Тайна

Сандему Маргит

— Да, действительно, — воскликнула Элизабет, ощущая свою личную причастность к происшедшему. — Он большой и крепкий и выглядит так, как будто украл всю силу у сестры-близнеца.

Неуверенный огонь исчез в глазах матери.

— Близнецы… О, нет, Боже! Рожденный последним сделан самим дьяволом, поэтому он должен был сразу умерщвлен, говорит мой муж.

— Чушь! Большего вздора я никогда не слышала. Это твой сын и сын твоего мужа и ничей больше. Дьявола!!! Мы ведь живем не в средние

века.

— Но он их убьет. Близнецы — плоды греха.

— Своего сына?

— Н-нет, — нерешительно сказала мать. — Но девочка… Несмотря на то, что мальчик родился последним, а родившийся последним обязательно должен умереть…

Одна из младших сестренок вбежала в хижину.

— По речке подплывает лодка отца.

Мать громко запричитала от страха и душевной боли.

Карин вскрикнула.

— Он не убьет девочку, мы ему этого не позволим!

Элизабет действовала молниеносно. Она спросила у женщины:

— Вы можете обойтись без девочки? Если вы будете знать, что она вырастет в хорошей семье? Это я могу взять на себя.

Бедная женщина в замешательстве посмотрела на нее.

Элизабет объяснила подробнее.

— Сделаем так, как будто девочки вообще не было. Как будто вы родили только одногоребенка. Сына. Он ведь не станет убивать сына? И не будет вас так избивать.

— Если бы мы только смогли, — прошептала женщина. — Но малышка-то?

— Вы ее должны в таком случае отдать. Я даю слово чести, что она попадет в хорошие руки.

Мать, глотая слезы, устало кивнула головой.

— Да. Да, так, пожалуй, будет лучше всего. Единственный выход. Не давайте только мне смотреть на малышку!

Всякая задержка была бы пагубна, поэтому Элизабет вновь взяла инициативу на себя.

— Быстрее! Госпожа Карин! Возьмите девочку и бегите что есть сил отсюда! К себе домой. Положите ее в мою постель и позаботьтесь о том, чтобы ей было тепло! Я скоро приду.

Карин без колебаний взяла завернутого в пеленку ребенка, спрятала его под пальто и быстро удалилась.

«Казалось, что она забыла страх перед окружающим миром», — с горечью подумала Элизабет.

— Эй вы, малышки, — строго сказала она детям. — Родился только один ребенок, мальчик, запомните это! И никомуни слова о девочке! Вы ведь не хотите смерти своей матери?

Самая маленькая заплакала.

— Я никому не скажу, — пообещала самая старшая, но младшая сестренка, всхлипнув, выдавила из себя:

— Я рассказала об этом Торунн.

— Скажешь, что ты все выдумала, — предложила Элизабет.

На большее у них не хватило времени, поскольку именно в этот миг они услышали дикий разгневанный рев и крик маленькой

девочки, полный страха и боли. В эту ветхую хижину ввалился мужчина невысокого роста, но широкий и тучный, как бочонок. Очевидно, на него уходила вся еда в этом доме.

— Что это я слышу, черт побери? — взревел он. — Близнецы? А, так ты занималась прелюбодеянием с сатаной, гадкое пугало?

Элизабет заслонила собой женщину.

— Близнецы? Кто это сказал? У Вас родился сын, а больше никого я здесь не вижу.

Этот боров в человеческом обличье остановился и тупо уставился на нее.

— Что?

— Вы слышали, что я сказала, — мягко произнесла Элизабет. — Это лежит Ваш ребенок, поздравляю!

Разъяренный мужчина оторопел. Он едва мог вымолвить пару слов.

— Сын? А Торунн сказала…

— Торунн неправильно поняла, — прервала его старшая дочь, держа за руку свою сестру. — Элла просто ей сказала, что и мальчик родился. Она имела в виду, вдобавок к нам.

«Умная девочка», — с восхищением подумала Элизабет. Но та была уже привычна к роли буфера.

— Хм, — промычал отец. — Хм, мальчик, э?

Он заулыбался.

— Мальчик? Дайте на него взглянуть! Но он же совсем голый!

— Я еще не успела, — сказала Элизабет. — Он только-только родился. К тому же я должна была в первую очередь оказать помощь Вашей жене, которая очень плохо себя чувствовала.

За спиной мужчины она сделала знак девочкам о том, чтобы они нашли что-нибудь, во что завернуть ребенка. Они же стояли, как вкопанные. В единственную имевшуюся пеленку завернули новорожденную девочку.

Элизабет в панике смотрела по сторонам. Сейчас все могло быть разоблачено. И тут она увидела кусок дерюги, белый от бродильного теста. Она схватила его, отряхнула от муки и завернула ребенка насколько могла профессионально. Оставалось лишь надеяться, что он не почувствует запаха выпечки.

— Итак, — умиротворенно произнесла она, высоко подняв плачущего малыша. — Здоровенный, красивый мальчуган! И если мне будет позволено сказать, у тебя уже есть исключительно красивые дочери. Все шестеро. Ты разбираешься в искусстве, как мне кажется. И у тебя прекрасная жена.

Мужчина фыркнул, но на его лице застыла довольная улыбка.

— Он красив, а? — заржал он. — Изумительно красивый парень!

Краем глаза Элизабет заметила, что старшая девочка быстро накрыла тесто полотенцем. Взаимодействие было великолепным.

— Спасибо за помощь, — прошептала мать Элизабет. — Но как мы сможем расплатиться?

Вдруг мужчина обратил внимание лично на Элизабет.

— А что это за мадемуазель? — беспардонно спросил он. — Откуда взялась эта женщина?