Танго втроем
Шрифт:
Может, зря она тревогу подняла? Напридумывала всякого-разного, нафантазировала… Себя до смерти напугала и людей от служебных забот оторвала. Правильный, наверное, поставил Вадим Петрович диагноз: невменяема…
Со стороны входной двери донеслись какие-то странные звуки. На слух это воспринималось как частые хлопки в ладоши. Несмелые аплодисменты, так и не перейдя в овацию, тут же оборвались; затем что-то звякнуло раз и другой; и напоследок раздался еще один хлопок — прозвучал он хотя и негромко, но плотно и упруго, так выходит хорошо притертая пробка из бутылки.
Лена испуганно затаилась в своем
Мужчина в кожанке и солнцезащитных очках на короткое время застыл посреди холла. Хотя в квартире царит полумрак, снимать очки он не стал. Зачем? Ему и так все видно. Широко раздувшиеся ноздри вобрали летучие запахи женского парфюма. На глаза попалась выпотрошенная сумочка, часть ее содержимого, включая газовый баллончик, валялась на полу.
Здесь она, здесь… Вот же сучка, затаилась где-то. Видно, заподозрила неладное, потому и дверь не стала отпирать… Зря только время потерял, когда топтался на площадке, прикрываясь букетиком… А времени, кстати, осталось в обрез. Так что некогда ему тут играться в жмурки…
Мягкий палас скрадывал звук шагов. Уютное гнездышко…
А где же его хозяйка?
Бегло осмотрел большую комнату. Мягкий уголок, стенка, картины развешаны там и сям, детские рисунки… Здесь ее нет.
И спрятаться ей здесь негде.
Не простая, видать, бабенка, раз такие силы приведены в действие… Не дали даже толком выпасти, вали, и все тут! В прежние времена так не поступали. Есть «одноразовые» киллеры, расходный материал… А нынче вот «больших» побеспокоили, видать, крутая пошла косьба…
Время, время… В считанные секунды он осмотрел, кажется, всю квартиру: сияющую чистотой кухню, будуар, то бишь спальню, убедился, что хозяйка не прячется на застекленном балконе…
Ванная, туалет… Где же эта чертова баба?!
Он остановился в коридорчике, напротив кладовки. Маленькая темная каморка, чулан, его еще называют «тещиной комнатой». А за дверью, в темной норке, прячется маленькая глупая мышка…
Он позволил себе растранжирить еще пару секунд, слизнув кровь с уколотого шипами роз пальца. Затем направил пистолет с навинченным на дуло глушителем на дверь: зачем, спрашивается, ему рисковать? Прозвучал выстрел. Один. Громко и раскатисто…
Глава 11
На то, чтобы добраться до Артиллерийской, ушло не более десяти минут времени.
— Володя, сворачивай к девятиэтажке… К дальнему подъезду! В машине, кроме Сотника, находились еще двое, молодые парни, в возрасте до тридцати, из оперсостава УБЭП. Что касается транспорта, то это была обычная «волжанка» без милицейской символики, из числа тех тачек, что используются в оперативных целях.
Вторая машина, «Опель» с тонированными стеклами, на борту которого находились Бушмин и еще один оперативник, свернула в соседний двор; здесь они должны дожидаться Сотника и К°.
— Михалыч, «Тойота»…
— Вижу, — коротко бросил Сотник. — Погодь, Коля… Погодь хвататься за рацию! Две-три минуты ничего не решат… Володя, остаешься здесь, осмотрись как следует! А ты, Николай, дуй следом за мной!
Одним махом вознеслись на пятый этаж… Дверь, отделяющая полуотсек от лестничной площадки, была прикрыта, но не на замок. На полу
Дружно обнажили табельные стволы. На короткое время застыли у двери. Сотник на всякий случай сверился с цифирью: а вдруг перепутали квартиру?
— Замок выбит, — прошептал опер. — Боюсь, мы опоздали.
— Прикрывай спину, Коля. — Сотник легонько, кончиками пальцев толкнул дверь. — Ну все, с богом…
Дверная цепочка, как и следовало ожидать, была перебита. Вошли в квартиру тихонько, крадучись, без криков и матерных угроз. Мертвая тишина… Неужели и вправду опоздали?
Сотник выбрался из прихожей в холл. Увидел там то же самое, что за несколько минут до него видел киллер. А потом… и самого киллера.
Сотник от изумления даже присвистнул. Это был неожиданный поворот. Он всякое в жизни видел, но такого…
— Эй, есть тут кто живой? — Переступив через распростертого «жмура», он заглянул в кухню, затем сунулся в спальню. Включил свет: в комнате темно из-за плотно зашторенных окон, да и на улице уже начинает смеркаться. — Коля, посмотри в гостиной…
— Ее здесь нет.
—Лена! Розанова! Не понял… Куда она подевалась? Сотник присел на корточки. Озадаченно почесал дулом «ПМ» кончик носа. Пригнул голову к плечу, чтобы получше рассмотреть «фейс» — мужик лежал практически на боку, с подогнутыми в коленках ногами, с пробитой черепушкой, покоящейся на выпростанной руке. Здесь же, на полу, валялся рабочий инструмент киллера — «беретта М-92Ф» с навернутым на дуло глушителем.
Пуля вошла тому в правый глаз вместе с осколками стекла. Из зияющего в оправе очков отверстия сочится сукровица. Б-р-р… Привстав с корточек, Сотник попытался сориентироваться, откуда был произведен выстрел, а заодно понять, что же здесь в действительности произошло… Ну вот же, на стене кровавые ошметья!
Что? Быть такого не может…
Только сейчас он обратил внимание на пулевое отверстие в двери чуланчика. А заодно расслышал странные звуки, напоминающие тихий и жалобный детский плач.
Последующие несколько минут Сотник вынужден был заниматься сразу несколькими делами: общаться по рации с замещающим Белицкого на посту начальника управления Сухотиным — портативная рация снабжена кодирующим устройством, призванным обеспечить «закрытость» переговоров в, УКВ-диапазоне; раздавать ЦУ своим младшим коллегам — этим расторопным ребяткам разжевывать кашку нет нужды, все понимают с полуслова; присматривать за Розановой — девушка, и это вполне объяснимо, пребывает в шоковом состоянии. И еще он обязан думать, думать и думать… Лихорадочно напрягать извилины, просчитывая всевозможные варианты в поисках наиболее оптимального. А в условиях дефицита времени, при недостатке информации, на основании которой можно судить об истинных причинах случившегося, да еще с учетом привходящих обстоятельств, — найти этот самый оптимальный вариант ох как непросто… Тот же Бушмин, к примеру, завис в воздухе — кто же мог знать, что такая вот ситуевина случится… А сводить Кондора с кем-либо, кроме отозванного из тактических соображений в Москву Белицкого да еще Сухотина, который сейчас тоже занят неотложными делами, распоряжением из Центра запрещено.