Тайны
Шрифт:
– Да. Со старым другом, – коротко ответил он.
– Я слышал, что Лео в городе. Это, случайно, не он? Джефф ничего не ответил. Он с детства был приучен выдавать как можно меньше информации.
– Лео Нортон, – задумчиво протянул Роджер. – Я его знаю. Есть в нем нечто такое… чем он занимается?
Джефф вздохнул. Если он не выложит все Роджеру, тот обязательно сунет нос в его дела. Типичный адвокат!
– Лео лучше всех нас умеет маскироваться. Поразительно, как ему удается изменить внешность. Он даст сто очков вперед Энди Серкису!
Роджер рассмеялся. Серкис играл Голлума и Кинг-Конга.
– Смотрю,
– Верно.
Роджер выжидал, но Джефф продолжал молчать.
– Это имеет какое-то отношение к таинственному уик-энду? – спросил наконец Роджер.
– Только не напоминай мне об этом! – простонал Джефф. – И нет, Лео тут ни при чем. Это мое бремя, мне его и нести.
– Хотел бы я разделить с тобой это бремя, – ухмыльнулся Роджер.
Джефф поморщился. Будущим летом по требованию Алтеи он должен был отправиться на детективный уикэнд в дом человека по имени Чарлз Фолкнер, который когда-то был другом Алтеи. В юности Фолкнер отчаянно хотел стать актером, но карьере помешало отсутствие таланта. Однако Фолкнер отказывался признать, что у него нет актерского дара, и винил в своих неудачах убийство, случившееся в его доме в сорок первом году. Все последующие годы он был одержим этим нераскрытым преступлением и каждые десять лет воссоздавал картину убийства. Беда была в том, что поскольку новых улик не находилось, эти «спектакли» не давали ничего существенного.
Три года назад Фолкнер, который был таким же хорошим финансистом, как плохим актером, случайно набрел на информацию, необходимую американскому правительству. Джефф не знал подробностей, но считал, что это был список имен. Фолкнер отказывался передать информацию, пока Алтея, тоже бывшая в доме во время убийства, не расскажет о том, что знает.
Алтея, как всегда, имела свои идеи насчет того, как делаются дела. И заявила, что ничего не скажет просто так. Пусть один из агентов, Джефферсон Эймз, сыграет Хинтона Ландау, молодого человека, которого обвинили в убийстве. И тогда она перед уик-эндом расскажет Джеффу все, что знает.
– Но разве этот Ландау не был женат? – спросил Роджер.
– Да, – поморщился Джефф. – И Скайлар придется играть мою жену.
– Тебе не стоит так волноваться, – хмыкнул Роджер. – Ее романы никогда не длятся долго.
– У меня с ней нет романа. И никогда не было.
– А она об этом знает? – осведомился Роджер и, поняв, что Джефф взбешен, громко рассмеялся. – Поверь, я знаю ее сто лет. Ей все скоро надоест, и она тебя бросит.
– Мне на это наплевать. Но Алтея хочет, чтобы она играла мою жену.
– Хм-м, интересно, что она затевает?
– Почему бы тебе не спросить? – взорвался Джефф. – Ты так хорошо умеешь вытягивать из нее информацию!
– Шутишь? Алтея умеет заморочить голову, а я послушно, как ягненок, выкладываю ей все сплетни, которые слышу. Зато она ничего мне не говорит. – Роджер взглянул на Джеффа:
– По правде говоря, тебе следовало бы привезти в мой пляжный домик Касси.
– Касси? Ты рехнулся? Касси – это…
– Что? Бебиситтер?
– Кем бы она ни была, пусть и остается в таком качестве.
– Истинно отцовская забота о своем ребенке!
– Хоть ты не начинай! Довольно я наслушался от отца! Почему Алтея устроила стрельбу? Неужели только для того, чтобы познакомиться с нашими женщинами?
– С каких это пор у
Джефф повернулся лицом к темной реке:
– Сам знаешь, Скайлар нам нужна. А с Касси все в порядке. Если не считать того, что она вообразила, будто я женюсь на Скайлар и вышвырну ее из дома.
– Страшно смотреть, как ты водишь за нос бедняжку, – заметил Роджер без особого запала. – Удивительно, как она не огрела тебя по голове сковородкой и не послала куда подальше.
Джефф пожал плечами:
– Говорю же, с Касси все в порядке. Мы не ссоримся. И вообще, по мне, так все прекрасно, если не считать Гудвина.
– Не будь слишком строг к парню. Бедняге приходится иметь дело с королевой шпионажа. Самым острым умом двадцатого века. – Роджер улыбнулся. – Итак, ты собираешься привезти Скайлар в пляжный домик? Уверен, что вы с ней просто разыгрываете спектакль? Может, вы поженитесь, и…
– Подпустить ее к дочери? – яростно прошипел Джефф. – Ни за что!
Роджер, словно сдаваясь, поднял руки:
– Ладно-ладно, нечего срывать на мне зло. Я просто спросил. – Он снова взглянул на часы: – Мне в самом деле пора идти. Вернусь домой и постараюсь доказать жене, что она для меня – единственная женщина в мире.
Они распрощались. Джефф провожал взглядом Роджера, пока тот не исчез из виду, затем сунул руки в карманы и направился по тропинке к дому. С каждым шагом он мрачнел все больше. Не следовало бы позволять Дейне и Касси общаться с Алтеей. То, что было известно Алтее, имело огромное значение для американского правительства, и теперь ее приходилось защищать, но он сделает все, чтобы оградить от нее соседей. С другой стороны, она женщина пожилая и всю свою жизнь провела на людях. Для нее изоляция – худшая форма наказания, наказания, которого она не заслужила. И Джефф хорошо знал женщин, которые собирались ее навещать. Нет, он не проверял их досье, но Роджер знал Дейну еще с начальной школы, а сам он почти столько же лет знал Касси.
Джефф перестал хмуриться и улыбнулся, вспомнив, как вытащил Касси из бассейна и спас ей жизнь. Господь наградил девочку матерью, по сравнению с которой даже пиранья казалась сущим ангелом. В обязанности Джеффа входило знать все и обо всех, даже о маленькой девочке, прятавшейся в кустах.
В последнее утро конференции он опоздал в бассейн, потому что накануне ночью приехала Лиллиан. К счастью, они пришли вовремя и им удалось спасти Касси. Хотя сначала Джеффу показалось, что откачать Касси не удастся. Но она пришла в себя.
Следующие несколько лет Джефф не выпускал из виду Кассандру Мадден. Может, чувствовал себя ответственным за нее, потому что спас ей жизнь. А может, потому, что ее мать была слишком строга с ней. Так или иначе, он просил кого-нибудь из агентов узнавать о ее местонахождении и даже просил присылать копии ее школьных табелей.
Но после смерти Лиллиан он потерял контакт с Касси и остальным миром. Тогда он мог общаться с двумя людьми: с отцом и дочерью. И только проверяя рекомендации новой учительницы Элсбет, увидел имя Касси. После этого он искренне веселился каждый раз, когда Касси звонила ему, чтобы доложить об очередной выходке няни Элсбет. А когда Касси сказала, что хочет работать няней в его доме, Джефф с трудом сдержал смех.