Танцор у гроба

Дивер Джеффри

Умолкнув, она уставилась вдаль.

— Мы с Эдом познакомились в морской авиации. Оба летали на истребителях. Когда он сделал мне предложение... Знаете, в армии в таких случаях говорят: «Хочешь стать моим подчиненным?» Ну, шутка такая. Но мы тогда еще оба были младшими лейтенантами, поэтому Эд сказал: «Давай станем подчиненными друг друга». Он хотел подарить мне кольцо, но поскольку отец лишил меня наследства...

— Правда?

— Ага. Прямо мелодрама какая-то, но мне сейчас не хочется вспоминать об этом. Так или иначе, уволившись из армии, мы с Эдом очутились на мели

и долго откладывали последние гроши, чтобы основать свою компанию. Но однажды вечером он сказал: «Давай полетаем». Мы взяли напрокат старый «Норсман». Замечательный самолет. С большим звездообразным мотором воздушного охлаждения... На таком можно делать все что угодно. Я села в левое кресло, то есть взяла на себя обязанности первого пилота. Мы взлетели, и я поднялась на высоту шесть тысяч футов. Вдруг Эд, поцеловав меня, покачал штурвал. Это означало, что он принимает управление на себя. Я отпустила штурвал. И тут Эд сказал: «Перс, а я все-таки достал тебе бриллиант».

— Да? — спросила Сакс. Перси грустно усмехнулась.

— Он дал полный газ, до самой красной отметки, а затем резко потянул штурвал на себя. Нос самолета задрался вертикально вверх, — в глазах Перси Клэй блеснули слезы. — Какое-то мгновение, пока Эд не отпустил штурвал, мы смотрели прямо на усыпанное звездами небо. Повернувшись ко мне, Эд сказал: «Выбирай. Перед тобой все звезды ночного неба — возьми любую».

Перси уронила голову. Все звезды ночного неба... Вытерев рукавом глаза, она снова повернулась к двигателю.

— Поверьте, у вас нет причин для тревоги. Линкольн — потрясающий мужчина, но кроме Эда мне никто не нужен.

— Тут нечто большее, — вздохнула Сакс. — Вы напоминаете ему женщину, которую он когда-то любил. Стоит ему вас увидеть, и он опять оказывается с ней.

Перси пожала плечами.

— У нас много общего. Мы друг друга понимаем. И что с того? Это ничего не значит. Амелия, откройте глаза. Райм вас любит.

— Не думаю, — рассмеялась Сакс.

Перси бросила на нее взгляд, красноречиво говоривший:

«Как вам угодно...»,и начала убирать инструмент, аккуратно складывая его в коробки.

Зашедший в ангар Роланд Белл проверил все окна, всмотрелся в тени.

— Все спокойно? — спросил он.

— Абсолютно.

— У меня для вас сообщение. Ребята из «Ю. Эс. Хелскэр» только что выехали из больницы Уэстчестера. Груз будет здесь через час. На всякий случай их сопровождает машина с моими людьми. Но не беспокойтесь, паники не будет, мои ребята знают, что к чему. Шофер даже не догадается, что за машиной следили.

Перси сверилась с часами.

— Хорошо.

Взглянув на Белла, смотрящего на раскрытый двигатель словно змея на мангуста, она спросила:

— Вы что, собираетесь нянчиться с нами и в самолете? Тот шумно вздохнул.

— После того, что произошло в охраняемом доме, — мрачно произнес он, — я больше ни на минуту не спущу с вас глаз.

Покачав головой так, будто его уже начало укачивать, он вернулся к выходу и скрылся в прохладных вечерних сумерках.

Засунув голову в отсек. Перси стала проверять свою работу.

— Глядя на вас

с Раймом, я скажу так: пятьдесят на пятьдесят, — донесся ее гулкий голос. Вынырнув из двигателя, она посмотрела на Сакс. — Знаете, давным-давно у меня был инструктор.

— И?

— Когда мы с ним летали на многомоторных самолетах, его любимым развлечением было заглушить один двигатель и попросить совершить посадку. Многие инструктора глушат двигатель, чтобы выяснить, как ученик поведет себя в такой ситуации. Но делают они это на большой высоте, а перед посадкой запускают двигатель снова. Но это же — ха! Он заставлял нас садиться с одним работающим двигателем. Ученики его всегда спрашивали: «А это опасно?» А он всегда отвечал:

«Наверняка не знает даже Господь Бог. Иногда приходится рисковать».

Опустив створку отсека. Перси с громким стуком закрыла защелку.

— Что ж, готово. Этот чертов самолет действительно может подниматься в воздух.

С этими словами она похлопала по сверкающей стали, как треплет круп своего коня участник родео.

Глава тридцатая

Час 32-й из 45

В воскресенье в шесть часов вечера Джоди вызвали из спальни в особняке Райма на первом этаже, где он все это время сидел взаперти.

Маленький бродяга неохотно поднялся наверх, прижимая к груди свою глупую брошюру «Покончим с зависимостью» так, словно это было Священное писание. Райм вспомнил, что одно время эта книга несколько месяцев подряд держалась в списке бестселлеров. А сам он, в то время захлестнутый черной меланхолией, тогда цинично говорил себе, что он со своей зависимостью не покончит никогда. Из Куантико в Камберленд, штат Западная Вирджиния, последнее местожительство Стивена Колла, вылетел отряд агентов ФБР. Они должны были проверить все возможные ниточки, пытаясь определить его теперешнее местонахождение. Но Райм, имевший возможность убедиться, как тщательно заметает за собой следы Танцор у гроба, не имел оснований считать, что в прошлом он действовал менее аккуратно.

— Вы нам уже рассказывали о своем приятеле, — начал Райм, обращаясь к Джоди. — Вы говорили о фактах, осамом главном. Но мне нужно знать больше.

— Я...

— Подумайте хорошенько.

Джоди прищурился. Райму показалось, он старается подобрать что-нибудь такое, чтобы задобрить присутствующих. К его удивлению, Джоди вдруг сказал:

— Ну, например, он очень вас боится.

— Нас? — переспросил Райм.

— Нет. Вас одного.

— Меня? — поразился он. — Он меня знает?

— Ему известно, что вас зовут Линкольном. А также то, что вы на него охотитесь.

— Откуда?

— Понятия не имею, — сказал маленький человечек. Помолчав, он добавил: — Знаете, он пару раз звонил по своему сотовому телефону. Ничего не говорил и долго слушал. Я тогда подумал...

— Дьявол! — нараспев протянул Деллрей. — Он прослушивает чей-то телефон.

— Ну конечно! — воскликнул Райм. — Вероятно, номер конторы «Гудзон-Эйр». Именно так ему стало известно про охраняемый дом. Как нам это раньше не пришло в голову?