Талиесин
Шрифт:
— Прости меня, госпожа, — произнес Талиесин. — Я делаю оплошность за оплошностью.
— Не прощу, певец, — сказала Моргана, подходя ближе и складывая губки в чарующую улыбку. — Я требую возмещения.
Талиесин отступил на шаг. Она протянула руку и коснулась его плеча.
— Куда ты, Талиесин? Побудь со мною, господин лета.
— Почему ты так меня назвала? — резко и хрипло произнес Талиесин. — Где ты слышала это имя?
Моргана улыбнулась еще сильнее.
— Разве Аваллах не подарил тебе
— Подарил, — смущенно произнес Талиесин. — Вчера ночью.
Моргана подошла вплотную. От ее уст пахло яблоневым цветом.
— Они зовутся Летние земли, — пропела она притворно наивным голоском. — Значит, ты — господин лета. — Она коснулась его щеки и поцеловала.
Прикосновение ее кожи обожгло, как огонь или лед — застывшее пламя. И вновь Талиесин почувствовал, что дух его влечется к ней. Какая-то часть его существа хотела быть с ней, насладиться ее ласками.
Разумная его часть содрогнулась от поцелуя, словно от оплеухи. Небеса померкли, земля заходила ходуном. Он вырвался и побежал, оступился, упал на четвереньки, вскочил и побежал снова.
— Вернись, Талиесин, — нараспев повторяла Моргана. Он обернулся и увидел, что она манит его рукой. — Ты вернешься ко мне, Талиесин… вернешься…
Харита вошла в сад и увидела Талиесина, когда тот выходил из рощицы. Она привязала серого рядом с его конем и торопливо пошла навстречу.
— Что случилось? — Радостная улыбка сползла с ее лица. — Что с тобой?
Он притянул ее к себе, чувствуя умиротворяющее тепло.
— Ничего, — сказал он. — Ничего не случилось.
Она отстранилась на расстояние руки.
— Ты уверен? У тебя был такой испуганный вид, что я подумала…
— Ш-ш-ш… пустяки. Ничего не было. — Талиесин приложил палец к ее губам. — Ты здесь, а все остальное неважно.
— Мне нельзя было приходить, — твердо сказала она, высвобождаясь из его объятий. В следующий миг она смягчилась и сказала: — Ой, Талиесин, ничего не выйдет. Отец очень зол на нас. Он не позволит нам пожениться.
— Почему? — Он снова попытался притянуть ее к себе.
Она не давалась.
— Я давно не видела его в таком гневе. Вчера он отказался со мной говорить.
— Но он же дал нам земли, — напомнил Талиесин. — Если наши народы станут соседями, не понимаю, почему нам не стать мужем и женой.
— Все не так просто, и ты отлично это знаешь. — Она повернулась к нему спиной. — Я тебе говорила: нам не суждено быть вместе.
— Харита, — твердо сказал он. — Взгляни на меня.
Она вновь повернулась к нему, лоб ее был нахмурен.
— Ты знаешь, что нужна мне. Хочешь ли ты этого?
— Неважно, что я хочу.
— Почему? Зачем такое самоотречение? Разве ты не достойна любить и быть любимой?
— Любить? — Харита печально покачала
— Тогда скажи, каким словом тебя покорить, и я произнесу его. Я скажу, чтобы звезды небесные стали твоим венцом; я скажу, чтоб цветы полевые стали твоим платьем, чтоб ручей стал напевом в твоих ушах и тысячи жаворонков услаждали твой слух; я скажу, чтоб ночная тишь стала тебе ложем, полуденный зной — покрывалом; я скажу, чтобы пламя всегда озаряло тебе путь, а золото блеском своим наполняло твою улыбку; я буду говорить, доколе суровость твоя не смягчится и сердце твое не оттает.
— Красивые слова, певец. Можешь включить их в свою песню, — послышалось из-за деревьев.
Харита вихрем развернулась на голос.
— Моргана! — Она обвела взглядом деревья и дорожки, но там никого не было. — Моргана, где ты? Выходи, и побыстрее!
Долго ничего не было слышно, потом зашуршала цветущая ветка и выступила Моргана с нехорошей улыбкой на губах.
— Ревнуешь, сестрица? Не злись! Это только игра, праздное любопытство и ничего больше.
— Что ты тут делаешь? — возмущенно спросила Харита, заливаясь краской.
— Мы встретились чуть раньше, — пояснил Талиесин, стараясь разогнать напряжение. — Мы немного поболтали, пока я ждал. Я не знал, что это твоя сестра.
— Ты не говорила Талиесину обо мне? — невинно поинтересовалась Моргана. — Почему? Боялась, что я его уведу?
— Уйди! — Харита с непреклонным видом уперла руки в бока.
— Тебе меня не прогнать! — Моргана угрожающе надвигалась. Ее глаза блестели холодно, словно осколки зеленого гранита, в голосе звучала решимость свернувшейся в кольца змеи. — Я не уйду!
Талиесин встал между девушками. Моргане он сказал:
— Ты получила свое возмещение. А теперь иди, и расстанемся друзьями.
Моргана перевела взгляд с Хариты на Талиесина. Выражение ее лица, настроение, да и вся сама она разом смягчились.
— Да, друзьями, и более того, — прошептала она.
— Моргана! — в ярости выкрикнула Харита. — Я не боюсь твоих жреческих штучек. Убирайся, и чтоб мы тебя больше не видели!
— Я уйду, — преспокойно отвечала Моргана, — но не думай, что от меня так легко избавиться.
Глава 10
Давид слушал и хмурился. Однако, когда Талиесин окончил свой рассказ о разговоре в роще, священник ободряюще улыбнулся и сказал:
— Ты правильно встревожился, но, покуда ты силен в вере, опасность тебе не грозит. Возможно, девица Моргана и впрямь обладает какой-то силой — я нимало не сомневаюсь в твоих словах. Однако наш Спаситель куда сильнее. Господь не бросает тех, кого призвал, и не уступает их лукавому.