Тёмная леди
Шрифт:
— Нет, юная леди, я холост. Но, не обращайте внимания, на эту деталь, и кушайте вдоволь, так как я не собираюсь искать спутницу жизни в ближайшее время.
— Зря вы так, милорд время идет, никто не молодеет. Кто же вам будет растирать спину, подавать чай и укутывать ноги пледом, — я старалась выглядеть натурально озабоченной его здоровьем. Главное не смеяться. Это выражение потрясенного возмущения не давало мне покоя. Так тебе, зловредный герцог! А то обращается ко мне как к ребенку!
— Благодарю за заботу, но думаю, мой камердинер справится, ели вдруг я занедужу, — его холодным тоном
Мир сидел тихо и старался не привлекать наше внимание, его плечи время от времени вздрагивали, но он мужественно ел второе пирожное.
— А как же приятная беседа, которую может составить вам леди и только леди. У нас такая тонкая душевная организация, что мы способны понять и рассказать многое, о чем мужчины даже не задумываются.
— Я буду давить в зародыше чувство зависти к женатым джентльменам, леди Франциска, — герцог перевел свой ледяной взгляд на брата, — скоро ли ваша сестра выходит в свет?
— Она будет представлена обществу в первый день зимы на балу у маркизы Одрибрант.
— Значит, скоро какому-то счастливчику повезет в этой жизни. Он получит в подарок от судьбы такую заботливую жену.
— Не будем торопить события, сестра молода, и я не хочу давить на нее, и потом, у нас год траура. Она будет представлена, как положено, но все увеселения откладываются на год.
— Существенная потеря для света, — и то как он это сказал, не оставляло сомнений, что это ирония.
— Любезный герцог, не переживайте. Я оставлю вам два танца в моей бальной книжечке и через год вы обязательно сможете насладиться моим обществом, — моим сладким голосом можно было сластить чай.
Герцог напрягся и тяжело посмотрел на меня, но отказаться было не прилично, а я уже доставала свою бальную книжку, которую на всякий случай захватила.
— Думаю, я подарю вам вальс и котерсон. Вы будете мне благодарны. Все леди обратят на вас внимание, если я буду рядом, — и я вписала его имя напротив соответствующих танцев.
Его взглядом можно было убивать!
У меня от этой перепалки проснулся аппетит и я взяла пирожное с клубникой, которое вдруг показалось мне весьма вкусным. И с довольным видом принялась его уплетать.
— Маркиз, ваша сестра просто очаровательна. Уверен, отбоя в женихах не будет.
— Я тоже в этом уверен, но мне прямо жалко отдавать такое сокровище!
— Неужели?
Одним этим словом, этот нехороший человек, выразил гамму эмоций, которые мне не польстили, но я уже сидела и строила планы маленькой мести этому надутому индюку.
— Да, сестренка просто крайне нужный мне человек. Кто же мне посоветует, какой сюртук одеть на бал, а какие слухи ходят обо мне среди девушек? А обсудить последние сплетни не боясь, что твои слова передадут дальше? Нет, я решительно не знаю, что я буду без нее делать.
— В таком случае, я думаю, что вам действительно не стоит спешить расставаться, тем более, что сестра вняла здравому смыслу и решила не морить себя голодом.
Мы втроем посмотрели на тарелку, где было пусто. Я так задумалась о способах мести, что не заметила как съела все семь пирожных.
— Вы правы, мне нужны силы, что бы помочь брату предстать во всей красе в обществе!
— Тогда разрешите
Герцог поднялся поклонился брату, приложился невесомо к моей ручке и не спеша отправился к своему особняку.
Глава 7
Герцог Уитерманский
Утро начиналось у меня рано. Я вставал, когда солнце только оторвалось от горизонта. Мне нравились эти ранние тихие часы, когда город еще спал. Никто не лез в мои мысли, не пытался попасть ко мне в гости, особенно, эти отчаянные мамаши со своими дочками.
Правила приличия не позволяли мне послать их все куда — нибудь далеко. Туда, откуда они не смогут меня раздражать. Я наследник древнего рода, а значит, не имею права вести себя неподобающе. Мне уже двадцать пять и пора бы подумать о женитьбе, нужен наследник, но эти дурные дамочки, только выводили меня из себя, а, от особо настойчивых, моя сила бунтовала и пыталась их заморозить. Я прикладывал титанические усилия, чтобы сдержать ее. Ведь это секрет, что я обладатель огромного потенциала и защитник этого мира.
Поэтому с утра я тренировал тело и душу, сменяя физические тренировки медитацией. Я уже давно хожу с каменным выражением лица, это позволяет мне не опасаться каверзных вопросов. Их просто побоятся задать.
Сегодня было красивое утро, и я решил днем выпить чая в кафе, где обычно было немного посетителей и оно было совсем рядом с моим домом.
Когда я подходил, то увидел брата и сестру Армавирских. Они были моложе меня лет на семь, я с ними не общался особо. Брату был представлен, а сестру и вовсе не видел, кажется ни разу. Они очень выделялись в этот солнечный день своим траурным одеянием. Я читал в газетах о смерти их отца. Вспомнилась и моя потеря. Отец погиб на задании пять лет назад, я наконец достиг магического совершеннолетия. Мне было тяжело взвалить на себя весь груз забот герцогства и вступить в ряды защитников мира.
А тут, два ребенка, и у них кроме престарелой тетки никого. Мне стало жаль молодого маркиза. Сестра всего лишь девушка. Поплачет да и выйдет замуж. Будет мужа изводить, а вот наследнику долго еще принимать дела отца и обо всем заботиться. Поэтому я решил подойти и узнать, как они держатся.
— Добрый день маркиз, разрешите принести свои соболезнования с связи с вашей утратой, — сказал я.
— Благодарю, герцог Уитерманский! Это действительно невосполнимая потеря, — маркиз поднялся мне на встречу. Он был бледен, что подчеркивали его зеленые глаза и "пшеничные" волосы.
— Позвольте представить мою сестру Франциску Армавирскую, — маркиз указал мне на сестру, — сестра, это герцог Вальдемар Уитерманский.
Я принял руку для поцелуя, когда наши пальцы соприкоснулись, моя сила шевельнулась, с интересом потянувшись к девушке. Я напрягся. Только не надо опять бунтовать! Но сила не бунтовала, она как буд-то прислушивалась, пробегая холодными мурашками по руке.
Девушка тоже была неимоверно бледна, и что важно, так же неимоверно худа, я наверное смог бы обнять ее талию ладонями. Казалось, подуй ветер сильнее и ее переломит пополам. Она была очень похожа на брата. И если бы не эта ужасная худоба, я бы сказал, что она красива.