Тайна
Шрифт:
Она мучилась во время роскошного обеда, отвечая на обычные вопросы. «Спасибо, моя матушка чувствует себя хорошо, нет, я не читала эту книгу, но я бы с удовольствием это сделала, да, я работаю у симпатичной дамы, которая не заставляет меня много трудиться, да, погода была отвратительная…»
Но, несмотря на легкий разговор Элизабет чувствовала, что за ней наблюдают, незаметно следят и оценивают. Госпожа Эмили Тарк, именно такая очаровательная, как ее описывала мать Тура, мягко и любезно улыбалась Элизабет и произносила совершенно правильные
Элизабет захотелось стать со временем такой, как Эмили Тарк. Такой же ровной, такой же благовоспитанной — и такой же красивой. Но, разумеется, мечтания эти были безнадежны.
Ее муж вел себя тоже очень обходительно, по-великосветски, но Элизабет видела, как он постоянно поглядывал на супругу для того, чтобы заручиться ее одобрением. Эмили обладала врожденной уверенностью в себе. Арнольд казался выскочкой, неуклюже пробравшимся в аристократические коридоры.
Мандруп Свендсен был тоже по-своему робок. Громкоголосый, хвастливый и болтливый. Элизабет показалось, что его вовсе не собирались приглашать и этот вечер (он пришел незвано, одет был буднично — хотя и достаточно щегольски), но вынуждены были оставить его на торжественный обед. Госпожа Эмили чувствовала себя неловко, когда ее кузен прерывал беседу или беззастенчиво хвастался.
В целом обед прошел довольно натянуто.
Затем все прошествовали в малую гостиную. Элизабет и госпоже Тарк поднесли по бокалу сладкого вина, мужчинам предложили более крепкие напитки. Мандруп Свендсен одним глотком осушил свою рюмку, и держащийся незаметно слуга ее тут же наполнил вновь.
Госпожа Тарк строго посмотрела на своего мужа, и тот хмыкнул.
— Да, Элизабеточка, ты знаешь, зачем мы тебя пригласили. Наш дорогой сыночек очень хочет на тебе жениться. А вчера его брат Вемунд открыл ему, что он уже попросил твоей руки от имени Лиллебрура и что твои родители… были не против.
Элизабет наклонила голову и пыталась не разрывать свой носовой платок на мелкие части. Она упиралась руками в колени. Это проклятое смущение, которое она, казалось, никогда не одолеет, сдавило ей шею так сильно, что она была не в состоянии отвечать. Она чувствовала на себе жаркие взгляды Лиллебрура. За ужином явно обнаружилось, что он не имел ничего против женитьбы на ней — но Элизабет была так не уверена в нем. Могла ли она на него положиться? Хотела ли она завоевать его любовь настолько, чтобы он постоянно был все время с ней? Или, может быть, он, как и многие другие мужчины, заведет себе любовниц?
Элизабет была не из тех женщин, которые сквозь пальцы смотрят на неверность.
Она напряженно вслушивалась в речь отца братьев. Но он отнюдь не принадлежал к числу сильных личностей. Его слова не имели силы внушения. Они были просто словами.
— Нам следует тщательно распланировать
Мандруп Свендсен потянулся своими похожими на сосиски пальцами к рюмке и выпил из нее глоток. Элизабет поймала на себе его быстрый, хитрый взгляд, в котором содержалось еще что-то. Был ли это страх? Беспокойство? Или это был лишь оценивающий взгляд?
Тарк продолжал:
— Мы знаем, что твой отец, Ульф Паладин из рода Людей Льда, владеет хорошим имением Элистранд и что его состоянием пренебрегать не стоит.
«Ах, вот как! И откуда им это известно?» — подумала агрессивно настроенная Элизабет.
Госпожа Тарк, как будто почувствовав ее негодование, пришла ему на помощь:
— Дорогое дитя, мы, естественно, не будем утомлять тебя этими нудными разговорами. Мой супруг поедет к твоему отцу и обсудит ваше будущее. Но прежде господа хотели бы уточнить пару моментов.
Она, извиняясь, улыбнулась Элизабет, не во всем согласная с методом продвижения к цели, выбранным мужчинами. После этого она снова передала слово своему мужу.
Арнольд Тарк осторожно сказал:
— Насколько мы понимаем, ты являешься также наследницей Гростенсхольма и Линде-аллее.
— Ну, это не совсем так, — быстро ответила Элизабет. — Они принадлежат другой ветви рода — Линдам из рода Людей Льда.
— Да, но они ведь живут в Швеции, — вставил Лиллебрур, взглянув вопросительно на мать. — Их усадьба — это же охотничий замок в Мёрбю.
— Они ею больше не владеют, — сказала Элизабет, начиная раздражаться их ошеломляющими познаниями. — Граф Йоран Оксенштерн переехал и усадьбу Шенэс в Вингокере, и мой родственник Даниэль тоже уехал туда как его адъютант, взяв с собой семью.
Снова взгляд на мать за одобрением вопроса:
— Но у них же есть собственная усадьба?
— Да, они купили новую усадьбу поблизости от Шенэса.
Госпожа Тарк вновь заговорила, и все инстинктивно прислушались — она действительно была авторитетом.
— Дорогая Элизабет, ты уж прости нас за любопытство, — произнесла она мягким голосом. — Но мы узнали, что твой родственник Даниэль Линд из рода Людей Льда постоянно живет в Швеции.
Быстрое материнское похлопывание по руке Лиллебрура. Он засиял от такого подарка.
— Кто это сказал? — выпалила Элизабет, которая искренне рассердилась и с трудом сдерживала переполнявшее ее возмущение.
— Твоя мать, моя дорогая.
— Мать строит воздушные замки. У Даниэля двое детей — Сельве и Ингела. Не исключено, что кто-то из них заберет себе Гростенсхольм и Линде-аллее.
Мужчины обменялись непонятными для Элизабет взглядами. Госпожа Эмили мягко и успокаивающе улыбнулась своему сыну.
В это время Мандруп Свендсен нагнулся в ее сторону и деликатно произнес: