Тантрас
Шрифт:
“Он не был мне другом”, — произнес Келемвор, осматривая ранение. “Да, это похоже на работу Сайрика”.
Тут крики раздались и со стороны кухни, и Келемвор вместе с Морнгримом вернулись назад в башню. Там они обнаружили повара указывающего на ступени, ведущие в кладовую. Среди разделанных туш мяса на огромном крюке болтался юноша, только начинавший свою карьеру стражника. Его бледное лицо все еще было измазано в шоколаде и вишнях.
“Пойдем со мной”, — сказал Морнгрим, но Келемвор и не пошевелился, потрясенно разглядывая труп юноши. Правитель мягко
Двое людей взобрались по лестнице, и на первой лестничной площадке правитель долины открыл большую деревянную дверь и жестом пригласил Келемвора проледовать внутрь. Кабинет Морнгрима был невелик, но очень уютен. По всей комнате была расставлена мебель из какого-то темного дерева, а на стенах висели светлые гобелены. Сквозь небольшое, единственное окошко пробивались слабые рассветные лучи.
Правитель уселся на стул и принялся нервно теребить руки. “Мне нужен кто-то, кто смог бы найти их, Келемвор. Тот, кто верен принципам Долин — свободе, правосудию, чести — и тот, кто знает, как найти этих мясников сотворивших такое с моими людьми”. Морнгрим внезапно замолчал, но продолжил теребить руки.
Келемвор не знал что сказать. Миднайт, Адон и Сайрик уже очень давно ловко обманывали его и использовали в своих интересах. Лишь только этим можно объяснить то, что они покинули долину без него. Возможно, они все-таки и были настоящими убийцами.
“Ты хорошо послужил Долинам”, — через некоторое время произнес Морнгрим. “Ты замечательный человек, Кел. Я думаю, тебя просто ввели в заблуждение”. Правитель перестал теребить руки и встал.
“Да”, — ответил Келемвор, пробежавшись рукой по волосам. Он сидел напротив правителя на большом стуле с высокой спинкой. “Похоже на то”.
“Ты провел с ними много времени”, — сказал Морнгрим, медленно подходя к воину. “Ты знаешь ход их мыслей. Ты можешь иметь какое-нибудь представление, куда они могли отправиться”.
“Возможно”, — пробормотал Келемвор.
Морнгрим замолчал на мгновение, затем опустил руку на плечо Келемвора. “Я хочу чтобы ты выследил преступников и вернул их в Шедоудейл. Я дам тебе дюжину верных людей, включая проводника, который знает здешний лес”.
“Лес? Но они отплыли на лодке”, — удивленно воскликнул Келемвор.
“Думаю, на воде они будут оставаться не долго. Единственный путь для достижения их цели проходит по земле”, — вздохнув, произнес Морнгрим. “Ты возьмешься за это дело?”
Келемвор резко откинул руку правителя со своего плеча и вскочил с места. Но прежде чем он успел произнести хоть одно слово, дверь в комнату распахнулась, и в комнату ворвался Лхаэо. “Лорд Морнгрим, простите меня!” — выкрикнул писец, рухнув на колени перед правителем. “Я не знал! Я верил в их невиновность! Но они пролили невинную кровь и омыли в ней мои руки!”
“Успокойся!”, — произнес Морнгрим, протягиваясь вниз и обхватывая Лхаэо за плечи. “Расскажи нам все”.
Преданный писец Эльминстера вздохнул и заглянул в глаза
Морнгрим нахмурился и повернулся к Келемвору. Воин беззвучно стоял над писцом, его лицо не выражало абсолютно никаких эмоций.
“Я должен был догадаться, что стража внутри башни уже мертва”, — внезапно зло произнес Лхаэо. “Ведь нас должны были заметить и поднять тревогу. Я никогда бы не подумал, что они…” Писец вздрогнул и посмотрел на Келемвора. “Я никогда не смогу простить себя за то, что произошло!”
Морнгрим пытался сохранять хладнокровие, но злость на его лице читалась также ясно как волны от камня брошенного в спокойную прозрачную воду. “Убийства произошли до того, как ты пришел, Лхаэо. Ты не должен винить себя”.
Лхаэо вздохнул и вновь склонил голову. “Ты должен заключить меня в камеру”.
Морнгрим отошел от писца. “Считай, что ты находишься под домашним арестом”, — спокойно произнес Морнгрим. “Ты не должен покидать Башню Эльминстера, за исключением случаев, когда тебе будет необходима еда и питье. Таково мое последнее слово”.
Писец встал с пола, склонился перед повелителем и повернулся, собираясь уходить. “Да и еще кое-что”, — произнес Морнгрим, прежде чем Лхаэо успел покинуть комнату. “Ты не знаешь, куда отправились преступники?”
Писец обернулся. Келемвор мог видеть, как побелело его лицо, а в глазах начала закипать злость. “Знаю”, — выдавил Лхаэо сквозь стиснутые зубы. “Они отправились в Тантрас”.
Морнгрим кивнул, но у Келемвора еще оставался один вопрос. “Подожди, Лхаэо. Ты только что сказал, что думал, что Эльминстер все еще жив. Ты больше в это не веришь? Ты думаешь, что Адон и Миднайт… убили его?”
До этого горбившийся писец, внезапно выпрямился и расправил плечи. Когда он заговорил, его голос был едва громче шепота. “После того, что они сделали в башне, я считаю их хладнокровными убийцами. Хуже того, они обманули такого замечательного человека как Эльминстер. И как ты, Келемвор. Он должны ответить за то, что сделали!”
Морская Нимфа
В своих мыслях Сайрик убивал Адона уже несколько сотен раз. За время путешествия вниз по Ашабе, вор не раз представлял себе, как он бьет жреца веслом и наблюдает как тело этого слабовольного, бесхарактерного человека медленно тонет в потоке реки. Но сладкие грезы Сайрика всегда нарушались внезапным, нежелательным вторжением реальности. Это случалось, когда Адон начинал рыдать, и Миднайт тут же пыталась успокоить его, поглаживая волосы и шепча на ухо какие-то слова. В подобные моменты Сайрик просто закипал от гнева и начинал придумывать очередной кровавый способ убийства Адона.