Тайна двух сердец

Уорнер Элла

Бет подняла ошеломленный взгляд на стоявшего перед ней высокого широкоплечего мужчину.

– Представления излишни, Мигель. Мисс Харди и я уже знакомы, – твердо сказал Эрнан. В его голосе не было ничего, кроме обычной вежливости, а смотревшие на нее глаза казались кусочками черного льда.

Мгновенно потеряв дар речи, гостья беспомощно смотрела на Эрнана. Иногда память может выкидывать разные фокусы, искажая или приукрашивая чей-либо облик, и он вовсе перестает отражать реальность. Порой Бет спрашивала себя – не разочаруется ли она, если ей

придется когда-нибудь вновь встретить Эрнана. Сейчас она с испугом поняла, что нет. Он был так же неотразим и привлекателен, как и тогда. Поколениям своих испанских передков он был обязан тем породистым видом, который не оставит равнодушной ни одну женщину. Его густые волосы были иссиня-черными, глаза темными и сверкающими как маслины, черты лица чеканными, а рот – безжалостным и чувственным одновременно. Каждая линия фигуры была безупречной.

Наконец Бет смогла заставить заработать остатки разума, почти полностью сокрушенного появлением этого испанца.

– Эрнан... Вот это неожиданность! – Неожиданность ли? Что за слово, совершенно не отражающее состояние! От потрясения она почувствовала озноб. – Да, много времени прошло. Должно быть, лет...

– Пять, – холодно подсказал он.

– Н-неужели д-действительно так много?

– А ты забыла?

Ладони Бет стали мокрыми от пота. Конечно же, она не забыла. И не пять лет. Последний раз они виделись четыре года, десять месяцев и двадцать шесть дней назад. Интересно, может ли он продемонстрировать такую точность своей памяти?

– Нет... я не забыла, – возразила она, заставляя себя улыбнуться какой-то неживой улыбкой.

Он не улыбнулся в ответ. Его безжалостный взгляд не отпускал ее.

– Да и как ты могла! Как я понимаю, ни одна женщина не забудет – вне зависимости от неприятных обстоятельств, своего первого...

– ...Путешествия за границу, – поспешно перебила Бет. На ее лице, только что белом, мгновенно появились пунцовые пятна. Не собирался же этот человек сказать то, что она думала, ведь нет? Господи Боже! Наверняка он не стал бы так бессердечно унижать ее в присутствии Мигеля Родригеса!

Глаза Эрнана на мгновение сузились, их черные зрачки отреагировали на ее восклицание, давая понять, что испанец по-прежнему может нанести смертельный удар, которого она боялась, – если только он решит сделать это.

В ожидании ответа Бет до боли в легких задержала дыхание, ее зеленые глаза невольно расширились в немой мольбе.

– В общем, да, – наконец согласился Эрнан, хотя даже малейший проблеск сочувствия, к ее ужасу, не смягчил жесткого выражения его лица.– Насколько я помню, это были твои первые каникулы за границей.

К облегчению от того, что казнь отложена, примешивалась злость. Как мужчина посмел поставить ее в такое жуткое положение – пусть и не вслух, угрожая облечь в словесную форму эти болезненно-унизительные воспоминания?

– Каникулы – едва ли самое подходящее слово. Большую часть времени я работала на своего отчима, – твердо сказала она.

Его глаза гневно вспыхнули:

– Большую

часть? Ты преуменьшаешь – Он зло усмехнулся. – Не будет ли честнее сказать, что ты работала на своего отчима круглые сутки?

Бет непонимающе сдвинула брови. О чем Эрнан говорит? И почему его тон и вид выражают такое отвращение?

– Я р-работала на Роя так, как была способна, – сказала она неуверенно.

– Да неужто? – презрительно усмехнулся испанец.

Бет уловила скрытое осуждение и ощутила, как ее ногти впиваются в ладони. Она провела с Эрнаном всего несколько минут, и они оказались хуже, гораздо хуже всего, что ей когда бы то ни было рисовало воспаленное воображение. Как он может заставлять ее чувствовать себя жалкой лгуньей? Что бы там ни произошло между ними пять лет назад, это не дает ему права на такое жесткое обращение.

Мигель Родригес явно чувствовал себя не в своей тарелке, его взгляд метался от американки к сеньору Дуаресу.

– Когда вы сказали, что уже бывали в Испании, мисс Харди, я и представления не имел, что у вас такие блестящие знакомства, – бодро заметил он.

Бет с усилием перевела взгляд со стального лица Эрнана на круглую и лучащуюся теплотой физиономию распорядителя, пытаясь собрать последние остатки самообладания.

– Я не думала, что это необходимо. У меня не было причин думать, что Эр... сеньор Дуарес будет здесь сегодня вечером.

– Но разве я не упоминал, что владелец появится здесь?

– Владелец отеля – да, но при чем здесь...– Бет перевела растерянный взгляд на Эрнана.– Ведь ты же не?..

Холодная улыбка приподняла уголки его рта:

– Да. Боюсь, что я. Ты – гостья моего отеля.

Вторая волна шока накрыла Бет с головой. Дуарес – владелец прекрасной «Звезды Андалусии», где она остановилась! Какая жестокая судьба сотворила этот ужасающий набор совпадений?

– Но все твои другие отели – современные. Они не похожи на этот.

– Ты права, – согласился он. – У тебя просто уникальная память.

Скрытый в его словах сарказм отвергал любые предположения о намерении сделать комплимент, а сопровождавший слова взгляд был настолько пронзительным, что Бет почувствовала себя покрытой ледяной коркой.

– Едва ли уникальная. Если ты помнишь, мне приходилось бывать в некоторых из них, – бесцветным голосом сказала американка.

– Я помню, – ответил Эрнан с обезоруживающей быстротой.– Однако же у тебя было так много других обязанностей. А ведь все трудно упомнить.

Почему он так смотрит на нее? Словно хочет убить. Если кто и имеет право на такие взгляды, то не этот испанец, а она. И почему он говорит какими-то загадками?

– Это единственный принадлежащий мне отель в центре Малаги. У меня были особые причины купить его, – коротко объяснил он.

«Все можно купить, но не любовь...» Строчка из популярной песенки какой-то эстрадной звезды пришла ей на ум, и Бет еле сдержала истерический смех.

Взяв себя в руки, она расслабила мышцы лица.