Танковые бои

Уже в первых пограничных столкновениях с нашими войсками немцы бросали против нас массы танков, которым предшествовало появление мотоциклистов и автоматчиков. По одному появлению мотоциклистов и автоматчиков можно было догадываться о предстоящем появлении вражеских танков. Вслед за мотоциклистами и автоматчиками появлялись малые танки в небольшом количестве. Иногда, если мотоциклисты и автоматчики ранее не появлялись, танки несли на себе десант автоматчиков. При попадании под ваш обстрел

автоматчики спешивались, рассеивались и, открывая беспорядочный огонь, пытались создать видимость действий большого количества немецких войск.

Если этот прием не удавался и малые танки наталкивались на стойкое сопротивление, то через небольшой промежуток времени немцы бросали против нас средние и большие танки, ведущие за собою пехоту. Танки, как правило, имея на прицепе противотанковые пушки, заскакивали на фланги — за стога, дома, в высокую рожь и т. д. — и, отцепив пушки, вели огонь по нашим войскам. Описанный прием особенно часто применялся, когда немцы ожидали контратаку наших танков.

Высылая вперед небольшие группы танков, немцы пытались отвлечь внимание наших танков и артиллерийских средств от своих главных сил. Выбрасывая вперед противотанковые орудия, они стремились к уничтожению наших зазевавшихся танков, которые увлекались борьбой с отдельными прорвавшимися танками противника.

Немецкие наступающие танковые части, как правило, сопровождаются «кривой ногой», — так называют наши бойцы немецкий разведывательный самолет «Хеншель». Немецкие разведчика корректируют действия артиллерии и автоматчиков, которые пытаются проскочить через наше боевое охранение.

Если этот прием противнику удавался, то он продолжал двигаться вперед, ракетами (обычно зелеными и голубыми) давая знать своей артиллерии и авиации свое местонахождение.

Если командир будет увлекаться только боем, который ведется непосредственно перед ним, a не будет вести глубокой разведки и наблюдения, он неизбежно попадет впросак и понесет большие потери.

Командир должен помнить: немцы пытаются обмануть нас огнем автоматчиков, которые, перебегая от одного места на другое и беспорядочно стреляя, должны создать видимость сплошного огневого пояса. Немцы пытаются, далее, обмануть нас своими выдвинутыми вперед танками, имея целью обнаружить все наши огневые средства, чтобы затем обрушиться на них главными своими силами и, создав видимость какого-то окружения, вызвать панику в ваших рядах.

Чтобы не быть обманутым, надо обязательно вести тщательную разведку для выяснения действительных сил противника.

О значении разведки можно судить по следующему факту из жизни 1-й Гвардейской танковой бригады.

В октябре 1941 г. под Орлом бригада была брошена в район Мценска. Прибыв на место, я узнал, что немцы (части Гудериана) захватила Орел. Моя бригада не только сдерживала противника в течение 8 дней, но и славно била немцев. А все это потому, что я с самого начала обманул матерого фашистского волка.

Как это удалось?

Сил у меня было в 5–6

раз меньше, чем у Гудериана, но мы так организовали дело, что у немцев создалось впечатление, будто я располагал огромными силами и средствами. Мы маневрировали на широком фронте, отлично зная, благодаря хорошей разведке, расположение частей противника. Гудериан бросится в одно место, а мы тут как тут. Он — в другое, а мы его там встречаем. Не зная нашего расположения и нашей численности, Гудериан действовал напролом, силой и неизменно натыкался на наш организованный отпор.

Еще одно важное обстоятельство обеспечило нам успех: мы никогда не обнаруживали всех своих сил, никогда не открывая огня из всех своих огневых точек.

Под Орлом мы ввели в систему ложные окопы. Мы их отрывали ночью на расстоянии 1–1,5 километров от переднего края нашей обороны. Были случаи, когда противник яростно долбил с самолетов не только по нашим ложным окопам, но и по своим запутавшимся частям. Так, под деревнями Первый Воин и Второй Воин немцы били по своим частям в течение двух часов.

Под Орлом Гудериан действовал массой вдоль дорог. Он вылезал прямо против нашего переднего края, думая вызвать в наших рядах панику, нo неизменно терпел поражение.

Попадая на наши стойкие войска, хороша ведущие разведку, немцы вызывают авиацию, которая должна бомбардировать наши части с воздуха. При налете авиации важно соблюдать полное спокойствие, не метаться, не обнаруживать себя излишними движениями. Наши машины, автоматчики, стрелки должны оставаться на месте при появлений авиации противника. Это особенно должны помнить шоферы.

Если появляется авиация противника, — ложись, замри на месте! Не успел спрятаться, — не суетись в поисках убежища. Будешь метаться, — обязательно попадешь под огонь противника и нанесешь вред своей части.

Разведку мы вели двух типов: 1) наблюдением и опросом местных жителей (тактическую) и 2) разведку боем.

Тактическую разведку мы вели на расстоянии до 50 километров с целью предупредить обход наших флангов и узнать группировку противника и направление движения его колонн на свои фланги. Для этого мы высылали дозоры из 2–3 бронемашин или из 2–3 мотоциклистов, или даже транспортную машину в сопровождении 1–2 мотоциклистов для связи. Численность таких дозоров — от 3–5 до 7–10 человек. Они вооружены автоматами, ручными пулеметами и гранатами РГД.

Разведку боем мы организовывали путем высылки от 3 до 10 средних танков с десантом пехоты. Столкновением с противником мы имела целью выявить боевые силы врага (расположение колонн, направление движения, численность). Высылаемые нами группы, естественно, натыкались на огонь противника. Если огонь ее не интенсивный, — разведка атакует и уничтожает противника, пытаясь пройти дальше. Если силы большие, — разведка откатывается, пользуясь ложными путями, оставляя заслон в засаде и сама продолжая на флангах вести разведку.