Тамариск Роу

Мернейн Джеральд

Клемент дерется с сыном букмекера

Однажды утром, когда Клемент Киллетон спешил по дороге Мак-Кракена в школу Святого Бонифация, из дома выбежал старик с грязной бородой.

на него от входа в мясную лавку Коркоранса. Клемент поворачивается и бежит обратно к углу Лесли-стрит. Теплая моча окропляет внутреннюю сторону его бедра. Он пробегает еще несколько ярдов и оглядывается. Старик за ним не гонится. Мальчик идет пешком остаток пути домой, широко расставив ноги. Мать дает ему чистые брюки, и он снова отправляется в школу Святого Бонифация. Он добирается до школьных ворот, имея в запасе несколько минут. Он обнаруживает, что все его одноклассники играют в игру под названием «похитители». Иногда они забывают о похитителях на недели, пока однажды утром перед школой один из парней из банды Барри Лондера, которая рулит в классе Клемента, не обхватывает левой рукой свой член и яйца, молча подбегает к какому-то парню, который смотрит в другую сторону, и правой рукой дергает его за яйца, пока тот не закричит и не вырывается на свободу. Похищенный мальчик прикрывает левой рукой ноющие гениталии

и бежит на другого мальчика, который еще не понял, что похитители снова появились.

Мальчик, который это затеял, бросается на кого-то другого, и через несколько минут каждый мальчик в поле зрения закладывает руку между ног, чтобы защитить себя, пока тот крадётся, крадётся или бросается без предупреждения к тому, чья левая рука отклонилась от своего места. Игра продолжается весь день. Ни один мальчик не осмеливается выставить левую руку на страже, пока за ним наблюдает монахиня или учительница, но многие мальчики выстраиваются в очередь и входят в школу, высоко подняв руку на бедро, готовые отразить страшный рывок сзади или внезапное нападение мальчика, который может развернуться, когда учительница не смотрит, и смело схватить на глазах у девочек. Даже в школе левые руки держат наготове, чтобы отразить рывок мальчика, который пробирается по проходу, словно за резинкой, а на самом деле собирается схватить, прикрываясь столешницами. Сегодня утром мальчик по имени Рональд Фицгиббон видит, как Клемент входит в ворота, и кричит ему: «Берегись, схватят!»

Клемент тут же поднимает левую руку и в течение нескольких минут до звонка не отходит от Фицгиббона, который, кажется, единственный мальчик, которому он может доверять и который не набросится на него. Когда звонит звонок, Клемент настолько привязан к Рональду, что идёт к собравшимся, обнимая его свободной правой рукой за шею и плечо – так, как всегда ходят лучшие друзья в школе Святого Бонифация. Клемент говорит Рональду, что у него есть тайное место под сиренью на заднем дворе, и что Рональд тоже может им воспользоваться, если захочет заглянуть к Киллетонам после школы. Затем он рассказывает Фицгиббону, как он обмочился тем утром. К этому времени они уже стоят в очереди. Как раз перед тем, как монахиня свистит, призывая к тишине, Рональд Фицгиббон оборачивается и шепчет:

Мальчику и девочке позади него – передайте дальше – Киллетон сегодня утром обмочился. Они хихикают и передают дальше. Сообщение передается дальше.

Клемент поворачивается к Рональду Фицгиббону и сильно бьет его в челюсть.

Фицгиббон дважды быстро наносит Клементу удары кулаком в нос и рот.

Клемент чувствует, как из носа течёт кровь. Он громко воет, и монахиня замечает это. Некоторые из девочек рассказывают ей, какие два мальчика дрались. Она обещает пристегнуть обоих, как только все соберутся внутри и закончатся утренние молитвы. Она велит другому мальчику отвести Клемента к кранам и приложить мокрый платок к его носу. У кранов мальчик дразнит Клемента из-за его мокрых штанов. Он кладёт руку ему между ног. Клемент отбивается, и мальчик говорит: «Я не хватал, я просто хотел почувствовать мокрую мочу». В тот вечер Клемент рассказывает отцу, что подрался с Фицгиббоном и проиграл. Несколько ночей спустя Августин сказал своему сыну: «Я навел справки, и оказалось, что твой приятель Ронни Фицгиббон — сын Джима Фицгиббона, человека, который работает на Хорри Эттрила, крупного букмекера. Мы с мистером Фицгиббоном от души посмеялись, когда я рассказал ему о вашем бое. Я хочу, чтобы ты пожал руку маленькому Ронни, как мужчина, когда увидишь его завтра. Тебе уже пора было понять, что все букмекеры и их люди — наши враги. Но нет ничего плохого в том, что ты пригласишь мальчика домой после школы поиграть как-нибудь днем, при условии, что ты никогда не будешь говорить с ним о скачках, о нашей лошади Стерни или о скачках в Мельбурне, о которых ты, возможно, иногда услышишь от меня».

Клемент соревнуется с мальчиками из государственных школ

Мать Клемента установила правило, что мальчик должен возвращаться из школы к четырём часам каждый день. Ближе к вечеру, когда он уже давно переоделся в свои старые залатанные штаны и вышел во двор поиграть до самого чая, Клемент всё ещё видит группы детей, бредущих по Лесли-стрит из школы. Дети замирают, уставившись на любой двор, где кто-то, возможно, придумал игру, длящуюся дольше нескольких минут.

Самый старший из разрозненной группы отпирает парадные ворота дома Киллетонов и заходит посмотреть, что же так долго удерживает Клемента за его кипарисовой изгородью. Остальные следуют за мальчиком через ворота.

Маргарет Уоллес стоит, прислонившись к калитке. Один из мальчиков – её

Брат. Клемент уговаривает мальчиков назвать разбитую грунтовую дорожку вокруг его дома ипподромом для лошадей или людей, а зеленовато-золотую панель входной двери, сияющую в лучах заходящего солнца, – победным столбом. Он выстраивает мальчиков рядом с собой и просит девочку, стоящую рядом с Маргарет, хлопнуть в ладоши и дать старт забегу на двадцать кругов. Клемент кричит девочкам, чтобы они считали круги и оценивали финиш, но они не отвечают. Мальчики постарше мчатся со старта и борются за лидерство. Они раскачиваются на обветренных столбах веранды и обрывают ветки кустов, чтобы не съехать с узкого круга. Клемент отстаёт далеко позади, легко дыша и экономя силы. Вскоре он теряет из виду мальчиков, бегущих впереди. Проходя мимо Маргарет и других девочек, он бросает взгляд на их лица. Они с жалостью или презрением смотрят на замыкающую.

Клемент всё ещё бежит нарочито медленно. Через два-три круга девушки готовы перестать смотреть гонку. Клемент напрягает мышцы лица и сильнее качает руками.

Он думает, что начинает нагонять лидеров, которые всё ещё не видны впереди. Девушки внезапно снова проявляют интерес, заметив, как аутсайдер делает свой долгий медленный забег. На их лицах сначала выражается сочувствие, а затем восхищение, когда Клемент набирает ещё несколько ярдов за следующие несколько кругов. Вскоре после этого безрассудные лидеры съезжают с трассы в густую живую изгородь перед забегом, где борются, кувыркаются и смеются среди пыли и сухих веток. Клемент отправляется на ещё один круг, но ему приказывают остановиться. Один мальчик спрашивает, какой бы приз они получили, если бы продолжили бежать. Клемент отворачивается, чтобы девочки не услышали, и шепчет, что, по его мнению, победителю, возможно, разрешили спуститься с одной из девочек к большому водостоку под мостом на Мак-Кракенс-роуд на следующий день по дороге домой из школы и посмотреть, потрогать, поиграть или пощекотать эти белые кусочки кожи, которые, он уверен, мальчики всегда ищут во время своих прогулок после школы среди унылых заборов и галечных дорожек. Мальчик говорит Клементу, что этот приз ему не нужен, потому что он и его компания уже много лет возвращаются домой по ручью и через этот водосток. Остальные уже устали от двора Киллетонов. Они выглядывают через забор на Лесли-стрит. Когда все уходят, Клемент зовет Маргарет Уоллес обратно в угол между живой изгородью и забором. Он делает ей знак, который, как он надеется, даст ей понять, что он всё ещё ждёт её каждый день, когда она пойдёт с ним в какой-нибудь тенистый уголок, где они смогут спустить друг другу штаны. Она пытается пнуть его.

голени, а затем убегает догонять остальных. Клемент с облегчением видит, что она, по крайней мере, не рассказывает им, что он собирается с ней сделать.

Климент скрывает Тамариск Роу

Клемент тратит неделю на то, чтобы обустроить фермерский дом и конюшни в каждом укромном уголке своего заднего двора. Затем он проводит несколько дней, собирая небольшие камни разных форм и цветов. Каждой ферме он выделяет определённое количество камней. Каждую среду и воскресенье он читает газету «Спортинг Глоб» после того, как отец её дочитывает, и выбирает из неё красивые имена для лошадей. Он пишет на последних страницах старой тетради такие имена, как «Золотые часы», «Ночная жизнь», «Ловец», «Айсин», «Скарамуш», «Хайатус», «Ортодокс» и «Рубантайн». Мать застаёт его за написанием имён и выхватывает у него книгу и газету с описанием скачек. Она велит ему навсегда прекратить играть в скачки, выйти на улицу и разгромить ипподром за туалетом, и никогда больше не упоминать отцу о скачках. Он ходит по заднему двору, тщательно скрывая фермы и их конюшни, и босыми ногами скребет по ним все следы дорог, которые когда-то соединяли эти места с ипподромом. Он изо всех сил старается скрыть просторный дом и загоны, обсаженные деревьями, в углу под лохматыми тамарисками. Он выдергивает ряды тонких колышков вокруг ипподрома, но оставляет всеобщим обозрением гладкие прямые и извилистые дорожки. Мать застаёт его слоняющимся вокруг сирени и говорит, что купит ему пакетик семян, чтобы он мог разбить небольшой цветник и сам его поливать там, где он пытался построить старый ипподром. На пустынной дороге, почти скрытой деревьями, священник останавливается, чтобы поговорить с владельцем «Тамариск Роу». Священник говорит: «Я решил, что, возможно, вам пока не стоит так много думать о скачках. Может, вам с женой стоит забыть о тех больших скачках, в которых вы вечно пытаетесь победить, и попросить Бога подарить вам ребёнка?» А когда ваш малыш подрастёт, вы сможете позволить ему наблюдать за тем, как вы тренируете лошадь, и скачки будут просто отличным развлечением, независимо от того, выиграете вы или нет.

Клемент посещает роскошный дом Риорданов

Субботним утром в конце 1947 года Августин берёт Клемента на прогулку к дому Стэна Риордана, расположенному в полумиле от дома на окраине Бассета. После того, как отец зашёл поговорить со Стэном в свой кабинет с ковровым покрытием, Клемент бродит по вымощенному каменными плитами двору на прохладной южной стороне большого каменного дома. Высоко над ним висят лианы с зелёными листьями, похожими на свисающие шёлковые ленты. Он входит в папоротник со стенами из влажных бревен и ищет потайную дверь среди дрожащих листьев и жёстких бледно-зелёных шипов, густых, как снопы, и за каскадами тёмных перистых растений, свисающих с подвесных проволочных корзин. За пределами папоротника он обнаруживает за частоколом высоких ирисов пруд с рыбами, усыпанный кувшинками. Зелёная решётка, поросшая мхом, преграждает ему путь, и он поворачивает назад. Наконец он находит тропинку к палисаднику, скрытому от дороги высокой изгородью из кипарисов, зелёных и золотисто-отливающих. Резкая колоннада колонн, украшенных зернистой кремовой штукатуркой, тянет его к парадным дверям дома. Это двустворчатые двери с большими безупречными стеклянными панелями, за которыми не видно ничего, кроме обильных складок и воланов бледных атласных драпировок. Позади него, с лужайки, доносятся девичьи голоса. Он идёт по гибким дорожкам между высокими кустарниками, пока не встречает Терезу Риордан, лет двенадцати, и ещё одну девочку примерно того же возраста, которую он не знает.

Две девочки играют в игру с маленькими красными и оранжевыми ягодами. Они не обращают внимания на Клемента. Иногда, когда они встают, чтобы достать ещё ягод, или опускаются на густую подушку из травы буйволицы, юбка Терезы Риордан задирается выше колен. Когда она занята пересчётом ягод, она не удосуживается прикрыть бёдра.

Клемент быстро обходит её, но её штаны хорошо спрятаны. Другая девушка догадывается, что ищет Клемент, и тянется к юбке Терезы. Клемент спрашивает, как называется их игра, и Тереза отвечает.