Танец для чародея
Шрифт:
— Здравствуй, смелое и отчаянное дитя, — услышала я голос.
Он звенел хрусталем, отзывался эхом по макушкам деревьев.
— Здравствуй, Матушка Зима.
Говорят, только мы, снежные дети, наделенные каплей особой силы, и можем призывать могучую богиню, прося о помощи.
Ее лицо — нежное и чистое, светлое… хоть и кажется присыпанным серебром. Фигура, закутанная в белоснежные наряд, расшитый дивными узорами, из которых рождаются метели, ладная и величавая. Волосы, словно иней на ветках, сверкают
— Слушаю твою просьбу, дитя.
— Огненный чародей, что стоит за куполом, ищет суженую. Без ее любви и тепла его магия потеряет контроль. Помоги найти, подскажи путь… Времени осталось так мало, а я… мы…
— Дождись возвращенья своего друга.
— Евы? — тут же поняла я.
— Да. Она укажет путь к суженой.
— А если сова не вернется к Ледяной полночи? — не удержалась я.
— Вернется, — улыбнулась одними уголками губ Матушка Зима.
И рассыпалась снежинками, исчезая, словно и не было ее.
Слабость накатила мгновенная, жуткая, и я рухнула на поляну, не зная, как подняться. Защитный купол исчез, рядом оказался Арнарий.
— Сумасшедшая ведьма! — прохрипел он, старательно натягивая на меня шубу и сапоги, а потом подхватил на руки.
Я уткнулась в его плечо, такое надежное, сильное… Мое украденное счастье. Мечта, которая никогда не сбудется…
— Что вот ты творишь? Да, я просил помочь, но не такой же ценой! Она же из тебя всю силу вытянула. Да она восстановится…
— В Ледяную полночь, — ответила я, чувствуя дикий холод.
Арнарий витиевато выругался, прижал меня к себе, как самую настоящую драгоценность.
— Ведьма, ты хоть о чем-то думаешь, когда делаешь? Я ведь, единственная твоя защита, остался за куполом. Что там происходило, мог лишь видеть, но не слышать. И не прорвался бы, не помог… А если бы Ледяная колдунья причинила тебе вред?
— Это не она приходила. Я Матушку Зиму призвала.
Арнарий споткнулся, стиснул меня.
— Даже интересно, все ведьмы такие или мне одному досталась?
— Ар! — возмутилась я. — Она бы не стала причинить вред ведьме, выполнившей условия…
— Да много ты знаешь о Матушке Зиме!
— А ты о ведьмах! Лучше бы спросил, что она сказала о твоей суженой, — попыталась возмутиться я.
В этот момент мы оказались на пороге дома, нырнули в блаженное тепло.
— Неужели неинтересно? Или я зря старалась?
Арнарий молча разжег огонь, стащил с меня шубку и закутал в теплое одеяло. Затем выругался, быстро усадил в кресло, опустился на колени, пронзил взглядом.
— Эльза… не знаю, как ты воспримешь мои слова. Наверное, мне даже стоит порадоваться, что в тебе не осталось магии. Метлу не призовешь, чтобы за мной погоняться. Знаю, вы, ведьмы, это дело
Таааак…
— Я найду суженую. Но уже не для того, чтобы остаться с ней. А… объясниться. Я искренне и всем сердцем полюбил другую женщину. Ненормальную и отчаянно смелую. Настолько добрую, что хочется спрятать и запереть… Мою снежную ведьму. Не думал, что так бывает…
Я вытаращила глаза и уставилась на него, не веря в услышанное.
— Там, при первой встречи, когда мой огонь пытался окутать тебя, я не верил в происходящее. Отмахнулся… И весь этот день, наблюдая за тобой и пытаясь переубедить себя… Я люблю тебя, Эльза.
— И этот человек говорил, что я — сумасшедшая! — не удержалась я.
— Когда увидел, как ты ради меня рискнула всем… Магией, жизнью, свободой… Не рассказывай мне, насколько неопасно общение с воплощением стихии, не обманывай… Я смотрел, как ты танцевала… Кружилась, как снежинка. Манила… Делала это ради меня… Эльза, да я за тебя жизнь отдам, если нужно.
— Да я…
— Потому что никто и никогда не был готов отдать за меня все. Потому что никто и никогда не оказывался настолько смелым, с таким великим сердцем, искренне следуя своему пути. Потому что… никто и никогда не сможет любить меня сильнее.
— Арнарий… — прошептала я, чувствуя, как жар его слов согрел мгновенно, заставляя забыть обо всем на свете. — Но я ведь не твоя суженая. Понимаешь? Твоя магия станет неконтролируемой, если откажешься…
— Я предпочту короткое счастье с той, что полюбил… Искренне и беззаветно. Но не жизнь с магией без любви. Прими мой выбор, ведьма моя снежная, душа моя светлая… Позволь оставшийся час просто провести с тобой. Любишь же?
— Люблю, — неожиданно для самой себя призналась я.
И глаза мага наполнились светом и теплом. Пальцы нежно погладили меня по щеке.
Как же больно будет, когда моего мага не станет… У моего короткого счастья есть цена.
— Ева должна скоро вернуться. Матушка Зима пообещала. Она укажет путь к твоей суженой.
— Ева? Твой фамильяр?
— Мой друг, — отозвалась я.
Арнарий покосился на корзину, стоящую возле огня, а потом притянул меня к себе, явно собираясь поцеловать. И тут окно распахнулось, и тревожно ухнула Ева, влетевшая в комнату.
— Ева! — обрадовалась я.
— Лия! — пораженно воскликнул Арнарий и протянул руку к сове, которая напрашивалась на ласку.
Я нервно сглотнула, издала смешок.
— Ар… ты хочешь сказать… моя Ева и есть твой пропавший фамильяр? — не удержалась я.
Маг ошалело посмотрел на меня, а потом сверкнул глазами так, что захотелось спрятаться за кресло. Или лучше прямо под него.
— Не может этого быть! — хором выдали мы и рассмеялись.
Ева радостно ухнула, подставляя крыло уже под мою руку. Соскучилась…