Талларн
Шрифт:
Стволы правой руки начали вращаться.
– Когда сможем стрелять? – прокричала Тахира. «Фонарь» трясло на ходу, мотая из стороны в сторону, Макис вовсю пытался сделать из них трудную мишень.
Главное орудие дымилось от жара. Пот ручьем тёк с Тахиры внутри костюма, заливая ей глаза и мешая сфокусироваться. Они схлопнули один из щитов Титана, может два, но они даже не задели самого Титана.
– Спонсонные орудия, огонь! – крикнула Тахира, так и не выучив проклятые имена стрелков.
Оба спонсона выстрелили.
– Главное орудие, огонь!
– Ещё не готово.
– Немедленно – другого шанса у нас не будет.
Лахлан выругался и нажал на гашетку. Луч плазмы полыхнул из жерла перегретого орудия. Раскалённый газ вырвался с казённой части рядом с Лахланом, обтекая защитные пластины ужасающими неоновыми облаками. Лахлан завопил, когда газ окутал его, защитный костюм приплавился к его коже, по лёгким пошли волдыри от нестерпимого жара. Завыла сирена тревоги.
Тахира не отводила взгляда от Титана, аварийные системы охлаждения морозили башню. Поток плазмы поразил щиты Титана и смёл их один за другим. Таинственная энергия исчезла в неестественном грохоте и вспышке света.
Потом свет потускнел, и показался контур Титана, стоящего на месте, без облака своих щитов. На секунду бог, выкованный из железа, предстал перед ней обнажённым.
– Спонсонные орудия, огонь, – сказала она, понимая, что уже слишком поздно. Титан шагнул к ней, сокращая дистанцию шагами, оставлявшими в земле кратеры. Злобный свет вокруг плазменного деструктора божественной машины стал цвета раскалённой стали. Она почти слышала рёв рвущейся на свободу энергии внутри оружия.
Орудие Титана выстрелило в тот момент, когда со стороны в него врезался снаряд.
На месте левой руки возникла звезда зазубренного света, спустя миг она взорвалась. Туман сверкнул белым светом. Титан зашатался. Противовзрывные щиты закрыли его глаза. Огонь побежал по его телу, распространяясь от останков левой руки, вниз пролился дождь из обломков. Броня покоробилась от температуры, чешуйки обгорелой краски полетели прочь. Огромная голова божественной машины наклонилась, потом покачнулась, как у бойца, приходящего в себя после тяжёлого удара. Из его покорёженной брони лилось горящее масло, и летели искры, его полурасплавленные боевые горны ревели болью. Потом голова поднялась, Титан выпрямился со скрежетом искорёженных перегревом приводов.
Он открыл огонь. Снаряды полетели из его уцелевшей руки, терзая землю перед ним и наполняя воздух грохотом его ярости.
«Фонарь» закачался, как спичечный
– Уходи, – раздался голос Брела в ушах Тахиры. На миг она ощутила холодное спокойное дыхание, пробивающееся сквозь ярость. – Ты слышала меня. Бери машины и беги.
Весь мир вокруг неё превратился в вибрацию и шум.
– Ты… – начала она, но слова потонули в грохоте взрывов.
– Наш трак порван, Тахира, – сказал Брел, словно указывал на очевидный, но упущенный из виду жизненный факт. – Порван по-настоящему. Этот Титан прикончит тут всё живое. Уцелеть будет невозможно. Мы точно не выберемся.
Даже сидя в перегретой башне танка, Тахира задрожала от сказанных слов, осознавая, что Брел впервые назвал её по имени.
– Беги, – повторил он, и вокс замолк.
Секунду Тахира молчала. Он почувствовала удар своего сердца, снаружи в ответ взрывы сотрясли землю.
– Готовы? – спросил Брел. Он не смотрел на свой экипаж. Ни на Джаллинику, теснившуюся с ним в башне. Ни на Селка, скрючившегося в пространстве у него под ногами. Ни на Калсуриза, наполовину высунувшегося из отсека водителя и сидевшего рядом с передней лазпушкой.
Ему не надо было смотреть на них, что бы знать, что они находятся там, где им положено быть. Они все слышали, что он сказал Тахире, он подключил к передаче канал внутреннего вокса. Никто из них не произнёс ни слова, когда он солгал. Внутри «Тишина» звенела от близких разрывов. Звук затихал, пока не стал похож на шум моря на мире, который он покинул давным-давно, том самом, который он называл своим домом.
– Мы бы всё равно не выбрались на разбитом траке, – сказала Джаллиника. Брел взглянул на неё, потом отвернулся и кивнул.
«Так вот как на самом деле всё закончится, – подумал он. – От этого я бежал и скрывался всё это время. Я и в самом деле дурак».
– Ладно, – сказал он и кивнул снова. Ему не было нужды смотреть в прицел, чтобы узнать, где враг. Корпус гудел от тяжёлых шагов раненной машины.
Красный свет залил его командную консоль. Сканеры засекли их, Титан увидел их.
– Огонь! – крикнул он.
«Тишина» заговорила в последний раз, и раненный ею бог ответил.
Глава 6
МОЩЬ ВЕКОВ. ОТМЕТКА. КАЗНЬ
– Этого не может быть, – произнесла Тахира. Рядом с ней Акил покачал головой, но промолчал. Они стояли в одном из залов убежища, границы которого терялись в тепловых выбросах двигателей и выхлопных газах. Она медленно вдохнула, и запах металла, топлива и разогретых двигателей наполнил её глотку. Она закашлялась, чувствуя жжение в слезящихся глазах, моргнула, прочищая глаза, и на секунду задумалась, вдруг она откроет глаза и обнаружит себя, сидящей в металлическом коконе её машины.