Те странные пути...
Шрифт:
Посланец торопливо пересказывал события, пока целая команда спускалась следом за ним по узким лестницам и почти бежала в полутёмных коридорах. Здесь были не только она с Адри и Шилох с магом Мори. Следом торопились Чара и Рэд. Его не взяли в боевые отряды, так как он не умел ни стрелять из лука, ни биться с мечом, а время боевых топоров пока не пришло...
По прикидкам Ксении, вечер приближался к полуночи.
По легенде, девушка Семела должна была отключиться, а Адри в её голове - командовать телом женщины-преемницы. Поэтому никто не удивился, когда Адри-Семела не просто
И снова закипела работа. Ксении порой казалось, что она попала в собственный кошмарный сон: всё вокруг было зыбко и время от времени покачивалось на прозрачных волнах. Иногда она с благодарностью вспоминала чашку с укрепляющим отваром, что дала ей предусмотрительная Адри... Спустя час она разогнулась - с руками, по локоть мокрыми от крови, в разводах от дезинфицирующих настоев, - и со стоном схватилась за поясницу. И чуть не сплюнула с досады, сообразив, что запачкала выданную ей куртку.
Раненые продолжали поступать - уже в основном мечники, с которых в первую очередь надо было снимать доспехи, чтобы добраться до ран. Ксения даже не заметила, когда к ней присоединились эльфы - как потом выяснилось, присланные по просьбе Шилоха. Именно они и занимались снятием доспехов, чтобы целителям можно было немедленно заниматься своей непосредственной работой.
– Ну и ночка, - пыхтя, сказала на ухо Ксении Сиринга.
– Мы с Рубусом столько набили демонов-оборотней! Ух! Но их очень уж много. Князь уже послал не только мечников, но и простых ратников - лить смолу со стен. А ещё факельщиков - они бросали огонь вниз, а мы били по демонам из луков! Это было...
– Сиринга облизала пересохшие губы и плотоядно улыбнулась, словно вспоминала не об убийствах, а о любви с Рубусом.
– А ещё Гавилан послал наших волков-оборотней на помощь мечникам. Теперь отряды будут постепенно сменяться. Устанут одни - пойдут другие.
– Разрешит ли Корвусу князь отдохнуть?
– тревожно спросила Ксения, не ожидая ответа.
– Может, он со злости потребует, чтобы Корвус не вылезал вообще из всех битв?
– Корвус - отличный воин, - покачала головой Сиринга.
– Такого князь не захочет терять, даже обозлившись на него. И ещё, Ксения... Князь привык доверять Корвусу, и его провинность будут помнить недолго. Все знают, что Корвус не только хороший воин, но и всегда честен со всеми.
Ксения старалась не улыбаться, хотя губы разъезжались от счастья: она с кем-то может поговорить о Корвусе!
Принесли следующих раненых, а заодно - новости: крепостные отряды погнали врага от ворот! Все обрадовались, даже раненые. Появившийся в зале князь был удостоен не только приветственных криков, но и дружных славословий, типа: "Да здравствует князь Гавилан!"
Одна Ксения насупилась, обиженно бормоча себе под нос: "Как будто дрался он, а не Корвус!"
А потом именно она испортила всем праздничный настрой.
Последние несколько минут, когда раненых воинов не всем целителям хватало, а мелкие раны могли обрабатывать и обычные маги-целители, она настраивалась
Донастраивалась.
Слёзы брызнули так, словно она долго крепилась - и вот в один миг не выдержала и зарыдала. Тонкий пронзительный вскрик будто сам вырвался наружу, пока она падала на колени. Всё. Больше она ничего не видела и не слышала из того, что происходило в целительском зале. Теперь она было целиком и полностью в той страшной темноте, где яростно звенело оружие, сверкая и мелькая в пламени падающих с крепостных стен факелов, где вместо человеческих голов круглели шлемы и где над воинами крепости внезапно выстрелили призрачно-зелёные нити.
– Уберите от них свои сети! Рилан!.. Тэйгу!..
– Она плакала и кричала имена всех тех, кто словно оборачивался к ней, хотя она "видела" только тех воинов, что были вокруг Корвуса.
– Эдвин!.. Кадм!.. Баз!.. Кодей!.. Вистан!.. Уберите! Уберите от них сети!!
Она плакала и ёжилась от той ужасающей боли, которую испытывал каждый из воинов, попавший в плен призрачно-зелёной сети. А их продолжали сбивать с ног и уволакивать в темноту. И мечи, и никакое другое оружие не помогало против демонов-оборотней, которые выманили воинов наружу, из крепости, чтобы здесь, на просторе, накидывать на них магическую сеть...
– Корву-ус!
– отчаянно зарыдала она с новой силой, протягивая руки к упавшему совсем близко рядом с нею воину, который ещё дёргался в зелёной сети, но с каждым мгновением всё слабей.
– Нет! Нет! Только не Корвус! Только не Корву-ус!
– И страшный рыдающий выклик, похожий на поминальный, продолжался: - Дирк!.. Шади!..
Опустошённая, она сидела на холодном каменном полу, смотрела в ничто... Слёз больше не было. Лишь бессмысленно раскачивалась всем телом, опираясь ладонью в пол. Но видела всё ту же ночь, в которой, удаляясь, исчезали призрачные зеленые отсветы.
Кто-то поднял её, вялую, как тряпку, чуть подбросил, чтобы на руках она безвольно сложилась. Теперь нести её легче. Понимание отдельными деталями падало в её внутреннюю пустоту, постепенно наполняя её обыденными звуками и жизнью.
Совсем пришла в себя, сидя на скамье у стены. Будто только что глаза открыла. Поморгала, восстанавливая зрение и сознание. Тот же целительский зал. Только народу меньше. И она... Не просто сидит, а привалившись к чьему-то дрожащему плечу. А с другой стороны кто-то ещё, кто обнимает её и гладит по голове. И вздрагивает от плача, тихонько скуля... Метта. Ксения с трудом подняла голову от плеча плачущей Чары и повернулась к волчице. Встретились глазами.
– Я не хотела-а...
– проскулила Метта.
– Я не виновата - меня ранили! Я не хотела уходить - он велел!
Прошло немало времени, когда к ним подошли Шилох и Мори, а между ними - Адри-Семела. За ними - Сиринга и Рубус. Эльфы тоже чувствовали себя виноватыми, что им не дали остаться в бою до конца. Сиринга потерянно сказала:
– Они ушли и увели... Ворота сейчас забили всем, чем только можно. Говорят, там был тот самый маг, продавшийся верховному демону. Он это всё и проделал.