Танар
Шрифт:
На востоке уже занялся рассвет. Когда закончился лес Мессии, по пути начали попадаться фермерские угодья и небольшие деревеньки. Иногда проскакивали встречные нанобили. Тёмное небо постепенно заливалось оранжевыми красками и впитывало в себя тучи. Талый снег начинал едва заметно поблёскивать в оранжевых лучах. Погода сегодня выдалась теплее.
Вскоре Виолетта увидела вдалеке нанозаправку. Через дорогу от неё располагалось ничем не примечательное строение. Солнечные лучи уже успели осветить крышу придорожного бара. Панель управления безжизненным голосом оповестила о том, что до места назначения осталось преодолеть
Парковка перед заведением оказалась практически пуста, что позволило девушке неловко заехать и затормозить на одном из парковочных мест, избежав столкновения с другими нанобилями. Тем не менее, она всё же стукнулась бампером о бордюр.
Когда Виолетта кое-как вышла из металлического монстра, то ощутила невероятное облегчение, словно только что освободилась от бомбы с часовым механизмом, когда время до взрыва приближалось к завершению.
В этот момент на её волосы и разгорячённую кожу плавно опустились первые снежинки. Девушка посмотрела на небо, где сгущались небольшие тучи. Через несколько мгновений вниз полетели крупные хлопья снега, облипая ресницы и волосы. В солнечных лучах они сверкали, как роса. В холодном воздухе ощущались лёгкие нотки дешевого эля. Этот запах доносился со стороны бара.
Виолетта бросила нерешительный взгляд на бар «Дикий коготь». С виду он напоминал больше обычную придорожную лавку в старинном стиле — небольшое одноэтажное строение с деревянными дверями на качающихся петлях и слегка шатающейся вывеской над ней со светящимися буквами. Возле входа стояли две деревянные скамейки. Над ними располагались большие окна. Кирпичные стены были покрыты старыми плакатами с изображениями нанобилей, полуголых женщин и журнальными вырезками.
— Какая безвкусица! — пробормотала себе под нос девушка, с отвращением разглядывая сомнительное заведение.
Внутри бара оказалось прохладно и полутемно. В воздухе стоял едкий запах эля. Этот терпкий аромат напоминал чем-то запах ржаного хлеба или можжевельника. Мягкий свет от подвесных ламп отражался от лакированной поверхности стойки, на которой стопкой стояли перевёрнутые стаканы и стопки. Рядом с ней в ряд тянулись деревянные жёсткие стулья.
Вся стена за стойкой была заклеена старыми газетными вырезками и выцветшими снимками незнакомых людей. По большей части это наверняка микоры — здесь буквально несёт типичной микорской жизнью. В баре помещалось всего несколько круглых деревянных столиков, разбросанных в хаотичном порядке. На них составлены перевёрнутые стулья. Из старенького приёмника на стойке играла тихая дорожная музыка.
Виолетта направилась прямиком к бармену, который как раз заканчивал протирать стаканы. Заметив девушку, он нахмурился и предупредил:
— Мы закрываемся, приходите вечером!
— Я прошу оказать мне небольшую услугу. Это всё, что мне нужно! — сказала девушка, стараясь выглядеть убедительно.
Бармен смерил её оценивающим взглядом, и его бровь заинтриговано поползла вверх.
— Чем я могу помочь? — поинтересовался он.
Несмотря на отсутствие посетителей, Виолетта воровато огляделась по сторонам, склонилась ближе к собеседнику
— Я слышала, что Вы владеете информацией о некоем Проводнике. Он часто бывает в вашем заведении.
Услышав эти слова, мужчина раздражённо опустил стакан на лакированную поверхность стойки, едва не поцарапав покрытие. Его взгляд потемнел.
— Этот тип заявляется практически каждую ночь на протяжении многих лет и сидит до самого закрытия в своём излюбленном местечке! — недовольно пробормотал он и мотнул головой в дальний угол зала.
Виолетта проследила за его взглядом. За небольшим столиком сидел человек в плаще и шляпе, полностью скрывающей его лицо. Он медленно покуривал старинную курительную трубку. Едкий дым разлетался по помещению. На столе стоял на половину осушенный кувшин эля. В руках — свежий выпуск газеты.
Девушка нисколько не удивилась тому, что не заметила его раньше. Незнакомец сидел прямо за деревянной колонной, удерживающей подвесной навес.
— У тебя есть ещё несколько минут до закрытия, красавица! — предупредил бармен. — Только на твоём месте я не связывался бы с этим типом. Слишком уж большую плату он дерёт за свои услуги.
— Я это учту, спасибо! — коротко ответила Виолетта и зашагала к дальнему столику.
От стойкого запаха табака у неё запершило в горле. Бармен с любопытством посматривал ей в след, пока протирал последний стакан. Незнакомец не отрывал сосредоточенный взгляд от газеты. Жёлтые зубы, сжимающие черенок трубки, слегка дрожали. Когда девушка остановилась возле него, он даже не шелохнулся.
— Кхм… Прошу прощения! — деликатно пробормотала она и закашлялась от отвратительного дыма.
Незнакомец лениво поднял на неё взгляд, и Виолетта смогла рассмотреть его лицо. Это был старик с густыми нахмуренными бровями, растрёпанными седыми волосами и жёсткой щетиной на нижней части лица. Глубокие морщины напоминали складки. Худые руки с длинными крючковатыми пальцами и патологически увеличенными костяшками сжимали свежий выпуск газеты. В выцветших глазах отразилось явное недовольство.
— Оставь меня в покое, девочка! — раздражённо прохрипел он. — Я не в настроении выслушивать твои жалкие проблемы.
Виолетта упрямо отодвинула стул и села напротив. Деревянные ножки жалобно скрипнули под её весом. Старик вновь уткнулся в газету. Шляпа надёжно скрыла его лицо за своими полями.
— Вы и есть Проводник? — нетерпеливо спросила Виолетта, переходя сразу к делу.
Незнакомец никак не отреагировал. Чёрно-белые снимки будто злорадствовали и смеялись со страниц газеты. Их глаза напоминали чёрные бусинки.
— Мне нужна Ваша помощь! — громко произнесла девушка, чётко проговаривая каждое слово.
Старик лишь выпустил очередной столбец мерзкого дыма и молча продолжил чтение.
«Может, он глухой? Или издевается? У меня нет времени на игры!» — разозлилась девушка. Ловким движением она вырвала из его рук газету, да так, что та порвалась, и раздражённо швырнула на стол. Мужчина удивлённо откинулся назад. Он спокойно налил себе ещё эля и отставил кувшин в сторону. Когда дрожащая старческая рука потянулась к стакану, Виолетта накрыла его ладонью. Упрямо уставилась на старика. Какое-то время они буравили друг друга испытывающими взглядами. Наконец, Проводник устало вздохнул.