Танцы на стеклах...

Сартр Ева

Охотник уставился на давнего друга во все глаза, ожидая услышать его объяснение происходящего, но тут же вскочил и едва успев подхватить Влада, который стал резко оседать на каменный пол пещеры, попытался усадить того на выступ в стене.

– Отойди, - выдохнул вампир.

– Что?
– ничего не понимая, спросил мужчина.

– Отойди от меня!
– повысив голос, резко бросил Влад, вставая и делая несколько шагов в сторону.

На смену пробирающему до костей ознобу пришла волна жара, казалось,

готового выжечь Влада изнутри. Ощущения были настолько сильными, что вампир в один миг потерял человеческие черты, обращаясь в чудовищного зверя, пытаясь силой вампира погасить огонь, разливающийся по его телу.

– Одна магия вступила в противостояние с другой, - придя в себя и достав из кармана амулет, светящийся ровным зеленым светом, пояснил Дракула.
– Щит Cмерти, изготовленный Иляной, пытаясь защитить меня от внешнего посягательства активировался, но ему потребовалось несколько минут, чтобы окончательно свести на нет действия, как я могу догадываться, "ведьминой петли".

– Что за петля? Ты о чем?
– с удивлением взглянув на вампира, поинтересовался Гэбриэл.

– Кто-то попытался отобрать у тебя лавры победителя и сжить меня со свету, - усмехнувшись, отмахнулся от вопросов охотника Влад.

– Что случилось?
– послышалось из другого угла пещеры.

– Ничего, все в порядке. Отдыхайте!
– заверил вампир своих людей и Карла, усаживаясь снова на каменную скамью.

Нельзя сказать, что Михей и Думитру сильно боялись Дракулу, но все же в подобные моменты они предпочитали не попадаться на глаза своему грозному хозяину. Как говорится: "береженого Бог бережет". Они не были на сто процентов уверены в благосклонности к ним Небесного Творца, но обещанию князя ночи не трогать их ни при каких обстоятельствах, пока они ему верно служат, они верили безоговорочно. Хотя лишний раз искушать судьбу в его обличии им совершенно не хотелось. Поэтому убедившись, что все, и правда, в порядке, во всяком случае никакой явной угрозы нет, они вернулись назад и снова улеглись на выдолбленные в скале скамьи и погрузились в царство сна, тут же укрывшего их своим невесомым покрывалом.

– Я никогда такого не видел, - проговорил Карл, приближаясь к Дракуле и Ван Хельсингу.
– Да и не думал, что увижу Щит Смерти в действии.

– Не знаю, как это смотрелось со стороны, а вот ощущения были далеко не из приятных, - сверкнув глазами, недовольно сказал Влад.

– Ну-у, смотрелось это тоже не очень, - что-то обдумывая, проговорил Карл.
– Но учитывая, что свет от амулета был изумрудным, то можно с уверенностью сказать, что защита сработала отлично. Проклятие, наложенное на вас, было полностью деактивировано.

– Думаю, Ментору удалось развязать "петлю", - произнес Влад.
– Вот и получилось, что одна магия спровоцировала выброс другой.

– А что...
– начал было Карл, но тут же замолчал под пристальным взглядом вампира.

– Предлагаю все-таки отдохнуть, - сухо бросил Дракула и, отвернувшись от своих собеседников, устроился на каменной скамье. Затем прикрыл глаза, давая им понять, что разговор окончен.

Карл и Ван Хельсинг переглянулись и, также заняв свои временные ложа, погрузились в сон.

*******

В

следующий раз Ван Хельсинг проснулся от монотонного шума, раздающегося снаружи, и аромата жареного мяса, который заставил его желудок, тут же заурчавший от чувства голода, вспомнить, что в последний раз ел он часов десять назад. Не обнаружив никого в пещере, Гэбриэл вышел на улицу и поспешил к костру, где Думитру поджаривал нескольких птиц.

– Ничего себе!
– удивленно произнес Гэбриэл.
– Прямо королевский ужин.

– Я уже хотел идти тебя будить, - подвинувшись и уступая место на сучковатом бревне, лежащем на земле недалеко от входа в пещеру, сказал Карл.

– Мы решили, что неплохо было бы подкрепиться, - сказал Михей, снимая с палки птичью тушку и протягивая ее Думитру.
– Здесь недалеко, в старом лесу, справа от Кровавого озера обширные моховые болота, но не те через которые мы шли, а рядом, сплошь покрытые мягким и толстым слоем сфагнума и заросшие хвощем и осокой. Там водится разнообразная болотная дичь, например, вот эти кулики и хохлатые чибисы.

– Жаль, что сейчас не сезон сбора клюквы, там буквально от нее прохода нет. Прямо настоящие заросли, - вставил Думитру, разламывая птицу и передавая ножку Карлу.

– Спасибо, - кивнул бывший монах и с удовольствием принялся за вечернюю трапезу. Вторая ножка отправилась к Гэбриэлу.

На какое-то время повисла тишина, все молча наслаждались дарами природы, уплетая за обе щеки пойманную дичь. Да и говорить как-то особо не хотелось. Надвигающиеся сумерки и пламя, безжалостно пожирающее сухие поленья, делали Врата еще неприятней, вычерчивая на стенах, казалось, бездонной пропасти, причудливые узоры и демонические тени. Отчего обжигающий холодок то и дело пробегал по телам людей, ждущих назначенного часа, чтобы вызвать из потустороннего мира древние силы.

На темной небесной тверди уже стали зажигаться яркие звезды, рисуя незримой кистью замысловатые узоры созвездий. С каждой минутой становилось все темнее и планеты на небе выстраивались в определенном порядке. Марс уже почти соединился с Сатурном, а Луна, идущая на убыль и проливающая свой потусторонний свет на Землю, обратила свой лик на Запад, указывая направление, откуда стоило ожидать появления Древних.

Дракула стоял в нескольких шагах от выложенного из камней портала, опираясь на огромный черный валун, бесформенной глыбой торчащей из застывшей лавы. В руках он крутил небольшой стеклянный пузырек, в котором плескалась алая жидкость.

– С тобой все в порядке?
– заметив странное поведение Дракулы, поинтересовался Ван Хельсинг, покидая свое место у костра и приближаясь к другу.
– Ты какой-то...
– он поежился, когда Влад обратил на него взор своих отливающих красным глаз. Охотнику в этот момент очень хотелось верить, что это всего лишь иллюзия, что черные очи темного князя просто улавливают отблески костра, но умом мужчина понимал, в чем была истинная причина данной метаморфозы.

– Как тебе сказать?
– едва слышно произнес вампир, снова возвращаясь к созерцанию содержимого небольшой бутылочки.
– Я никогда не понимал своих собратьев, готовых на все ради утоления голода, но сейчас, - он тяжело вздохнул, - я с трудом удерживаю своего демона.