Таинственный всадник
Шрифт:
– То есть… полковник Рос стрелял в лорда Пакстона?
– Там, возле кареты, когда Робби узнал о существовании дубликата, он слышал еще, как Рос признался, что стрелял в вашего дядю, потому что тот стал слишком жадным и собирался их надуть.
Рене, ошеломленная услышанным, стала быстро ходить из одного конца библиотеки в другой.
– Это слишком невероятно!..
– Уверяю вас, они были готовы идти гораздо дальше. – Голос Тайрона звучал спокойно и уверенно.
– Что вы имеете в виду? – тихо спросила Рене.
– Ваш брак. Если смотреть со стороны, кроме престижа от союза с представительницей
Она снова заметалась по комнате.
– Чтобы все это стало возможным, они должны быть уверены, что Антуан на самом деле последний наследник. Откуда они могли знать об этом?
– Они втроем обладали связями в различных сферах, и весьма разветвленными. В армии, на черном рынке, в банковских деловых кругах. И у них, вероятно, разработана хорошая система для занятия контрабандой золота и драгоценных камней, даже для вывоза эмигрантов из Франции. Они не единственные, кто занимается спасением жизни ваших соотечественников. Многие предприимчивые английские дельцы сделали большие деньги на этом. Но я предполагаю, что наша алчная троица в какой-то момент решила, что их доля станет намного больше, если парижские аристократы навсегда останутся в родной земле. О, они действовали осторожно, они могли доказать, насколько надежны их маршруты, и некоторые благополучно добрались до Англии. Но остальные, рискнув довериться этой банде, были предоставлены судьбе и, вероятно, не сумели одолеть и первого поста. Росу, например, надо было лишь анонимно сообщить Комитету общественной безопасности, где и когда французский аристократ попытается вы–браться из Парижа.
– Вы говорите, они сознательно передавали людей жандармерии?
Тревога и недоверие застыли в глазах Рене, и они стали цвета сапфиров в полночь. Tайрон глубоко вздохнул.
– Рене…
– Герцог де Блоис и его семейство были арестованы в воротах Парижа. – Она задыхалась. – Жан-Луи, его отец, его мать, его братья… Их дети! И… О! – Она замерла на миг, ее бледные трясущиеся пальцы взметнулись, чтобы зажать рот. – Дедушка… его забрали в тюрьму ночью, накануне отъезда из страны.
– Я воображаю, как Рос и Винсент обрадовались, обнаружив, что у Пакстона была сестра, которая вышла замуж за представителя одного из самых благородных семейств Парижа, а ее свекор являлся одним из богатейших герцогов при дворе короля.
Рене вскрикнула, и горячие слезы покатились по ее щекам. Она откинулась назад, задев ногой ножку стула, потеряла равновесие, но не упала, а ударилась спиной о стену.
Тайрон мгновенно оказался подле нее. Она вздрогнула от его прикосновения, но он крепко прижал Рене к груди. Дадли старался смотреть на пол, в окно, в потолок, куда угодно, только не на молодую женщину, плачущую на плече Тайрона. А бесстрашный бандит со стальными нервами, чувствуя, как рыдания сотрясают ее тело, не знал, что делать. Он уткнулся губами в ее волосы и обнял ее еще крепче. Он поймал пристальный
Рене вцепилась ему в воротник, она задыхалась от рыданий. Когда она наконец оторвалась от его плеча, серебряная слеза, скользнув по ресницам, скатилась по ее щеке.
– Как может человек, – кричала она, – предать собственную семью?
– Жадность творит странные вещи с людьми. Она за–ставляет их делать то, о чем они никогда и не подозревали. То же самое случается с любовью, знающие люди мне рассказывали, – добавил он.
Рене покачала головой, не понимая; она ладонью вытирала слезы, но новые ручейки струились по щекам. Тайрон вынул носовой платок с монограммой и протянул Рене.
– Возьмите, – приказал он.
Она повиновалась так простодушно, что это только усилило его боль за нее. На буфете стояли графин вина и два пустых стакана; он усадил Рене на стул, потом наполнил оба стакана до краев.
– Выпейте, – велел он.
Она стала отказываться, но он насильно сунул стакан ей в руку.
– Вы меня нянчили почти неделю, теперь, я думаю, пришла моя очередь. А с ранеными я научился обходиться.
Огромные темные глаза были полны горя, и в душе Тайрона все перевернулось.
– Что вы собираетесь делать? – плакала она. – Отдать все этому ублюдку?
Тайрон спокойно ответил:
– А потом его убить.
Глава 27
Бертран Рос лежал в горячей ванне, из которой шел пар; он откинулся назад и глубоко затянулся сигарой. Он чувствовал себя уже намного лучше. Прошедшие недели довели его – его словно проверяли на крепость, способен ли он выдержать то, что рассчитано на десятерых, и сегодня он наконец уступил. Шлюха обслужила его хорошо; он проделал это много раз, даже счет потерял. К сожалению, из-за его ненасытности пришлось доплатить хозяйке борделя, чтобы она распорядилась осторожно вынести переломанное и кровоточащее тело. Такое произошло не в первый раз и, вероятно, не в последний, хотя он и пробовал управлять своим гневом в подобных случаях.
Рос с отвращением посмотрел на свою грудь, где были хорошо заметны четыре царапины. Нахмурившись, он проверил отметины концом обкусанного пальца, чтобы понять, перестала ли течь кровь; тихо выругавшись, он стал брызгать на ранку коньяком. Алкоголь обжег кожу, Рос почувствовал приятную дрожь плоти, но ощущение было кратким, удовольствие исчезло так же быстро, как и боль, и он снова глотнул коньяку.
Дверь у него за спиной открылась, но клубы пара, поднимающиеся из ванны, мешали рассмотреть, кто вошел.
– Я ведь приказал, чтобы меня никто не беспокоил. Если ты принес воду, забирай и держи ее горячей, пока я не позвоню в колокольчик.
Он услышал, как дверь снова закрылась и раздался скрежет ключа в замке. Через секунду он снова ощутил холод на шее, за ухом.
– Полковник Рос! Жаль, что приходится прерывать ваше уединение. Я мог бы выбрать более удобное время, но хотел убедиться, что не возникнет никаких неожиданностей и нас никто не прервет.
Рос начал поворачивать голову, но удар дулом пистолета быстро успокоил его. Рука дернулась, пепел с конца сигары упал в воду и рассеялся на поверхности серо-черными хлопьями.