Танец смерти
Шрифт:
Д'Агоста похолодел. Теперь он понял, зачем Диоген спас Пендергаста, зачем вернул его к жизни, после того что случилось в замке Фоско. Недостаточно было умертвить друзей брата. Нет, он понадобился ему в качестве ширмы для собственных преступлений.
– А теперь это, – сказала Хейворд. – Она показала ему другой отчет. Он был в прозрачной обложке, и Д'Агоста увидел заголовок:
Психологический портрет
Убийцы Гамильтона/Дучэмпа/Декера/Трин
Отдел поведенческой науки
Федеральное бюро расследования, Куантико
– Я не говорила им, что подозреваю их же сотрудника. Просто сказала, что, по нашему мнению,
Она посмотрела Д'Агосте в глаза.
– Ну что? Этот портрет никого тебе не напоминает, Винсент?
Д'Агоста не ответил.
– Это все внешние черты. Затем следует психологический анализ. – Она стала отыскивать нужный абзац в докладе. – «Убийца – человек властный, умеющий контролировать свои чувства. Очень хорошо организован, точен и логичен. Подавляет внешнее проявление эмоций и редко, если вообще когда-либо, открывает себя другим. Настоящих друзей у него мало, а может, и вообще нет. Он трудно налаживает отношения с противоположным полом. Должно быть, у него было трудное детство – холодная, властная мать и отдаленный, либо отсутствующий отец. Семейные отношения не сложились. Возможно, в роду имелись преступники или люди с расстройством психики. В детстве он перенес тяжелую эмоциональную травму, касавшуюся близкого члена семьи – матери, отца или родного брата/сестры – после этого он всю жизнь за нее расплачивается. Очень подозрителен, считает себя выше других – в интеллектуальном и моральном отношении...»
– Какая белиберда! – взорвался Д'Агоста. – Все искажено. Он совсем не такой!
И спохватился. Хейворд смотрела на него, вскинув брови.
– Стало быть, ты узнаешь этого человека.
– Конечно, узнаю! Но все искажено. Он не такой. Пендергаст не убивал этих людей. Его подставили. Улики, кровь... все подставлено. Убийца – его брат, Диоген.
Еще одна долгая пауза.
– Продолжай, – сказала она бесстрастным голосом.
– После итальянского происшествия, когда все мы думали, что Пендергаст погиб, Диоген отвез его в клинику. Пендергаст был болен, накачан снотворными, и это дало возможность Диогену собрать все, что требовалось, чтобы впоследствии подставить Пендергаста, – волосы, волокна, кровь. Это Диоген. Разве не видишь? Он всю жизнь ненавидел Пендергаста, все эти годы планировал расправу. Он прислал Пендергасту письмо, в котором пообещал устроить совершенное преступление, и назвал дату – это произойдет сегодня.
– Уж не думаешь ли ты, что я поверю в эту сумасшедшую теорию, Винсент...
– Теперь моя очередь говорить. Диоген хочет совершить свое преступление даже больше, чем убить брата. Он планировал убить каждого, кого любил брат, а Пендергаста оставить в живых. Похоже, он собирался выставить брата виновником за совершенные им самим преступления...
Д'Агоста
– Винни, помнишь, ты просил меня поинтересоваться Диогеном? Я это сделала. Потратила массу времени, чтобы отыскать его следы, и вот что я нашла.
Она открыла папку, вынула из нее еще один листок и положила перед ним. На документе стояла печать, и он был заверен нотариусом.
– Что это?
– Свидетельство о смерти. Диоген Дэгрепонт Бернули Пендергаст. Погиб двадцать лет назад в автомобильной катастрофе в Великобритании.
– Подделка. Я видел его письмо. И знаю: он жив.
– А что, если письмо это написал сам Пендергаст?
Д'Агоста уставился на нее.
– Да я видел Диогена. Собственными глазами.
– В самом деле? Где?
– Возле замка Фоско. Когда за нами охотились. У него глаза разного цвета. Помнишь, нам говорила об этом Корнелия Пендергаст?
– А почему ты так уверен, что это был Диоген?
Д'Агоста замялся.
– Мне сказал об этом Пендергаст.
– Ты говорил с ним?
– Нет. Но я видел его детскую фотографию, совсем недавно. Это то же лицо.
Последовала длинная пауза. Хейворд снова обратилась к портрету преступника.
– Здесь есть еще кое-что. Прочти.
Она подала ему бумагу.
У предполагаемого преступника могут наблюдаться редкие симптомы диссоциированной личности. В этом случае субъект играет две разные, диаметрально противоположные роли – убийцы и следователя. В данной необычной ситуации убийца может быть силовым офицером, расследующим дело. При другом варианте патологии убийца является гражданским человеком, инициирующим расследование преступлений. Часто бывает, что он совершает блестящие открытия – находит вещественные доказательства, пропущенные следователем. В обоих вариантах убийца оставляет столь мелкие и незначительные улики, что полиции трудно их обнаружить. Для выявления вещественных доказательств требуется обладать недюжинной наблюдательностью и/или способностями к дедукции. На сознательном уровне личности убийцы/следователя не подозревают о существовании друг друга, хотя в области патологического подсознания активно общаются.
– Чушь собачья. Все это свойственно человеку, желающему привлечь к себе внимание. Пендергаст старается остаться в тени. На него это не похоже. Ты его знаешь, работала с ним. Что тебе подсказывает интуиция?
– Ты вовсе не хочешь знать, что подсказывает мне интуиция. – Темные глаза пристально вглядывались в него. – Винни, догадываешься, почему я поделилась с тобой этой информацией?
– Почему?
– По единственной причине. Я думаю, ты находишься в смертельной опасности. Пендергаст – сумасшедший, и в следующий раз он убьет тебя. Я уверена.
– Он не убийца.
– Тот Пендергаст, которого ты знаешь, даже не подозревает, что он убийца. Он думает, что это – Диоген. Он уверен, что брат его жив и что вы с ним хотите его найти. Это та самая патология, которая описана здесь. – Она хлопнула по отчету. – Вторая его личность... Диоген. Он живет с ним в одном теле. С той его личностью ты пока не встретился. Но встретишься... когда он убьет тебя.
Д'Агоста не смог отыскать слов для ответа.
– Не знаю, может, не следовало все это тебе рассказывать. – Голос ее стал жестким. – Ты не имеешь права на мое доверие, после того как все разрушил. Я столько для тебя сделала, благодаря мне ты получил высокое положение на службе, и ты меня предал, отверг мою... – Она замолчала и, тяжело дыша, пыталась успокоиться.