Таггарт

Ламур Луис

Так вот зачем, сообразил Таггарт, неподалеку спрятан фургон — он необходим не только для перевозки скарба, но и золота. Оно очень тяжелое, а Старк явно собирался вывезти его много.

— На ночь устраивайся на полу, — предложил Адам, — ничего лучше не имеем.

— Тут есть другие дома. Если не возражаешь, я лягу в одном из них… Правда, так будет разумнее. Надеюсь, Шойер сильно отстает от меня, но никогда нельзя знать наверняка.

— Он не найдет тебя, — заверила Консуэло. — Никто не знает это место.

— Этот не упустит, — Таггарт поднялся со стула. — 0й

сущий волк.

— Здесь ты будешь в безопасности, — настаивала Консуэло. — Надо затаиться, переждать… К тому же кругом рыщут апачи.

Сванти собирал свои пожитки, старательно избегая обещания, таившегося в глубине ее глаз.

— Премного обязан.

Старк тоже встал.

— Конюшня — самое подходящее место. Там есть сено. Хотя ты, возможно, предпочтешь часовню.

— Не подобает мне спать в часовне, — сухо отозвался Таггарт. — Я, пожалуй, пойду в конюшню.

Выйдя наружу, они пересекли узкую площадку под звездами и вступили под сень нависающего над конюшней утеса. При свете лампы Сванти соорудил себе скромную постель из сена. С того места, где он решил лечь, можно было обозревать каньон почти до самого входа.

— Немного же сена ты себе взял.

— На тонкой постели сон чуткий, — тихо пояснил Таггарт. — Я накрепко усвоил: на жестком ложе спится хуже, зато безопаснее.

Адам выбил трубку о косяк двери.

— Если захочешь остаться, — милости просим. Тяжеловато работать, когда все время беспокоишься, как там дома, хотя девочки умеют обращаться с винтовками.

— А Шойер?

— Твоя проблема. Я тебе ничего не предлагаю, только место, где можно укрыться и отдохнуть. Если ты не оставил следов, то Шойер их не найдет.

Шагнув за порог, Таггарт направился к коню, стоявшему возле лужи. Он умышленно оставил его здесь. Ведь иной раз приходится быстро уносить ноги, а саврасому надо было хоть напиться. Теперь же Сванти расседлал коня и снял с него уздечку. Жеребец терпеливо ждал, пожевывая сено, предложенное ему Старком, а хозяин тем временем обтер его пучком соломы.

— У тебя здесь хорошо.

— Я нашел это место.

— Старинная испанская кладка. Приходилось видеть подобное раньше.

— Затерянный рудник Святых Отцов, — коротко пояснил Адам. — Только монахи так и не отыскали жилу… А я сумел.

— Я не золотоискатель, — отозвался Таггарт. — Хотя мне и доводилось работать на приисках. Мальчишкой научился орудовать киркой. Теперь я скотовод.

— У тебя свое ранчо?

Сванти слепо уставился во тьму, вспоминая хижину в Нью-Мексико, зеленые луга, свое стадо.

— Было, — вымолвил он. — А потом явились «большие» люди, пригнали много скота и пошли неприятности.

— Дошло до стрельбы?

— Это была честная схватка, но я убил важную птицу. Теперь за мной гонится Пете Шойер.

Так вот как все оно вышло… Адам слышал подобные истории и раньше. Настали дни крупных скотоводческих баронов, а не мелких фермеров и ранчевладельцев. Все так… Но Старк сам мечтал стать фермером.

— Да и я тоже не старатель, — признался Адам. — Немного изучал геологию, знаю,

как искать руду. Вообще-то я собираюсь обзавестись скотом и даже приглядел себе местечко по Тусонской дороге.

— Фермеру нужна вода. Длиннорогий скот проживет почти в любых условиях, если только сможет отыскать воду где-нибудь на расстоянии трех дней пути.

— В месте, что я приглядел, полно воды, — заверил Старк. — Четыре родника и небольшая речушка. Во всем хозяйстве не найдётся ни одного закоулка дальше четырех миль от воды.

— И оно принадлежит тебе?

— Я смогу купить его… Вот почему я стал золото-добытчиком.

Возвращаясь к дому, Адам думал о ранчо. Так приятно было снова поговорить с мужчиной. Спору нет, и с женщиной можно славно побеседовать, но все же мужчине нужны мужские разговоры. Внезапно он поймал себя на мысли, что будет рад, если Таггарт останется. А уж коли Шойер и догонит его, то не все ли равно, где решать проблему? Бежать нет никакого смысла.

Он вошел в комнату. Конни уже спала, а Мириам читала при свече.

— Что ты о нем думаешь?

Сестра подняла глаза от книги, гадая, что сказать.

— По-моему, он славный человек.

— Я наконец вспомнил, откуда мне знакомо его имя. Он охранял дилижансы на участке от Шайенна до Дэдвуда.

— Наш гость останется?

Но этого Адам не знал. Стягивая куртку, он продолжал обдумывать новый поворот в их жизни. Если Таггарт останется, от него будет прок, но ни за что нельзя допустить его к месторождению. Если он только увидит…

Старк и в самом деле мало тревожился о своем руднике. Он понимал, что кто угодно мог сунуться туда. Но едва ли на целый миллион найдет хоть один болван, который отважится хотя бы раз ударить там киркой. Адаму только хотелось надеяться, что все же никто не сунется туда до тех пор, пока он сам не окажется в безопасности со своей загаданной сотней тысяч.

Может, и глупо было выкладывать все Таггарту, но, с другой стороны, парень явно не дурак, и сам все сообразит утром, как только успеет маленько оглядеться. Ведь старая arrastra все еще стоит рядом, и совершенно очевидно, что никто не станет задерживаться в каньоне надолго, если только не нашел золото, причем целую кучу.

В сорока милях от рудника Святых Отцов Пете Шойер осторожно приподнялся из-за груды скал и оглядел залитую лунным светом пустыню. Конь все еще стоял на привязи там же, где и час назад. Теперь Шойер окончательно убедился, что поблизости никого нет.

Позади него, в расщелине, лежало тело Марка Биллингса, последнего члена отряда, выступившего из Кроун-Кинга. Еще три дня назад с Шойером оставалась тройка добрых помощников. Все остальные испугались и повернули вспять, едва лишь погоня вступила на индейские земли. Вскоре смельчакам пришлось ввязаться в долгую и изнурительную битву с апачами. И вот результат: в живых остался только Шойер. Первого из них убили в седле. Остальные залегли в какой-то пещере и целый день оборонялись от наседавших краснокожих. К вечеру еще один человек был убит, а Биллингс ранен.