Талиесин
Шрифт:
Царевич нахмурился.
— Очень неразумно было приезжать. Тебе надо быть дома в постели.
— Дома? Что за слою ты выбрал! По-твоему, у меня есть дом? И где он? На бычьей арене?
— Ты знаешь, о чем я. — Он упер кулаки в бока, потом помягчел и шагнул к сестре. — Зачем ты приехала?
— Белин еще не спит?
— Нет, несколько минут назад я у него был. Послать за ним?
— Мы сами к нему пойдем.
Опираясь на руку брата, Харита с трудом преодолела несколько ярдов между шатрами. Киан кивнул часовому, и их тут же
Прежде чем шагнуть за ширму, Харита собралась с духом и выпрямилась. Белин стоял у маленького столика. В руке у него был графин с вином, и он наливал себе в кубок. Лицо его осунулось, в глазах читалась бесконечная усталость.
— А, Киан, хочешь… — Тут его взгляд остановился на Харите.
— Здравствуй, дядя Белин, — сказала девушка.
Он узнал ее и расцвел от радости.
— Харита! Харита, солнышко мое, дай-ка на тебя взглянуть! Сколько лет, сколько зим! Последний раз я тебя видел… ой, да только посмотрите на эту красавицу! — Он поставил кубок и торопливо обошел стол, чтобы заключить ее в объятия.
Харита сморщилась от боли.
— Дядя Белин, — выговорила она, не разжимая зубов, — я тоже рада тебя видеть.
Он с тревогой отступил, торопливо взглянул на Киана.
— Я тебя сдавил. Садись скорее. Сюда… — Он придвинул трехногий походный стул (пол в его палатке был застлан ковром). — Садись.
Харита медленно-медленно опустилась на предложенное сиденье.
— Вина, — сказал Белин. — Киан, принеси еще стулья. — Он шагнул к столу налить еще два кубка, и Харита увидела у него на виске уходящий наверх шрам; волосы на его продолжении серебрились, веко было чуть скошено. Киан пододвинул стулья, и Белин протянул гостям кубки: — Твой брат рассказал про твой подвиг в сторожевой башне. Я потрясен, да и не только я.
— Да, я заставила их поплясать, — признала Харита. Она отпила глоток, потом еще и еще.
— Да уж, — заметил Киан. — А знаешь ли ты, что в войсках только о тебе и говорят? Тебя считают богиней.
— Видели бы они эту богиню, — фыркнула Харита, поднося руку к опухшему лицу. Она снова отхлебнула вина и осторожно откинулась на спинку стула. — Богиню с переломанным хребтом.
— Как хочешь, а это правда, — сказал Белин. — Даже мои ребята об этом толкуют, а их там и вовсе не было. — Он допил вино и отодвинул кубок. — И зачем ты здесь, когда тебе надо лежать в постели?
Она отвечала напрямик:
— Я хочу, чтобы вы покончили с этой дурацкой войной.
— Что-что? — Белин поднял брови и взглянул на Киана. — Сейчас, когда благодаря тебе мы добились преимущества впервые с тех пор, как Аваллах… короче, впервые за долгое время? Почему мы должны сдаться на милость Сейтенина?
— Я не говорю сдаться, — сказала Харита. — Я говорю, прекратить
— Киан, ты понимаешь, что она плетет?
— В общих чертах, — сознался он. — Послушай, Харита, не думаешь же ты…
Она не дала ему договорить и продолжала, обращаясь к Белину:
— Неважно, кто берет верх. Нечто произойдет очень скоро, и надо успеть подготовиться.
— Ты об этом пророчестве — о грядущем бедствии?
— Да.
— Тогда ты городишь чепуху, Харита, — сказал он. — Я уж который год слышу такие байки.
— Это не байки, — твердо сказала Харита. — Не могу объяснить, откуда я знаю, но я действительно знаю, что так будет. Времени осталось мало.
Белин откинулся на стуле, глядя на нее со смесью жалости и огорчения.
— Однако я не прошу вас поверить моим словам, — продолжала она. — Я не могу доказать то, во что верю. Я приехала просить о…
В этот миг зашуршал полог, и за ширмой показалась высокая, широкоплечая фигура Майлдуна. Юноша вошел и уставился на сидящих припухшими от сна глазами.
— Харита! Сестренка, так это и вправду ты! Я спал, и мне вроде бы послышался…
— Майлдун, — сказала Харита, медленно вставая. — Как я рада тебя видеть.
Он одним прыжком очутился рядом с ней и сгреб ее в охапку. Она скривилась от боли и вскрикнула.
— Она ранена! — громко предупредил Киан.
Майлдун тут же опустил ее на пол.
— Так это правда, что болтают? — Он в изумлении взглянул на сестру. — Киан говорит, ты их спасла. А здесь ты как очутилась? Надолго к нам?
— Если ты немного помолчишь, мы услышим, зачем она к нам и надолго ли. Когда ты ворвался, она как раз начала рассказывать.
— Насчет какой-то просьбы, — добавил Белин.
— Просьбы? — переспросил Майлдун, усаживаясь на пол. — Что ты хочешь попросить?
— Корабли, — просто отвечала Харита. — Нам понадобятся корабли.
— У нас нет кораблей, — заметил Белин.
— У нас нет, а у Сейтенина есть, — вмешался Майлдун. — У него, кроме кораблей, ничего и не осталось.
— Так надо их отбить.
Белин расхохотался.
— Так-таки и отбить?
— Ты хоть представляешь себе, что это такое? — спросил Киан. — Проще зайти во дворец и связать самого Сейтенина.
— Погоди. Киан, способ есть. — Майлдун подался вперед. — Харита, это как раз то, что я пытаюсь им предложить.
— Ладно, предлагай, — сказала она. — Мы слушаем.
— Мы шлем послание — спешное послание от Белина к Мейрхиону, в котором сообщаем, что, по нашему мнению, Сейтенин обречен…
— Что соответствует истине, — заметил Белин.
Киан насмешливо надул щеки, Белин сделал вид, будто не замечает.
— Мы сообщаем Мейрхиону, будто намерены раз и навсегда добить Сейтенина, но нам нужны люди — очень много людей. Пусть Мейрхион собирает людей, а мы будем в течение недели дожидаться их с теперешним нашим войском в… ну, называем место, куда так просто не доберешься.