Тайфун
Шрифт:
Вскоре такой случай предоставился.
Встречу Нового года праздновали в Доме культуры работников МВД. Были приглашены лучшие артисты города, ансамбль песни и пляски. Вокруг елки расставили столы с выпивкой и закуской. Аркадий с Нонной оказались рядом с участковым районного отделения милиции старшим лейтенантом Семеновым и его женой журналисткой молодежной газеты "Смена" Ниной, белокурой и довольно милой женщиной, выглядевшей не по годам юной, веселой хохотуньей, словно жизнь доставляла ей только радость. Семеновы жили в одном доме с Врабием, Нонна и Нина
Аркадию по делам службы дважды довелось навещать участкового дома, и оба раза он заставал того в изрядном подпитии, потому такое соседство в новогодний вечер его не обрадовало. Похоже, и участковый был не в восторге - сидел мрачный, молчаливый. Но когда выпили по первой и в разговор вступила Нина, рассказывая смешные истории из журналистской практики и жизни с мужем, настроение за столом быстро поднялось; все почувствовали себя непринужденно; посыпались анекдоты, веселые байки. А когда заиграла музыка и Дед Мороз провозгласил белый танец, Нина пригласила Аркадия, а Нонна - Николая, её мужа.
Танцевала Нина легко и жизнерадостно, будто энергия била в ней ключом, заставляя и Аркадия вихрем кружиться с ней, придерживать свою партнершу, в крутых виражах танца прижимать к себе, отчего сердце заходилось, и губы невольно тянулись к её губам. Она это чувствовала, лукаво посмеивалась, обжигая его горячим дыханием, сама временами плотнее прижимаясь к нему.
Потом они танцевали ещё и еще. Невольно заговорили о работе, о семейной жизни. И Аркадий понял - Нина только в силу своего веселого характера старается показать всем, что счастлива. На самом же деле она мужа не любит, у них ничего нет общего - ни интересов, ни взглядов на жизнь; и они только изображают семейную пару, давно охладев друг к другу.
– ... Сама не пойму, почему мы не разбежались до сих пор, - заключила насмешливо свою исповедь Нина.
Все как у них с Нонной. Правда, у Семеновых нет детей, им легче, а у него дочка, ей уже шестой годик, скоро в школу. И хотя она унаследовала черты и характер матери - уже в детском возрасте проявляется эгоизм, твердолобость, - но, если она и дальше будет под материнским воспитанием, хорошего человека из неё точно не получится. Жаль, конечно, но временами хочется плюнуть на все и уйти, куда глаза глядят.
– Возможно, все дело в том, что Николай пьет?
– высказал предположение Аркадий.
Нина помотала головой.
– Пьют, по моему разумению, по двум причинам: либо от неудовлетворенности своей жизнью, либо от распущенности. У Николая - второй симптом. Остальным он всем доволен - и службой, и женой, которая старается не вмешиваться в его жизнь. Поначалу я пыталась наставить его на путь истинный, так он прикрикнул на меня, как на дворовую девку: "Не вмешивайся в мою жизнь, женщина". И я перестала учить его уму-разуму. Да и в этом возрасте уже не научишь, а только озлобишь: кажется, будто ты стараешься доказать, что умнее его. В общем, психологическая несовместимость...
В
– Надеюсь, мы ещё встретимся и продолжим наш разговор?
– высказал пожелание Аркадий.
– С удовольствием, - согласилась Нина.
– Когда у вас будет свободное время, позвоните мне на работу.
– И дала свой телефон.
Он позвонил на следующий же день. И они встретились у товарища на квартире - тот находился в командировке, а ключ оставил Аркадию. Еще пошутил: "Можешь какую-нибудь подружку приводить. Только постель не испачкайте, стиркой я не люблю заниматься".
Аркадий шел с твердым намерением объясниться Нине в любви. Он почти не спал ночь после расставания с ней, и со сладостным воспоминанием её трепетного тела, когда она вспоминал, как прижималась к нему, думал: "Вот та женщина, которая будет понимать меня и с которой можно прошагать всю жизнь".
Он купил коньяк и дорогую закуску, решив встретить её по-царски, тщательно выбрился и освежил себя лучшим французским лосьоном; готовился к свиданию как мальчишка, впервые влюбившийся пылко и безоглядно.
И она - пришла наряженная, благоухающая духами "Черные маги"; сбросила беличью шубку ему на руки, чмокнула ярко накрашенными губами в щечку.
– Здравствуй, милый друг, - сказала с усмешкой, напоминая ему роман Мопассана.
– Ты чудесно придумал, организовав эту встречу. Почему судьба раньше не свела нас? Ведь у нас родственные души, я это поняла там, за столом, когда перекинулась с тобой двумя фразами. Помнишь, что я спросила и что ты ответил?
Он помнил, и не раз эти фразы звучали у него в ушах. Разговор, как и бывает в подобных случаях, зашел о смысле жизни. Повторяли банальные, ранее вычитанные истины.
– ...А что о смысле жизни думаете вы?
– обратилась к молчавшему Аркадию Нина.
Ему хотелось ответить чем-то оригинальным, глубокомысленным, но в голову ничего путного не приходило. Ко всему, она дала повод высказать ему свои чувства к ней. И он, подумав немного, сказал, глядя ей в её большущие голубые глаза:
– Вопрос философский. И, несмотря на то, что на него пытались найти ответ мудрецы и священники, вожди и писатели, я думаю - смысл жизни в том, чтобы любить и быть любимым. Остальное лишь приложение - призвание, профессия, родина, дети...
– "Смысл жизни в том, чтобы любить и быть любимым, - повторила она. Остальное лишь приложение". Не возражаешь, если я твое высказывание о смысле жизни включу в одну из своих статей?
– Пожалуйста. Только, по-моему, я не первый сказал это.
– Но раньше я ни от кого не слышала и нигде не читала. Прошла к столу, взяла бутылку коньяка, повертела в руке.
– "Белый аист", давно не пила этот коньяк. По блату достал?
– Нет. Знакомый летчик к Новому году презентовал.
– Аркадий взял у неё бутылку, откупорил и наполнил рюмки.
– Еще раз за Новый год, который свел нас, и за нашу запоздалую любовь.