Тавросец
Шрифт:
Нпат положил чашу на траву, подошел к племяннику, крепко обнял его и поцеловал его в кудри.
–Ты станешь великим воином! – с гордостью в голосе сказал он.
У Гора от счастья засверкали глаза. С минуту Нпат стоял в задумчивости, затем приказал:
–Возьми маленькую корзину, сходи в сад и принеси яблок!
–Но они еще не созрели, – в недоумении заметил Гор.
–Сходи, – коротко повторил Нпат.
Гор бегом бросился исполнять странную прихоть дяди, и вскоре предстал перед ним с полной корзиной яблок. Нпат подождал, пока он переведет дух, затем скомандовал:
–Отойди
Ничего не понимая, Гор все же мигом выполнил и этот приказ. Нпат взял корзину, прицельно посмотрел на племянника и вдруг со всей силой метнул в него яблоко. Гор еле успел увернуться и недоумевающе посмотрел на дядю.
–Чего стоишь? Двигайся! Яблоки эти, что камни, не успеешь увернуться, будет больно. Кроме того, придется потом их съесть, – жестко проговорил Нпат и начал быстро кидать одно яблоко за другим.
Гор пожалел, что стал так близко, но времени думать, тем более отступить подальше, у него не было. Он полностью сфокусировался на движениях дяди. Яблоки летели, как стрелы, юноша изворачивался, как мог, но три яблока все же попали в него и было, действительно, очень больно. Когда корзина опустела, он подобрал эти три яблока и подошел к дяде.
–Ешь! – усмехнувшись, приказал тот, продолжая пить вино, и с интересом наблюдая за племянником.
Когда Гор покончил с яблоками, Нпат сказал:
–Ты трижды убит. Первое попадание, и вызванная ими боль, расстроили твое внимание и второе попадание стало неизбежным. Ты не должен обращать внимание на боль, даже когда в бою отсекут тебе руку. Старайся избегать лишних движений, чтобы не уставать быстро, все должно быть выверено, скупо и отточено.
–Давай снова, дядя, – с разорванной губой предложил юноша.
–Хватит на сегодня, да и я много выпил, – не согласился Нпат. – Лучше пойди, искупайся, кровь смой.
Понурив голову, Гор побрел к реке по пышному склону. Когда река открылась перед ним, настроение поднялось, он побежал к ней и с разбегу бросился в нее. Теплая вечерняя струя ласково приняла его, отнесла от берега и начала качать. Немного поплавав, Гор вышел на берег и лег на камни, стараясь впитать в себя их тепло. Солнце также начало склоняться вниз, следуя его примеру.
Гор частенько приходил сюда, когда одолевали думы и мечты. Шум реки действовал на него успокаивающе. Иногда юноша прибегал сюда рано утром, чтобы подсмотреть нарождающийся день. Именно в этот миг река была наиболее красива, с каждым разливающимся лучом она, пробуждаясь, вздыхала глубоко и радостно. Далеко – далеко горизонт покрывался тонкой полоской света, затем появлялось солнце. Перебегая бликами по воде, оно достигало гор и наполняло собой расщелины скал. Гор замирал на склоне, устремив взор к горизонту. Там был мир – далекий, неизведанный, непрестанно притягивающий и звавший.
Когда Гор вернулся домой, дядя сидел у очага и смотрел задумчиво на огонь. Юноша быстро зажег светильники и стал накрывать на стол. Он исподтишка следил за Нпатом, чувствуя, что думы его о нем, но не осмеливался задавать вопросы.
Молчание первым прервал Нпат.
–Завтра утром я схожу к втакскому священнику и договорюсь с ним, чтобы он научил тебя к грамоте. Я видел достаточно мудрецов и понял, что знание – это также в своем роде оружие. Твое
–Воинов – много, мудрецов – мало, поэтому они пользуются повсеместно уважением и почетом, – немного помолчав, продолжал он. – Разум и тело должны уравновешивать и дополнять друг друга, недостаточно быть умным или сильным. Знание придает остроту уму, и ее тоже надо развивать. С течением времени сила слабеет, а знания только прибавляются. Это единственный путь, если хочешь стать как наш праотец Гайк.
–Я стану таким, как он? – чуть не задохнулся от восторга Гор, и глаза его засверкали от возбуждения.
–Если только не станешь отлынивать и будешь относиться ко всему серьезно и с прилежанием, – усмехнулся Нпат.
Гор возмущенно вскочил со своего места. Это когда он отлынивал?
Нпат улыбнулся ему уже открыто и весело, решение принято, и принято оно окончательно.
С того дня жизнь Гора полностью переменилась. Каждый день он отправлялся в село Втак, где занимался со священником, к полудню возвращался и начинались тренировки, а вечером, дядя учил его греческому. По хозяйству он уже не работал, для этого Нпат нанял работника.
Тренировки стали более методичными и серьезными, а иногда принимали странный характер. Во время “боев” Нпат не разрешал ему отводить взгляд с лица “противника”, запрещал смотреть на его оружие и движения.
–Взгляд – это тоже оружие. Им можно смутить противника, нагнать страх, – непрестанно повторял Нпат. – Ты должен научиться посредством взгляда навязывать ему свою волю и в то же время уметь замечать все, что происходит вокруг тебя.
С течением времени постепенно взгляд Гора начал становиться цепким и сосредоточенным, он становился все более сдержанным и спокойным. Дядя пресекал всяческое проявление гнева и недовольства с его стороны.
–В гневе воин слеп. Хотя его удары и становятся более сильными, но он теряет контроль над ходом боя и быстрей выдыхается, – беспрестанно внушал он.
Спустя полгода Гор, научившись читать и писать, перестал ходить к священнику и теперь сам учил грамоте своего дядю. В отличие от него тому учеба давалась туго, но Гор понимал, что дяде она нужна лишь для того, чтобы научить его лучше контролировать свои эмоции. Нпат иногда прикидывался тупым, одно и то же Гору приходилось повторять много раз, но он всегда оставался спокойным и никогда не раздражался. Они теперь почти всегда говорили друг с другом на греческом. Обладая отличным слухом и памятью, Гор учился языку легко, и дядя не переставал радоваться за него. После греческого, они приступили к изучению арабского языка.
В один прекрасный день Нпат принес боевой топор и тяжелую палицу. Каждое оружие имеет свое преимущество, и надо было уметь не только владеть им, но и уметь защищаться от него. От удара палицы никаким щитом не прикрыться, его можно только отразить, держа щит под определенным углом. Принять прямой удар – равносильно самоубийству. Самой лучшей защитой является уход в сторону.
Ни один меч не сравнится в силе с ударом топора, но недостаток последнего – невозможность протыкающего удара, а в случае промаха – лишает равновесия.