Тёмные дни

Обратный переход занял у Корта с Ютой почти две недели, — дольше, чем дорога в Лиатрас. Это произошло из-за того, что им пришлось идти через Арагат — ближайшее к Вечному Городу поселение атлургов.

Они выбрались из города неподготовленными, лишь с тем, что удалось купить по дороге при бегстве к Стене. Хилты, лук Корта, линзы из тергеда, кожаные бурдюки для воды, несколько ножей, лечебные порошки и мазь от ожогов — всё осталось в квартире Кирли. Корт сказал, что без хилта Юта не

выдержит обратного перехода, поэтому решил сделать крюк и пройти через песчаный город.

Арагат — небольшое поселение, едва ли достигающее по размерам половины Утегата. Зато оно находится всего в пяти тарах от Лиатраса. Корт не бывал там раньше. Блуждая по пустыне с Утагиру, в те недели, когда уходил из дома, он неплохо изучил расположение песчаных городов атлургов. Корт знал, где находятся многие из них, но всегда держался в стороне.

Канг Арагата принял их весьма радушно — одно из немногих преимуществ того, что ты ругат — и снабдил всем необходимым для дальнейшей дороги.

В итоге переход занял вдвое дольше запланированного, зато Корт доставил Юту в Утегат в целости, не считая обезвоживания, небольших ожогов и общего изнеможения. К своему удивлению он обнаружил, что девушка перенесла долгую изматывающую дорогу гораздо лучше, чем в первый раз.

Юта всего раз упала в обморок, в самом начале пути, когда у них ещё не было хилтов, но быстро пришла в себя. А к тому времени, как они достигли Красных Гор, и вовсе неустанно шагала рядом с Кортом, почти не прося передышек. Могла издалека различить полосу зыбучих песков или нору скорпиона. Начала ориентироваться во времени по солнцам и готовила ящериц и жуков почти так же ловко, как Корт.

Мужчина отметил, что Юте понадобилось гораздо меньше времени, чтобы привыкнуть к пустыне и долгим изнуряющим переходам, чем в своё время ему. Но теперь он знал почему — она была потомком атлургов.

Когда Корт и Юта показались возле Утегата, это вызвало настоящий переполох. А когда ступили под низкие своды песчаных коридоров, их встречала половина поселения во главе с Гвирном.

— Корт, Юта, слава Ругу вы вернулись! — разнёсся его звонкий голос.

В коридоре стало не протолкнуться от высоких тел в песчаных одеждах. Но вокруг Корта с Ютой образовалось пустое пространство, словно пузырь воздуха под водой. Атлургам хотелось скорее расспросить их о «паломничестве», но никто не решался задать вопрос первым.

К людям, совершившим подобный переход, у народа почти сакральное отношение. Атлурги ещё чувствовали дыхание богов за их спинами и не решались нарушить торжественную тишину. Лишь рассматривали во все глаза, да ещё время от времени кто-то совершал «агнури» — знак преклонения перед волей богов, проведших людей через пустыню.

Молчаливое оцепенение застывших атлургов нарушило движение в конце коридора. Кто-то отчаянно пробивал себе дорогу. Атлурги не возражали. Они охотно расступались, позволяя золотоволосой девушке пройти сквозь их ряды.

Леда вырвалась вперёд, за невидимую черту, которую атлурги не пересекали, и на секунду замерла. Она зажала рот рукой. В глазах

быстро сменяли друг друга изумление, облегчение и постепенно отступающее выражение муки.

Леда бросилась Корту на шею, стройная и гибкая, обвив его сильными руками.

— Я знала! Знала, что ты вернёшься!

Корт подхватил Леду, прижал к себе, и она зарылась лицом в его жёсткие волосы.

Этот простой человеческий жест развеял ауру неприкосновенности, превратил Корта с Ютой из посланников богов в обычных людей, усталых и измученных, вернувшихся домой после долгой изматывающей дороги.

Атлурги качнулись в их сторону, желая кто помочь, кто расспросить, а кто и просто прикоснуться к паломникам. Увидев, что толпа готова затопить троих людей, Гвирн обратился к народу, возвысив голос:

— Прошу, не толпитесь! Дайте путникам пройти! Им нужно отдохнуть с дороги. Корт и Юталиэн расскажут нам о своём паломничестве завтра, на Утегатоле!

Народ чуть отступил, но не разошёлся. Атлурги шумно качались в двух шагах от Корта с Ютой. Они наперебой засыпали их вопросами, совершая «агнури» так близко, как только могли подойти.

В толпе Юта окончательно растерялась. Высокие атлурги окружали её плотным частоколом, за которым она ничего не видела. Перед лицом то и дело мелькали руки совершавших ритуальный жест. Атлурги смотрели восторженно, но в то же время отстранённо. Они не видели Юту — только некий символ, каким она стала после перехода через пески.

Юта ещё не привыкла к полумраку Утегата. Она подслеповато всматривалась в казавшиеся густыми сумерки. Голова немного кружилась от обилия лиц и незнакомых голосов. Она посмотрела на Корта. Он был облеплен атлургами гораздо сильнее неё. Сейчас они готовы были подхватить Корта и носить на руках, если бы он позволил. Обожание на лицах перемежалось сакральным трепетом. Он снова стал их героем, подтвердив статус «ругата». Теперь его влияние в городе станет ещё больше, подумала Юта.

Лицо мужчины оставалось непроницаемо-бесстрастным, но Юта каким-то непостижимым образом могла ощутить, что толпа вокруг ему неприятна. И, помимо воли, она вспомнила, каким становилось лицо Корта, когда они оказывались среди большого скопления людей в Лиатрасе. Застывшим с каким-то безжизненным выражением, нарочито сосредоточенным и в то же время рассеянным, как будто он изо всех сил пытается отвлечься.

Одной рукой Корт продолжал обнимать казавшуюся абсолютно счастливой Леду. Другой — отгораживался от атлургов, медленно пробивая себе путь по коридору в сторону дома.

С тех пор, как они вошли в Утегат, он ни разу не посмотрел на Юту. Она ощущала холод, словно жидкий азот, разливающийся по внутренностям. Ей казалось, что кровь медленно застывает в жилах, а в желудке угнездился кусок льда.

— Юта, ты в порядке? — Мягкий вкрадчивый голос, прозвучавший над самым ухом, мог принадлежать только Гвирну.

— Да, просто устала, и эта толпа меня порядком нервирует.

— Не беспокойся, я тебя выведу.

Гвирн осторожно обхватил её за плечи и повёл к выходу вслед за атлургами, сопровождавшими Корта и Леду.