Темное сердце
Шрифт:
Камиум же сражался так упорно, что было ясно, что ему наплевать, каким именно способом она потерпит поражение.
Приблизительно после тридцати минут Китиара уже еле стояла на шатких ногах, еле видела через багровую пелену, застилавшую глаза и еле-еле могла поднять свою метлу, чтобы ударить седого гнома.
Гном же не слишком много двигался. Ему очень даже хотелось выдержать как можно больше ударов Китиары с той скоростью, с которой она могла нанести их. Казалось, что это почти что вопрос гордости для Камиума — получить сильный удар в подбородок или голову и
Он позволял ей кружить вокруг него, сам почти не сходя с места и спокойно наблюдая за ней. Кит могла почти что по своему желанию бить Камиума. Она орудовала своей толстой палкой — длинной в полтора ее роста — почти что как мечом, но он принимал все ее лучшие удары с усмешкой, которая вызывала у толпы одобрительный гул. Сам он был вооружен уродливой узловатой дубиной, покрытой дырами и пятнами. Дубина свободно лежала у него на плече, хотя была длиной с его рост и, вероятно, весом в половину веса гнома. Он наносил удары своим оружием примерно один раз между пятью или десятью ударами Китиары и, казалось, делал это с большой неохотой, как бы не желая торопить события.
Но очки в битве он набирал быстро и его удары приземлялись на ноги, грудь и лицо Кит с потрясающей силой. Вероятно, он был вдесятеро старше ее и не более высок, чем Карамон, но дрался чертовски хорошо. Перед тем как упасть без сознания, Китиара подумала, что все равно должен существовать способ победить его.
Толпа свирепо засвистела, когда Кит рухнула в песок лицом вниз. Камиум подошел к большому крану, который для него был вделан в стену арены и наполнил кружку элем. Он пил долго и энергично, рассеянно наблюдая за троицей судей.
Три гражданина в официальных одеждах сидели на высокой трибуне, глядя на распростершееся недвижимое тело Кит. Они не торопились заканчивать сражение. Толпа продолжала неодобрительно свистеть.
Пребывая в добродушном настроении, Камиум подошел к Кит и бросил пивную кружку ей на голову. Она подпрыгнула, в замешательстве огляделась и устало поплелась с арены к узкому коридору, ведущему в оружейную.
Звуки толпы выражали одновременно недовольство и кричащее веселье.
Камиум, удовлетворенно покачав головой, пошел обратно к крану с элем.
Так что он даже не видел Китиару, разъяренно бежавшую к нему по арене. Удивленная реакция толпы привела его в готовность, но Камиум не имел понятия, что делать с противником, который махал огромным, оплетенным железными полосами ведром и щетинной щеткой. Его челюсть отвисла, а узловатая дубина опустилась.
Прежде чем Камиум смог пошевелиться, Китиара прыгнула ему на плечи и с размаху насадила ему ведро на голову, пробивая дно и продолжая толкать его вниз, стискивая ему грудь и прижимая руки к бокам. На мгновение ее яростное нападение сбило гнома с толку и Кит, взяв щетку, ударила его по лицу, вырвав большую часть бороды с правой стороны, прежде чем щетка застряла в ней.
Такой вой эта толпа еще никогда не издавала. И никогда никто не слышал столько
Он изо всех сил пытался сломать ведро, но железные ленты держали крепко. Китиара вырвала у него дубину и ударила его по голове так сильно, как только могла. Она била снова и снова, около полудюжины раз. Гном шатался, крутился, шатался еще, но не падал.
Китиара раскачала дубину так сильно, как могла и ударила его по лицу. Камиум покачнулся направо, сделал несколько танцевальных па и снова зашатался. Но он все еще не падал. Глаза его закрылись. Он не мог двинуть руками. Щетка свисала с его бороды. Кровь просачивалась из-за ведра, с мест, где Китиара ударами содрала ему кожу.
Но Камиум Железные Клещи, чемпион Турнира Деревянного Оружия в течении одиннадцати лет, все еще не падал.
Кит сомневалась, что он все еще в сознании. Она уважала старого гнома и не хотела причинять ему большой боли или далее унижать его поражением. Устало подняв глаза, она обратилась к судьям в немом обращении.
Торопливо посовещавшись, трое чиновников подняли руки, чтобы просигнализировать ничью и равное разделение приза. Толпа прорвалась в крике. Камиум продолжал шататься. Кит резко упала на землю.
Несколько часов спустя, часов, проведенных в обществе толпящихся целителей и прочих доброжелателей, Кит наконец была оставлена в покое. Она сидела на каменной скамье в оружейной, мучительно двигая болевшей челюстью.
Все ушли, за исключением одного высокого незнакомца с лицом, затененным капюшоном, который остался, чтобы поговорить с ней наедине. Он не слишком беспокоил ее. Если она смогла биться с Камиумом Железные Клещи и свести поединок к ничьей, то ей теперь никто не страшен.
Но даже при этом голос незнакомца застал ее врасплох.
— Ты делаешь карьеру, притворяясь мужчиной. — заметил незнакомец, повернувшись к ней.
— Урса! — резко выкрикнула Кит и вскочила, оглядываясь в поисках оружия.
— Стоп! — сказал Урса Ил Кинт, осторожно дотрагиваясь до ее плеча, — Не так громко.
Кит сделала шаг. Урса мягко схватил ее за руку.
— У тебя сегодня было достаточно сражений, — спокойно и убедительно сказал он.
Он отпустил ее руку. Китиара стояла на месте, глаза ее блистали. Вся усталость исчезла, заменившись волной энергии.
— Я уже давно должна была набить тебе морду, — сердито проговорила она.
Урса сел и опустил капюшон, встряхнув длинными, желтовато-коричневыми волосами. У Кит появилась возможность дотянуться до оружия, что она и сделала. Ее сумка с мечом находилась вне досягаемости. Но обитой дубинки, которую она взяла в руки, все равно должна подойти.
Кит ждала, что Урса как-то отреагирует на ее слова, но он просто сидел, уставившись на нее своими темными блестящими глазами.
— Да, — наконец мрачно сказал он, — Плохи дела. Ты должна набить мне морду, а я должен тебе твою долю от той… работы.