Шрифт:
Глава 1
Испытание на вылет
Мы въезжали в город с юга. Южный мост и ворота Вальяда встретили нас флагом с кураем.
Офицеры знали, что это прибываю я и меня пропускали без всяких препонов, да и в лицо меня знали все подчинённые.
Символ армии Штатгаль развевался над воротами, сообщая всем подъезжающим, под чьей властью находится город.
Но смотрелся этот символ без угрозы, без крови и насилия, а горожане поглядывали на солдат на стенах с уважением,
Всего несколько недель назад здесь была власть вольного города, местного ополчения, а также угрозы вмешательства и террора герцога Гуго.
А теперь город вроде как захвачен, но при этом дышит свободно.
Парадокс назывался Штатгаль. Особой пикантности ситуации придавало то, что подавляющее большинство бойцов в нём бывшие каторжане и заключённые других видов, отнятые мной у системы наказания королевства Маэн. Королевства, к которому я и моя армия теперь повернулись… спиной и, хотя формально мы входили в состав вооружённых сил Маэна, реальность была намного сложнее.
Наша бронеповозка просто с рекордной скоростью завершила переход через Бесплодные земли (официально они именовались герцогствами Рий и Эрцигалия). В ходе которого Ластрион навострился в адаптации применения регенерирующих заклинаний на лошадей, Фаэн подстрелил с десяток пустынных грабителей, а я набил руку на управлении повозкой по пересечённой местности. Теперь же бронированный экипаж, любезно предоставленный Альдом Дэршем, главой торговой гильдии и первого советника городского Совета города Порт-Арми, остановился у ратуши Вальяда.
Я вышел, щёлкнув суставами и на негнущихся ногах зашагал внутрь здания. В сумке на поясе лежало письмо, ради которого проделал этот путь. Детский почерк на дешёвой бумаге весил больше любых депеш.
Однако буквально следом за мной, не успел сделать и десяти шагов, как в ратушу ворвался запыхавшийся разведчик. Парень еле держался на ногах, плащ был покрыт дорожной пылью.
— Командор! Слава богам, Вы вернулись!
Узнал его. Янек, один из разведчиков Фаэна. Или точнее будет сказать, что Орофина?
Забрав Фаэна, я временно поставил командовать разведкой Орофина, и он отлично справился. Причём задачи у него были сложные, в том числе даже с одной только межрасовой точки зрения, у него в подчинении были орки, люди и гоблины, а не только эльфы. И он смог поддерживать дисциплину и управлять разобщёнными сводными группами. По сути, он был у меня комбатом, хотя по званию — старшиной, потому что не прошёл офицерскую школу. Правил я пока что придерживался, но собирался открывать курсы по новой, особенно из-за Бреггониды.
Впрочем, сейчас это не актуально, важнее то, что «нёс» разведчик. И если он в таком состоянии, новости серьёзные.
— Командор! Разрешите обратиться?
— Ну, обращайся, оборотень. Точнее сказать, докладывай.
—
Мимо проходила парочка гражданских вальядских чиновников, и я видел, как их лица меняются, уловив обрывки разговора. Страх возвращался в глаза людей, только начавших верить в стабильность пребывания Штатгаля в городе.
— Где они сейчас?
— Поселение Пилзэссен, три дня пути. Насколько гоблины подслушали разговоры у костров, герцог обещал каждому солдату долю в разграблении города. И особую награду за Вашу голову, командор.
— Доклад принял. Иди отдыхай, братец.
Янек козырнул и устало поплёлся прочь.
Я отправил его восвояси, а сам стал переваривать информацию.
В сущности, одна вредная богиня о чём-то таком меня уже предупреждала. Десять тысяч против моих восьми. И судя по словам разведчика, это не дисциплинированная королевская армия, а сброд, который удержит только жажда наживы и страх перед командирами.
Неужели Гуго настолько самонадеян? Стандартный расклад при штурме два нападающих против одного защищающегося. А лучше три к одному.
И тем не менее, он идёт.
Я зашёл в свой кабинет, заслушал короткий доклад от гнома Гвирги, адъютанта Мурранга, выслушал Зойда и Деция. Так сказать, сводки текущей деятельности армии за время моего отсутствия. Официально я был в рейде и подобных образом уже не раз уходил и возвращался.
После этого я отправился в Квадратный район, в казарму ведьминской роты.
Я нашёл старуху в импровизированной лаборатории. Тут проведена большая работа и явно много помогли гномы, поставили оборудование, возвели перегородки. Воздух густел от запахов трав и кипящих зелий. Немолодые ведьмы со знаками различия рядовых сновали между столами, растирая компоненты, помешивая котлы, записывая результаты. Им помогали.
Сама Бреггонида склонилась над массивным томом, с развернутым листом перевода, водя костлявым пальцем по строчкам.
При моём появлении она едва не подскочила, настолько удивилась.
В её глазах мелькнул вопрос, который она не решалась задать вслух. Я махнул ей, позвал в дальний угол казармы, где мы уселись прямо на расстеленные постели.
Я молча полез в сумку, достал письмо. Протянул, не говоря ни слова.
Руки ведьмы дрогнули, принимая конверт. Она осторожно, словно боясь порвать, вскрыла его. Развернула лист, и я видел, как меняется её лицо по мере чтения.
…
По морщинистым щекам Бреггониды текли слёзы. Она не пыталась их скрыть, просто сидела, прижимая детское письмо к груди, и что-то шептала на неизвестном мне языке. Молитва благодарности или клятва, я не разобрал.