Тайна мастера
Шрифт:
Он пристально смотрел на нее. Колючий взгляд разоружал ее. Взяв себя в руки, Матильда ответила:
— Внезапно прекратилась телепатическая подача информации.
— Чем это вызвано? — нахмурился он.
— Не знаю, но думаю, интерес ко мне во Вселенной еще проявится.
Гейдрих иронично усмехнулся, еле сдерживая смех. Он медленно поднялся со стула и подошел к ней вплотную. Она, увидев это, вынуждена была встать. Он смотрел на нее в упор. Матильда, поняв его намерения, глядела на него словно полевая мышь на ястреба, отчего ее охватила нервная дрожь.
— К такой удивительной женщине может возникнуть иной интерес. Как этого не понимают ваши братья из космоса, ведь он, как мне кажется, очевиден. Мы, мужчины, порой не в силах сдержать себя, видя перед собой прелестное создание, — доверительно произнес он.
— Вы мне льстите? — прошептала она дрожащим голосом.
— Нисколько! Кстати, я себя отношу именно к той категории мужчин, которым нравятся очаровательные женщины, и они готовы приударить за некоторыми из них, если позволяют обстоятельства.
— Вы хотите сказать, если существует взаимность, — тихо произнесла она.
— Вот именно, я как раз это имел в виду.
— Могу сказать без преувеличения: вы интересный и загадочный человек. Вряд ли в Берлине можно найти хоть одну женщину, которая бы устояла перед вами.
— Сегодня меня увлекает лишь одна из них, которая имеет опасную красоту.
— Красота ее не настолько опасна, чтобы ею пренебрегать.
— В этом случае принцип «вижу цель — не вижу препятствий» вдохновляет меня.
— Я разделяю ваши принципы и безучастной не останусь.
Он заключил ее в жаркие объятия и стал неистово целовать.
Бруно Вагнер умел добиваться своей цели. За короткое время он сумел получить высокий чин штурмбанфюрера СД в привилегированной касте эсэсовцев. Его карьере мог бы позавидовать любой из членов партии НСДАП. Завистников и врагов у него было достаточно. И вот однажды, допустив маленькую оплошность, он был смещен с должности и выслан в глухую периферию на позорную для его самолюбия должность. А те самые завистники обливали его грязью и пытались окончательно унизить его и растоптать. И лишь благодаря госпоже удаче и его другу Хансу Мозеру ему удалось восстановиться на прежней должности. Извлекая из этого уроки для себя, он полностью изменил отношение к своим обязанностям и теперь с большим рвением отдавался работе.
Вагнер с бурной энергией искал повсюду компрометирующие материалы на всех, кого он подозревал или считал своими врагами. Ему удалось найти многое, и он немедленно доложил Гейдриху:
— В архивах советской прессы мне помогли найти сведения, в которых говорится, что в начале тридцатых годов некто Сергей Орлов был задержан органами ГПУ при переходе советско польской границы. При тщательном изучении биографических данных Альфреда Бергера и данных, поступивших из ведомства военной разведки, я выяснил, что Бергер в те годы был в длительной командировке в Советском Союзе, где использовал легенду советского летчика Сергея Орлова. В характеристике, данной ведомством Канариса, и в его личном
Шеф усмехнулся:
— Дорогой Бруно, я рекомендую вам немедленно начать активный поиск Бергера. Люди адмирала его ищут. Нам надо успеть найти этого изменника раньше. Тогда мы утрем нос военному ведомству и выставим в нелицеприятном свете Канариса.
— Я уже подключил своих людей на розыск, но пока результатов нет.
— Советую вам найти его ближайших родственников и арестовать их.
— Вы думаете, из этого что-нибудь выйдет?
— Непременно. Если вы примените свой метод устрашения, то обязательно получите правдивую информацию о нем.
— Хорошо, господин группенфюрер, я буду следовать вашим указаниям.
— Выполняйте, и чтобы в ближайшие дни были результаты.
Вагнер быстро нашел ближайшую родственницу Бергера и арестовал ее. Всю грязную работу он передоверил своему помощнику обер-лейтенанту Функу. Спустя сутки в одиночной камере, доведенная до отчаяния, родная сестра Бергера под физическим воздействием сказала ему:
— Прошу вас, не бейте больше меня. У меня слабое сердце, я могу не выдержать. Я все расскажу.
— Очень хорошо, фрау Хельга. Я жду ваше признание.
Женщина отпила глоток воды из стакана, который ей предложил Функ, и промолвила:
— Когда Альфред вернулся из длительной командировки, он мне рассказал, что несколько дней его содержали в подвалах Лубянки. А потом его выпустили, как он мне объяснил, за недоказанностью улик. А уже через несколько месяцев ему удалось вернуться в Германию.
— А где он сейчас скрывается? — спросил Вагнер.
— Я не знаю.
— Я вам не верю. Вы должны мне рассказать всю правду, а не частями. Прошу вас не водить меня за нос, а иначе я буду вынужден применить к вам третью степень допроса. А его, как известно, и здоровые мужчины не выдерживают, — повышая тон, пригрозил Функ.
— Я вам все сказала, но могу добавить лишь незначительную деталь.
— Какую деталь, говорите! — повысил голос он.
Она испуганно посмотрела на Функа и торопливо вымолвила:
— У него есть женщина, которую он очень любит.
— Кто она и где проживает? — нетерпеливо, со свойственной ему раздражительностью спросил он.
— Она проживает в Потсдаме и работает в канцелярии полицайпрезидиума. Больше мне ничего не известно.
— Как ее зовут? — выкрикнул он.
— Я больше ничего не знаю, — уже плача, ответила фрау Хельга.
— Очень хорошо, мы все дословно записали. Теперь подпишите ваши показания, — сменив гнев на милость, произнес обер-лейтенант Функ.
Спустя несколько минут Функ, симпатизировавший ведомству адмирала Канариса, указал им след Бергера. Сотрудники Абвера немедленно подключились к работе.