ста семидесяти, затем – до ста восьмидесяти, пока не достиг двухсот. Единственной причиной, не дававшей ему двигаться дальше, был недостаток времени. Он был слишком занят, чтобы приучать свой организм к большим нагрузкам.
Суть его теории состояла в том, что нельзя отступать перед трудностями. Нужно закалять свою волю и выносливость. Человек должен знать пределы своих возможностей, но не останавливаться на этом, шаг за шагом терпеливо увеличивая этот порог.
Он считал себя машиной. И хорошо заботился об этой машине. Найт знал, на что она способна, но он заставит ее стать способной на большее.
Когда он, тяжело дыша, встал с колен, его лицо было багровым от натуги. Затем он окинул взглядом книжные полки возле кровати. Здесь было около дюжины книг, половину из них составляли справочники по горному делу, прикладной физике и химии, финансам, экономике и еще – большой томик, посвященный наполеоновским войнам.
В число других входили пьесы – Ибсен, О'Нил, Чехов, зачитанный им Шекспир.
Интерес к пьесам, обнаруженный им у себя несколько лет назад, удивил Найта. До сих пор он считал себя абсолютно равнодушным к такого рода литературе. Но однажды, небрежно просматривая в книжном магазине томик шекспировских пьес, он вдруг поймал себя на мысли, что творения великого гения поразительно напоминают ему истории войн, читать которые он очень любил. Темой каждой пьесы служили сила и слабость человеческая, их стратегическое взаимодействие. Все было исполнено так же изящно и искусно, как самые великие битвы.