Тайна
Шрифт:
По той или иной причине этот ответ был воспринят абсолютно спокойно.
Лиллебрур поинтересовался:
— В таком случае я, разумеется, не буду иметь возможности нанести визит фрекен Элизабет без твоего разрешения?
— Да, конечно, не будешь! Во всяком случае, не дома у моей подруги. Но вообще, ты располагаешь полной свободой общения с ней. Если хочешь, пригласи ее домой в Лекенес. Ей будет довольно одиноко в Кристиании.
— Вот здорово, — воскликнул Лиллебрур. «Ох, ну что за неподходящее имя для такого красивого мужчины», — подумала
— А почему бы уже не сегодня вечером? Я знаю, что моим родителям сейчас жутко скучно дома. Фрекен Элизабет… Не соблаговолите ли Вы придти к нам в гости? Я не ожидал столь приятной встречи, поэтому я пришел сюда пешком, но если Вы потрудитесь последовать со мной, то обратно я отвезу Вас в коляске.
В отличие от Вемунда, Лиллебрур, несомненно, владел искусством разговора с дамами. Элизабет уже пришла в себя после случая с пудрой и вопрошающе посмотрела на Вемунда. Он, похоже, был доволен этим предложением.
— Я сменю госпожу Окерстрем, ей нужно домой, — сказал он, обращаясь к Элизабет.
Интересно, братья договорились об этом загодя? Или Вемунд предвидел это с ходу сделанное приглашение? Обычно ли, что приличную девушку приглашает домой неизвестный мужчина вот так сразу? Элизабет сама не знала, правильно ли она поступает, но ей очень хотелось осмотреть прекрасный Лекенес изнутри.
— Ты можешь привезти Элизабет ко мне домой после этого, — бесцеремонно предложил Вемунд. — Она живет недалеко отсюда.
«Ну, это спорный вопрос», — подумала она.
— Да нет же, я отвезу ее к ней, — возразил Лиллебрур.
— Привози ее сюда и не создавай проблем!
Лиллебрур подчинился приказу. Элизабет заметила его преданность старшему брату и восхищение им; это ее тронуло.
Идя рядом с Лиллебруром Тарком по тропинке этим прекрасным летним вечером, она обратила внимание на то, какими рассеянными были ее мысли. Карин, за которую она отвечала и которая ей стала нравиться, представляла для нее главный интерес. Она хотела больше знать о ней и больше ее понимать. С Лиллебруром она была пока слишком мало знакома, чтобы иметь о нем хоть какое-то суждение. Бесспорно, он был весьма привлекательным! Этого она не могла отрицать. И он казался мягким и добрым. Можно было бы заполучить гораздо худшего супруга!
Быть с ним всю жизнь?..
Ну а почему бы и нет? Лишь бы только она ему понравилась. И чтобы он никогда не изменял, потому что именно этого Элизабет не смогла бы простить.
Но, видимо, не стоит загадывать на столь отдаленное будущее. Ведь пока только Вемунд «определил» ее и Лиллебрура друг для друга. Она еще ничего не знала о его пожеланиях. Или о его семье. Или о том, что они об этом думают.
— Заметно, что у вас с братом прекрасные отношения, — сказала она, когда они в вечерних сумерках проходили мимо могучих дубов, на листьях и ветвях которых лежала роса.
— Так было всегда, — ответил Лиллебрур. — Вемунд — замечательный брат. Жаль, что он уехал от нас, его нам очень не хватает.
— А зачем он это, собственно,
Но Лиллебрур ответил спокойно и добродушно:
— Он посчитал, что не имеет права больше жить дома. Вемунд утверждает, что он больше не достоин, что он совершил нечто непростительное.
Элизабет кивнула головой. Она это уже слышала. Преступление в отношении Карин — в чем оно состояло?
— Понимаешь, Элизабет, да, могу ли я тебя так называть? Понимаешь, у нас такие замечательные родители. Неправдоподобно хорошая мать! И такой добрый отец. Я догадываюсь, что Вемунд не может выносить того, что он разочаровал их дурным поступком. Что он добровольно искал одиночества. Вемунд совершенно иной тип, чем мы. Он грубее, менее обходительный. Однако, хотя он никогда этого не показывает, думаю, что он человек довольно чувствительный.
— Я тоже так полагаю, — задумчиво сказала Элизабет.
Они вошли в изумительный по красоте парк в Лекенесе. Но Элизабет казалось, что они пробирались через заколдованный лес. Стояла тишина, их голоса глухо раздавались между огромными стволами. Дубы сгибались от старости в мягких летних сумерках, стволы были толстые, узловатые и причудливо вывороченные. Между ними росла хорошо ухоженная трава. Элизабет готова была держать пари, что весной здесь расцветает море цветов.
Подумать только, она шла рядом с любящим приключения, красивым мужчиной по такому парку! А ведь лишь неделю тому назад она не находила себе места от скуки в своем родном доме! Как много произошло с тех пор! Какая же она была агрессивная, когда Вемунд Тарк стал сватать ее от имени своего брата!
Теперь она больше не ощущала агрессивности. Просто она была не в своей тарелке, находясь рядом с этим красивым молодым человеком, который еще не знал, что ее выбрали ему в невесты.
Сильный порыв ветра потряс кроны дубов, стало по-вечернему прохладно.
— Тебе не холодно? — галантно справился он. — Мы скоро будем на месте.
— Как давно Вемунд покинул дом? — спросила Элизабет.
— Думаю, два-три года тому назад, — ответил ничего дурного не подозревающий Лиллебрур.
— Но ведь это обычное дело, что взрослые сыновья уезжают из дома?
— Но не в его случае. Именно он унаследует весь Лекенес, поэтому, если уж кому-то и уезжать, так это надо было нам, остальным! Но после того как он вернулся обратно в наш старый дом около трех лет тому назад, его как будто подменили. Что-то случилось с ним, когда он был вдали от дома. Что-то, связанное с каким-то преступлением. После этого он ни разу не переступал порога Лекенеса. Сказал, что он не достоин. Хуже всего то, что он вообще не желает встречаться с нашими родителями. Поскольку отец полностью отошел от дел, Вемунд стал ответственным владельцем. Но ему не нравится эта роль. Он это ненавидит. В результате я должен быть связующим звеном между ним и отцом каждый раз, когда речь идет о нашем деле. Это ужасно обременительно!