Тайфун
Шрифт:
Джульетта в замешательстве покачала головой.
— Я не понимаю, что случилось, — наивно сказала она, — я никогда этого не чувствовала раньше.
— Я могу тебе сказать, — произнес он с самодовольной улыбкой, заправляя выбившуюся рубашку за широкий пояс джинсов. — Это страсть, дорогая, и я точно тебе говорил, что ты не знаешь, что это такое! — Он нежно обнял ее за плечи, вглядываясь с высоты своего роста в ее глаза, и на его лице отразилось легкое замешательство. — Ты так молода, что мне должно быть стыдно! Но я не ожидал,
Улыбаясь, она смотрела, как он не спеша пересек лужайку, удивляясь его спокойствию и невозмутимости после такого ошеломляющего происшествия, но потом она сообразила, что для Марка это было далеко не в новинку. Он уже знаком с этим чувством, что порабощает тело и не внемлет голосу разума. Ей стало немного не по себе, но она успокоила себя тем, что ему уже двадцать семь, и было бы странно, если бы у него не было опыта в этих делах.
Она медленно прогуливалась по саду, мечтательно разглядывая деревья, чьи ветки ломились от тяжелых гроздей фруктов. Прижав ладонь к губам, она пыталась воспроизвести поцелуй его губ. Она не знала, что произойдет дальше, да ее это мало волновало. Она увидит Марка позже. Джульетта радостно вздрогнула от сладостного предчувствия встречи.
Для нее было ужасным шоком, когда, обогнув деревья, она столкнулась лицом к лицу с Эдвардом.
Джульетта осторожно взглянула в его лицо, чтобы посмотреть, есть ли у него какие-нибудь подозрения о том, что она здесь делает.
— Многие сегодня встали спозаранку, — улыбнувшись, сказал он. — Я только что встретил Марка, который направлялся к дому.
В его голосе не было слышно ни гнева, ни осуждения. Джульетта с облегчением вздохнула.
— Он показывал мне сад, — спокойно сказала Джульетта.
— Сад замечательный, правда? — спросил Эдвард. — Хотя могу поспорить, что он не показал тебе летний домик — или домик соблазнов, как мы его еще называем.
Джульетта вскинула голову.
— Что? — резко спросила она.
— Это излюбленное место Лонгриджей для любовных утех. Укромный уголок, отдаленный от дома, уютный — и с хорошей акустикой, так что слышно, если кто-нибудь приближается. Мы всегда приводим наших подружек туда, хотя, может быть, мне не следовало тебе этого рассказывать! — Эдвард сделал паузу, мечтательно задумавшись, и у Джульетты было достаточно времени, чтобы осмыслить его слова.
Потом он сказал ей совсем другим тоном:
— Я хочу попросить у тебя прощения. Марк не в состоянии пропустить ни одной хорошенькой девушки, которая попадается ему на пути, но ты далеко не такая распутница, чтобы позволить человеку, которого не знаешь, заниматься с тобой любовью.
— Спасибо, что ты мне доверяешь, — ответила Джульетта, с горечью думая о том, что доверия она больше не заслуживает. Она тяжело вздохнула: — Может, это и к лучшему; мы обнаружили еще до свадьбы, что не подходим друг другу, но я надеюсь, что мы можем остаться
— Конечно, — спокойно сказал Эдвард. — Я всегда буду о тебе вспоминать с большой нежностью.
«Не самые радостные слова для бывшей суженой», — подумала Джульетта, но она была настолько разъярена, что сейчас это ее не особенно беспокоило. Марком вовсе не овладело непреодолимое желание обладания ею, он просто хотел посмотреть, получится ли у него лучше, чем у Эдварда, хотел в очередной раз убедиться в своем преимуществе! С горечью она вспомнила его самодовольную улыбку — без сомнения, он был приятно удивлен!
Ее захлестнула волна стыда. Она даже Эдварду не позволяла близости, а несколько минут назад была настолько увлечена, что если бы Марк не был так хорошо осведомлен о возможном вмешательстве (что говорило о долгой практике), то неизвестно, что уже случилось бы к этому времени?
Она интуитивно чувствовала, что от Марка Лонгриджа веет опасностью, даже еще ни разу не видев его. Как права она оказалась! О, да, Марк знал все о том, как заставить девушку забыть свои принципы и здравый смысл!
Она старалась скрыть свой гнев, улыбаясь Эдварду:
— Может, нам лучше отложить объявление о расторжении нашей помолвки и сказать об этом после свадьбы?
Эдвард с живостью согласился, он явно был доволен, но его чувства были легкообъяснимы: его смущал тот факт, что эта новость быстро разлетится по дому. Джульетта не потрудилась упомянуть о том, что она уже рассказала об этом Марку. Она чувствовала, что тот ничего не скажет, особенно если она сделает вид, что ссора с Эдвардом улажена.
Джульетта не отходила от Эдварда весь день; унижение или чувство собственного достоинства, она точно не могла сказать, овладевшее ею, позволяло ей спокойно встречать сначала озадаченные, а потом все более гневные взгляды Марка. Сразу же после ланча, воспользовавшись предлогом, будто ему нужна ее помощь, чтобы принести напитки, Марк, резко повернувшись к ней, когда они стояли перед баром, сказал:
— Нам надо поговорить.
— Зачем? — равнодушно спросила Джульетта.
— Ты собираешься притворяться, что ничего не случилось? — требовательно спросил Марк.
Она повернулась к нему с широко открытыми от удивления глазами. Сердце ее тревожно екнуло, когда она взглянула в его лицо. Разоблачения Эдварда не смогли заглушить в ней непреодолимое физическое влечение к Марку.
— Ты имеешь в виду сегодняшнее утро, я полагаю? — заключила она с притворным спокойствием, благодаря провидение за то, что не сказала ему, что собирается сама расторгнуть помолвку с Эдвардом. — Я была просто расстроена, вот и все. Ты неплохая замена Эдварду. Когда я закрыла глаза, то смогла представить, что это он! — сказала она намеренно оскорбительно-ледяным тоном. — Но я не думаю, что нам следует повторять этот эксперимент. А ты как считаешь?