Так просто... Книга 2
Шрифт:
Он узнал о подмене только месяц спустя, от Хавьера, который приводил в порядок бумаги всех принятых на работу студентов. Колд пришел к Генри, дрожа, как осиновый лист. Он не знал как такое могло произойти, этот контракт отличался от стандартного… Но Генри сказал ему, что если тот еще хочет работать в корпорации, то забудет об этом, и будет держать язык за зубами до конца своих дней. И Хавьер сдержал свое слово.
Эмили через полгода получила должность руководителя отдела по рекламе и связями со СМИ, и была вполне довольна своей жизнью.
Карандаш, что Марк все это время вертел в руке, с треском сломался пополам. Он был готов убить Эмили. Задушить собственными руками.
— Так это ты!
Недостающий пазл встал на свое место.
— Мерзко, правда? — Эмили довольно улыбалась. — Теперь ты понимаешь, каково тогда было мне. Я убила на тебя столько времени. Я строила планы. Я хотела быть с тобой. Но ты сам все разрушил.
— Но я не любил тебя, Эм. Никогда не любил. — Марк старался оставаться спокойным. — Мы были студентами. И познакомились не при самых романтичных обстоятельствах. Обдолбанные травкой проснулись утром в одной постели. Ты считаешь, что так завязываются отношения, которые могут продлиться всю жизнь?
— У нас могло бы получиться.
— Ты больная, Эм! — Марк был готов рассмеяться всей абсурдности этой ситуации.
— Ну, больная или нет, но я смогла разлучить тебя с этой соплячкой. Пусть и руками твоего папочки.
— О! а вот тут ты глубоко ошибаешься! — Марк усмехнулся. — Мы с Джейс вместе. Живем у моих предков, пока. Я купил дом, в Брентвуде. Джейс еще не знает об этом, это будет для неё сюрприз и подарок. И ты не знала, что у нас с Джейс двое детей? Эмили, у меня сын и дочь. Самые любимые дети на всем белом свете.
— Но… Но… — Эмили была растеряна. — Этого не может быть! Ты блефуешь, говоришь мне все это специально. А как же все те снимки? Из Нью-Йорка? Где ты и все эти модели?
— Эмили, тебе ли не знать, что такое реклама и пиар-компания? — Марк ухмыльнулся. Ему вдруг в голову пришла одна потрясающая мысль. — Кстати, а ты сама внимательно читала свой контракт?
— Да, а что?
— Ты продлила его еще на пять лет. — Он недоверчиво усмехнулся, сам не веря своей удаче. — И все-таки, я должен найти этого Коула.
— Марк, говори, в чем дело.
Марк немного помедлил, а потом, смакуя каждое слово, стал говорить:
— Эмили, я думаю, что твой талант не должен пропасть зря. Ты прекрасный пиарщик! Я думаю, повысить тебя. Нет, должность директора Департамента тебе мала. Я предлагаю тебе стать руководителем филиала Корпорации. Финансист и юрист у тебя будут. Но филиал надо раскручивать и поднимать. Ты, с твоими способностями, вполне справишься. И получишь еще и прибавку к жалованью.
— Да? — Эмили уже видела себя в Нью-Йорке. — И где?
— В Огайо.
— Где?! — голос Эмили сорвался до визга. — Ты с ума сошел, да? — она вскочила с места и нависла над столом. — Что я там буду делать, в этом Богом забытом штате? Мерзнуть от холода? И вязнуть в снегу?
— Эм, — Марк развел руками. — Ты не можешь отказаться. Ты связана контрактом. Если только, сама не захочешь уволиться. Выбор за тобой.
— Ты! Ты! — Эмили направила на него указательный пальчик. — Ты! Будь ты!.. Я ненавижу тебя!
— Это
Глава 13
Не пересекаться с Марком вечерами в этом огромном доме оказалось куда как проще, чем Джейс думала вначале. Во-первых, на этой неделе ей выпало даже два ночных дежурства: одно во вторник, и одно в четверг. Но сейчас она была спокойна за детей. Не надо было просить Била и видеть недовольство, которое написано на лице Алисии всегда, когда она привозит им Ники и Бри. Странно, а ведь когда-то она думала, что они вполне смогут подружиться с женой старшего брата. И она не беспокоила Роба и Поли. Последней и так было сейчас нелегко, беременность давалась ей тяжело.
Её воробьи купались в ласке, заботе, внимании и любви, которыми окружали их все в Холмби Хиллс. Ну, может, за исключением этой горничной Амалии.
А, во-вторых, у Марка было много работы. Но, надо отдать ему должное, он старался возвращаться с работы к шести, чтобы до ужина, часа два, поиграть с детьми. А потом он уходил в кабинет отца и снова погружался в работу. Малыши прибегали к нему за поцелуем на ночь, но он, как только видел их, откладывал все дела и сам шел укладывать своих воробьев.
В общем, в глазах Джейс, Марк играл роль идеального любящего отца. А она предоставляла ему такую возможность и уходила в тень. Она не ревновала детей к нему, точнее, старалась этого не делать. Уговаривала себя тем, что ему хочется наверстать упущенное за это время. Более того, она сама подталкивала их к Марку. Отвечала на детские непосредственные вопросы, а потом добавляла, как бы между делом: «Но спросите об этом у папы. И если он не занят…». И брат с сестрой вместе бежали к нему и, открыв рот, выслушивали его авторитетное мнение. Вот только Марк, она была уверена в этом, об этой её уловке не догадывался. Да и потом, вниманием малышни обделена она не была: и Ники, и Габриэль первым делом бежали к ней поделиться тем, что произошло с ними за день.
Но в этом огромном доме сама Джейс терялась. Она не знала, чем ей заняться. Все домашние дела выполняли горничные. На свою территорию Консуэлла не допускала никого. Джейс казалось, что эта женщина не нуждается в отдыхе и никогда за свою жизнь не брала ни одного выходного. Что уж говорить об отпуске.
Ни стирки, ни глажки, ни уборки, ни готовки. Рай? Ужас! В один из дней она намеривалась спросить Амалию, где в этом доме спрятана стиральная машинка, так как собиралась сама заняться стиркой своих вещей, что сложила в бельевую корзину в ванной. И хорошо, что она догадалась в эту корзину заглянуть, потому что, та была пуста. А уже чистые вещи Джейсон нашла в гардеробной, в идеально выглаженном состоянии. И даже нижнее белье аккуратно лежало в её ящике комода. Её белье! Нет, к такому она не привыкла и привыкать не собирается. Чтобы кто-то совершенно посторонний рылся в твоих вещах?! Это, может, для Эриксонов норма. Но не для неё! И как же Джейс бесила эта вечная фраза Амалии, сказанная таким снисходительным тоном: «Это моя работа, мисс Монро».