Талисман всадника
Шрифт:
Всегда удивлялся, насколько слаженно действуют люди и оборотни, ходящие под водительством Эрхарда.
Несколько безмолвных приказов-распоряжений, отдаваемых при помощи жестов, и вот на дороге выстроился полукруг повозок, своего рода маленькая походная крепость, арбалетчики укрываются за фургонами, всадники с мечами расположились возле оконечий полукруга.
В крайнем случае можно будет бросить подарки и на галопе уйти в сторону границы — я прикрою отступление магией и собью с толку преследователей. Доберемся до владений Пограничья, а там не страшны ни демоны, ни люди. Во-первых, леса нашей страны
— Кто такие? — странные всадники остановили лошадей, не доезжая пятнадцати шагов до повозок. Предводительствовал возможными супостатами высокий молодой человек с выбивающимися из-под меховой шапки русыми волосами. Судя по одежде, дворянин. Все в кольчугах — блестящие рукава кольчатой брони выглядывают из-под накидок. — Назовитесь!
Эрхард, Веллан и Эртель переглянулись. На грабителей непохоже — разбойников обычно не волнуют имена тех, кого они намерены обчистить.
Эрхард положил руку на клинок, дабы извлечь его при первой же опасности, и медленно выехал вперед. Я тем временем пересчитал чужаков по головам — тридцать два человека.
— Мое имя — Эрхард, сын Этельвульфа! — заявил оборотень. — Король Пограничья и союзного королевства людей, оборотней и гномов!
В рядах немедийцев возникло некоторое замешательство. Русоволосый вожак словно позабыл человеческую речь, однако потом встрепенулся, сделал знак кому-то из своих и сошел с седла. Точно, нападать не будут. Может быть, это дорожная стража? Нет, непохоже.
Едва мягкие сапоги предводителя коснулись снега, над отрядом взвился штандарт, какого я прежде никогда не встречал. В основе лежало немедийское знамя — черная, белая и красная полосы. Однако привычный дракон трона Бельверуса на стяге отсутствовал. Вместо золотого крылатого змея квадратное полотнище украшала неизвестная никаким геральдическим уложениям Заката и Полуночи крупная восьмилучевая звезда. Вырезана из куска белого шелка, обведена по контуру красным окоемом, а с обеих сторон — расправленные крылышки. Скорее всего, орлиные.
Вожак подошел к коню Эрхарда, левой рукой снял круглую шапку, правую ладонь, сжатую в кулак, положил на грудь — немедийский жест приветствия — и преклонил колено.
— Счастлив приветствовать ваше королевское величество, — сказал человек, поднимаясь по жесту Эрхарда и с любопытством глядя на наш вымпел, поднятый кем-то из дружинных: бело-зеленое продолговатое полотнище с черным силуэтом волчьей головы. — Если будет позволено королем, я представлюсь.
Эрхард милостиво кивнул, дозволяя.
— Эдмар, граф Крейн, владетель графства Крейн, что на Соленых озерах. Могу ли я осведомиться о цели вашего путешествия?
— Э-э… Вообще-то мы едем в Бельверус, — слегка обескуражено ответил король. — Я сам, наследник трона и посол королевства гномов Граскааля Дарт, сын Торира из клана Ниди Топора. К вашим услугам, граф. Вы — дорожная стража?
— Не сказал бы… — хитро улыбнулся Крейн. — Государь, моя просьба может тебя удивить, но… Я, как владелец этих земель, именем короля Нимеда просил бы вас повернуть обратно. Нет, это не нарушение законов гостеприимства…
— Можно говорить понятнее? — буркнул Веллан. — Мы люди простые и всех ваших
Граф Эдмар развел руками, улыбнулся еще шире и сказал:
— Проще? Извольте, благородные месьоры. В Немедии мятеж. Мятеж против узурпатора Тараска Кофийского, принца короны, незаконно захватившего власть. Заметьте, принца короны, а не принца крови!
— Ясно. По старинным традициям «принцем крови» именуется только прямой родственник монарха — брат, сын или родной дядя. Остальные родственники, составляющие династию, именуются «принцами короны». Будь проклят этот напыщенный этикет, в хитросплетениях которого не сумеет разобраться никто кроме специально обученных герольдмейстеров!
Граф тем временем продолжал:
— Вы представляете нашего полуночного соседа, славное Пограничное королевство, живущее по своим законам, каковые уважаются немедийцами. Так будьте же добры уважать законы Немедии. Нельзя оказывать почтение захватившему трон самозванцу.
Эрхард метнул в мою сторону взгляд, в котором огромными буквами читалось: «Он, наверное, сумасшедший!».
Я подумал, что настало время вмешаться.
— Моя имя Тотлант, сын Менхотепа из Луксура. Волшебник при дворе государя Эрхарда, — я медленно выехал вперед. — Сударь, мне странно слышать речи, которые произносятся от имени короля Нимеда, недавно почившего и погребенного. Мы, знаешь ли, получаем известия от соседей и уверены, что в результате бунта, свое временно подавленного принцем Тараском, семья короля Нимеда погибла… Как ты, граф, можешь объяснить эти слова?
— И все же я настоятельно просил бы… — упрямо сказал человек, назвавшийся графом Крейном, но вдруг наши кони чуть присели, прядая ушами. Никогда не подумал бы, что можно издавать столь пронзительный свист, лишь сложив пальцы и сжав их между губами. Свистел один из соратников Крейна.
— Прошу извинить, — быстро сказал Эдмар. — Нас прерывают. Послушайтесь совета, поезжайте домой. Когда будет объявлено о возведении на престол истинного короля, я лично встречу посланников Пограничья на рубежах Немедии и предоставлю самый почетный эскорт, который позволят создать мой титул и мое состояние. Уезжайте, в стране очень неспокойно!
Граф бросился к лошади, не касаясь стремян, взлетел в седло, отряд с места взял галоп и вскоре исчез в белесом вихре поднятой копытами лошадей ледяной пыли.
— Ничего не понимаю… — сказал я. Веллан отозвался:
— Зато я понимаю. Глянь!
Со стороны той самой крепости, которую мы видели на холме, крупной рысью подходили очередные гости. Вымпел местного барона — белый лосось в синем поле — и знамя Немедии, только теперь не с загадочной звездой, а с давно знакомым драконом. Интере-есно…
Часть большого, не менее сотни бойцов, отряда поскакала догонять графа Эдмара, а еще два десятка приблизились к нам.
— Именем короля Тараска, назовитесь!
Пришедшие из замка люди носили темно-серую форму приграничной охранной гвардии королевства.
Дальнейшую сцену можно не описывать: она служила точным повторением предыдущей, с вежливыми расшаркиваниями, коленопреклонением и долгим выяснением, кто именно теперь в Немедии король.
Офицер со знаками различия полусотника, выслушав наши удивленные речи, лишь поклонился и сообщил следующее: