Театр

де Молина Тирсо

Кинтана

Твой отец свершил свой путь, И теперь он здесь.

Донья Хуана

Кинтана, Верит он, — я сражена Дон Мартином в Алькорконе, И защиты он в законе Ищет здесь.

Кинтана

Твоя верна Мысль…

Донья Хуана

На улице есть кто-то.

Кинтана

Кто —

сейчас узнаю я.

Донья Клара (к Хуану)

Вы — дон Хиль?

Дон Хуан

Инес — моя! Я — дон Хиль!

Донья Клара

О, лжи нет счета!

Донья Хуана

Кавальеро, есть проход?

Дон Хуан

Кто идет?

Донья Хуана

Дон Хиль.

Караманчель (в сторону)

Всего ли Их четыре? — Нет, поболе! Тысяча! Ну, место, — вот!

Дон Хуан

Два дон Хиля здесь.

Донья Хуана

Со мною Будет три их.

Донья Инес

В третий раз. Тоже Хиль. Но кто из вас Хиль влюбленный?

Дон Хуан

Знайте ж, кто я; Хиль Зеленый — это я.

Донья Клара (в сторону)

Страх мой в ревность обратился. Серенаду петь явился Он Инес. Злодей меня Обманул! Я месть готовлю! Хиль Зеленый — я один!

Кинтана (в сторону донье Хуане)

Ты теряешь, господин, Имя, — три за ним на ловлю Собрались дон Хиля.

Донья Хуана (громко)

Что? Я — дон Хиль Зеленый!

Донья Инес

Славно! Это, право же, забавно!

Дон Хуан

Не пройдет сюда никто! Пусть уходят, или вскоре Их убью я!

Донья Хуана

Как он смел! Кто, посмотрим, выйдет цел.

Караманчель

Пусть погибнут Хили!

(Схватываются, и Кинтана наносит удар дон Хуану.)

Дон Хуан

Горе! Смерть!

Донья Хуана

Так будьте же скромны, И сказать Инес должны вы, Что соперник ваш счастливый — Хиль — Зеленые штаны!

(Дон Хуан, донья Хуана и Кинтана удаляются.)

Донья

Клара (в сторону)

Я от ревности взбешенной Ухожу… Дон Хиль не мне ль Дал обет? Его ужель Не исполнит?

(Уходит.)

Донья Инес

Не отмщенной Перед Хуаном от меня Не оставил. Как люблю я!

(Уходит.)

Караманчель

Хилей полон ухожу я: Четырех здесь видел я. Не иначе, как из ада Та душа, кому слугой Был я, вывела с собой В помощь Хилю хилиаду! Утра брезжит голубой Свет… Утратил чувства все я. Иисус! Ведь был душе я Из чистилища слугой!

КАРТИНА ЧЕТВЕРТАЯ

Парк святого Херонимо [411]

411

Парк святого Херонимо — см. примеч. 188 — Герцогский сад.

Сцена 18

Дон Мартин, одетый в зеленое

Дон Мартин

Вы, улицы столицы, что развратна, Как Вавилон во лжи неутолимой, — Вы к богачам всегда лицеприятны, А к бедняку строги неумолимо; И вы, дома, где каждый час отвратно Кишит порок, и явный и незримый, — Скажите мне, иль небо так решает, Что каждый Хиль моей любви мешает? Деревья парка, вы, чьи задремали Под лаской ветра листья молодые, На чьих ветвях, когда бы мог, печали Я, как трофей, свои б развешал злые; Ручьи, лужайки, вы, что целовали, Ее траву, ее цветы густые, — Ваш шопот нежный явственно вещает, Что каждый Хиль моей любви мешает. Что я свершил, что собственною тенью Гоним я без пощады? Обожаю Инес я, — и за это ль преступленье Наказан небом я и так страдаю? Зачем дон Хиль преграды и стесненья Во всем мне ставит? — Имя отнимая Мое себе, надежд меня лишает? Иль всякий Хиль моей любви мешает? Коль я просватан, — Хиль к моей невесте Приходит и ее перебивает; Коль пишут мне, — моим письмом и вместе Он тайною моей овладевает; Иду ль к купцу за деньгами, на месте Я узнаю, что раньше предъявляет Он чек мой… И куда ни поспешает Моя стопа, — дон Хиль везде мешает.

Сцена 19

Дон Дьего, Кинтана, альгвасил, дон Мартин

Кинтана (разговаривает в стороне с дон Дьего)

Это тот, кто имя носит Дон Мартина и назвался Самозванно Хилем; этот Донью умертвил Хуану, Госпожу мою.

Дон Дьего

О, если б Кровь злодея обагрила Седину мою! Бесчестно Приносить другим несчастье… Вы, сеньор, его схватите!