Талисман
Шрифт:
На следующее утро Эдуард Плантагенет заседал в большом зале Берика и принимал просителей. По правую руку от короля сидел член английского верховного суда Уильям Орм-сби, а чуть поодаль служащие записывали имена тех, кто в обмен на подтверждение своих прав на владение землей обещал верой и правдой служить королю. Предполагалось, что весь следующий месяц более двух тысяч человек смогут подать заявки на владения.
Пока Эдуард с удовольствием выполнял свои королевские обязанности, лорд де Уорен и его верный оруженосец Томас прокладывали себе путь к замку. Линкс
– У меня есть повод надеяться, что Эдуард собирается назначить меня губернатором, – сообщил Джон.
– Поздравляю! Ты завоевал страну для него, поэтому кому как не тебе управлять ею. А я хочу получить право на владение Дамфрисом и надеюсь, что, заняв свой пост, ты поможешь мне.
– Разве ты не собираешься сопровождать Эдуарда во Францию?
– Нет, я обручился с дочерью управляющего Дамфриса, и если она подарит мне ребенка за год, в течение которого действует наше соглашение, я женюсь на ней.
– Тогда наступит моя очередь поздравлять тебя. Но, Линкс, возможно, тебе стоило выбрать более знатную леди для этой цели?
– Мне важен ребенок, а не жена, а Джейн Лесли из плодовитой семьи.
– Ах вот в чем дело! – понял наконец Джон.
– Судя по толпе, ожидающей приема у короля, мы, к сожалению, задержимся здесь на целый месяц. К тому времени, как я вернусь в Дамфрис, пройдет шесть месяцев, то есть половина отпущенного мне года останется позади.
Джон рассмеялся и похлопал Линкса по спине:
– Тогда тебе придется удвоить усилия, чтобы наверстать упущенное время.
К де Уоренам подошел расстроенный Томас:
– В городе не осталось ни одной комнаты, даже клопов потеснили.
– Тогда разбей палатку в лагере и для меня.
– О нет, милорд! Я еще не сдался. Не советую вам недооценивать настойчивость ирландца.
– Хорошо. Не пора ли нам пробираться в обеденный зал? Или вы хотите остаться голодными?
При входе в переполненный зал Линкс неожиданно столкнулся лицом к лицу с Алисой Болтон и в изумлении уставился на нее.
– Что вы здесь делаете? Как вы посмели приехать без моего разрешения, мадам?
– Милорд… Линкс! Леди Брюс вернулась в Англию. Разве ты предпочел бы, чтобы я уехала вместе с ней? – спросила Алиса игриво.
Линкс вдруг понял, что ее отъезд вовсе не расстроил бы его, но затем, почувствовав укол совести, обвинил себя в трусости. Он действительно устал от любовницы, но Алиса отдала ему два года своей жизни и хотя бы поэтому заслуживает лучшего отношения.
Фитцуорен поздоровался с Джоном и не удержался от возгласа:
– Ба! Какое сборище! Все на месте, и шлюха с ними.
Алиса вспыхнула от негодования, а Линкс окатил его таким зловещим взглядом, что кузен поспешно ретировался. Линкс взял Алису
– А теперь скажи мне: зачем ты сюда приехала? Этот парламент созван для решения важных проблем королевства. Тебе следовало ждать, пока я пошлю за тобой.
– Идея приехать сюда принадлежит Джори. Она настояла, у меня не было выбора.
Выражение его лица смягчилось.
– Только вспомнишь дьявола, а он тут как тут, – сказал он, увидев, как Джори и Элизабет вынырнули из толпы и улыбаются им.
Джори подошла к мужчинам, поднялась на цыпочки и поцеловала брата.
– Не кори меня за самовольство, Линкс. Здесь, в Берике, творится история. Разве я могу пропустить это?
Он рассмеялся:
– При чем здесь история? Тебе нужны празднества по случаю победы, чтобы танцевать все ночи напролет и красоваться перед шотландской знатью.
– Кстати, о шотландской знати. Роберт Брюс справлялся о тебе. Он в восточной башне. Линкс заметил, что при имени Брюса на щеках Элизабет вспыхнул яркий румянец, и подумал: «Она еще ребенок, а голова уже забита романтическими бреднями. Все женщины одинаковы».
Томасу все же удалось найти подходящую комнату для лорда де Уорена, и Линкс смог отдохнуть от походной жизни в палатке. Времени для этого было достаточно: заседание длилось уже пятую неделю. Алиса, похоже, усвоила урок и ждала, когда любовник пошлет за ней. Лорд, однако, не спешил звать ее.
Линкс тем временем рассказал сестре о своей помолвке.
– Наконец-то! – радостно воскликнула Джори. – Ты влюблен?
– Боже праведный! Любовь здесь ни при чем. Мы с Джейн Лесли едва знакомы. Через два дня после церемонии обручения король призвал меня в армию, а к тому времени, когда я вернусь в Дамфрис, мне останется только полгода.
– Но она все же нравится тебе. Иначе зачем тащить дочь управляющего в постель?
– Затем, чтобы эта женщина родила мне ребенка. Если она забеременеет, я собираюсь жениться.
– Ты не подумал, что женитьба на простолюдинке всех удивит?
– Роберт Брюс и Джон не удивились. Что же до остальных… Какое мне до них дело? Это моя жизнь.
– А когда ты расскажешь Алисе?
Он стиснул зубы.
– Это соглашение ее не касается. Она моя любовница, и все.
«Господи, прошу тебя об одном: позволь мне быть рядом с Алисой, когда ей станет известно обо всем», – взмолилась Джори, закрыв глаза.
В середине октября пришла пора Эдуарду Плантагенету объявлять, кого он назначает править Шотландией от своего имени. Перед оглашением трех главных имен в переполненном зале наступила гробовая тишина. Губернатором Шотландии был назначен Джон де Уорен, граф Суррей, а верховным судьей – член английского верховного суда Уильям Ормсби.
Гул одобрения в зале резко оборвался, когда прозвучало третье имя. Казначеем был назначен Хью де Крессингем. И англичане, и шотландцы презирали этого человека, считая его политическим выскочкой. Он пользовался дурной славой, и давно ходили слухи, что Хыо присвоил себе деньги, предназначенные для реставрации Берика.