Тау

Тихомирова Лана

Прибежавшие на звук Гай и Михас бросились помогать Тамареску. Гай взял под стеклянный купол небольшой пожар, возникший после взрыва, так же под другой колпак был помещен кот, напуганный до потери пульса и всякой совести.

Михас же удерживал разъяренного потомка Ардогов, который порывался убить верного кота.

— Спокойнее, Тама, спокойнее, — говорил Гай, когда коту удалось вырваться из-под купола. Эток забился под подушку Гая, в поисках политического убежища.

— Да не повторяй ты по сто раз, Михас, пусти!

Тамареск

встряхнулся и принялся угрюмо убираться.

— Ты хоть что-то узнал?

— Узнал. Последний образец был очень важен, а эта скотина на него помочилась.

— Ну, что ты узнал? — спросил Михас.

— Очень любопытные сведения содержат пласты памятного времени всех без исключения образцов. Каждые 30 лет в Тау происходит какая-нибудь катастрофа.

— Это все знают.

— Но по идее, это должно отражаться в почве того места, где катастрофа произошла, а тут… Тау каждые тридцать лет переживает какое-то потрясение, которое отражается на всем почвенном покрове. Я был так близок к разгадке, но это кот… все испортил. Вылезай скотина, я не буду тебя брить сегодня, спишем твое недержание на испуг.

Эток из-под подушки не показывался.

Гай все это время рассматривал букву "С".

— Ребята, походу у нас тут еще один умник объявился, — наконец сказал он.

— Что такое? — заинтересовался Михас.

— Можешь выкинуть эти… ну, в общем, то, что держишь в руках.

— Тама, твой кот сделал открытие.

— Какое еще открытие.

— Смотри. Это не просто такая застывшая плазма. Это стекло, можешь уж мне поверить, и это точно буква, потому что не может быть у застывшего СЛУЧАЙНО стекла таких ровных краев. Мне кажется это часть какого-то имени.

— Ты о чем, Гай? Какого имени? — возмутился Тамареск.

— А вот посмотри, — Гай поднес к глазам Тамареска букву, — тут меленько написано, но ты прочтешь.

— Собери все буквы и получишь то, что ищешь, — озадаченно прочитал Тамареск.

— Тут, кстати, и пособие есть, — ткнул пальцем Гай.

— Идите, наоборот, по пути Йодрика и найдете другие буквы.

— Йодрик Скрипка? — спросил Михас, — мило. Но, ребята, вы же не собираетесь сейчас идти, наоборот, по его пути? Нам еще дипломы защищать.

— Михас, у нас есть возможность проверить твою теорию, — Тамареск сгреб, заснувшего кота в охапку и положил в корзину.

— Да, Михас, лично меня тут ничего не держит, лингвистки меня не любят, диплом не принимают. — Отозвался Гай, собирая вещи в чемодан.

— Но, ребята!

— Молчи, Михас! Ты нам нужен, мы без тебя помрем с голоду, — обезоруживающе улыбнулся Тамареск. Правда это выглядело как легкое движение шерсти на щеках и слегка сощурились глаза.

— Эх, ну куда я без вас, — вздохнул Михас и тоже принялся собирать вещи.

Глава 7. Новый вид магии

— Идем? — спросил Михас, когда, все

вещи были собраны.

— Я не думаю, что нам прямо сейчас необходимо прямо с вещами куда-то идти, — рассудительно начал Тамареск, — Йодрик Скрипка умер в Пратке. Сначала надо идти на кладбище. Но вот Этока надо забрать, чует мое сердце без него нам не обойтись.

— А мне кажется, что имеется в виду не путь Йодрика в общем смысле — жизненный путь, а именно тот путь, который он проделал, скрываясь от богов, — в тон сказал Гай.

— Жрец Тифаба, собирайся, давай, — насмешливо бросил ему Тамареск.

— Тама, Тама, — покачал головой Гай, — ты бы хоть причесался, чудовище кошмарное.

Подхватив, корзинку с котом, Тамареск вышел, хлопнув дверью.

— Подумайте, как у нас тонкая душевная организация, — проворчал Гай, — только меху слишком много.

На кладбище было тихо, спокойно и прохладно. Это лето выдалось в Пратке душным, а на кладбище было свежо.

— Что-то я засыпаю, — поделился Михас.

— Да, госспади, ложись и спи, — огрызнулся Гай, — или тебе могилку вырыть?

— Злой ты! Вот потому тебя девушки и не любят.

Гай как-то неясно фыркнул.

— Ты путаешь последовательность, Михас, — задумчиво проговорил Тамареск, — Гая не любят девушки, потому он такой злой. Так верно!

Гай схватил с земли ветку, бросил в Тамареска и попал ему в голову. Тот, не долго думая, разверз под ногами Гая землю. С трудом удерживаясь над ямой, Гай сотворил себе какую-то стеклянную опору и смог перебраться на одну сторону ямы.

— Ребята, прекратите! — старался урезонить их Михас.

— Он первый начал, — пожаловался Гай.

— А ты на правду не обижайся, — сверкнул глазами Тамареск и опустил руку, приготовленную для очередного заклятья.

— Ну, будет. Повздорили и ладно. Ребята, это кладбище все-таки.

Тамареск присел над одной из могил и взял землю в руку, закрыл глаза и стал допрашивать ее. Эток тем временем, вылез из корзины и пошел куда-то вглубь кладбища.

— Киса, не уходи далеко, — крикнул Гай.

Михас щелкал семечки прямо в яму, сделанную Тамареском.

Внезапно из ямы высунулась чья-то костлявая рука. Следом за рукой показался голый череп и вторая рука. Мертвец выбирался из своей могилы. Михас завопил, Гай с диким криком бросился на мертвеца и стал колотить по его черепу. Мертвец отбивался, но в результате Михасу удалось захватить его череп в заложники, и мертвец угомонился.

— Какого лешего? — удивленно спросил Тамареск, когда увидел Михаса с чужим черепом в руках, а Гая в объятьях скелета, — откуда ты откопал эту дамочку, Гай? Решил попробовать некрофилию? Это не этично, Гай, я настоятельно советую тебе бросить ее, пока ты еще не вскружил этой куче гостей голову. О, Михас, я сказал, вскружил, а не отвинтил!