Темный Ветер

Хиллерман Тони

– Господи, – вымолвила она. – Значит, он был обречен?

– Кто-то расставил пять фонарей по прямой между этим местом и скалой. – Он показал рукой. – Еще пять фонарей стояли по другую сторону скалы.

Адвокат уставился на Чи, приоткрыв рот. Он сразу понял, для чего фонари были расставлены таким образом. Мисс Полинг думала о чем-то другом.

– А его посадочные фары были включены? В вашем рапорте об этом ничего не говорится.

– Я не видел никаких фар, – ответил Чи. – Хотя думаю, что должен был их заметить.

– Значит,

он целиком полагался на тех, кто расставил фонари, – заключила мисс Полинг. Наконец и до нее дошло то, что сказал Чи о фонарях. Она озадаченно посмотрела на него: – Пять фонарей по другую сторону скалы? Позади нее?

– Да, – подтвердил Чи.

Ему было жаль эту женщину. Потерять брата тяжело. Узнать, что его убили, еще хуже.

– Но почему?

Чи покачал головой:

– Возможно, кому-то надо было, чтобы он только сел и никогда больше не взлетел. Не знаю. Возможно, я ошибаюсь насчет фонарей. Я ведь нашел только маленькие ямки. Вроде этой.

Она помолчала, изучая его лицо.

– Вы уверены, что не ошиблись.

– Верно, – согласился Чи. – Это овальное углубление с бороздками по краям похоже – и по форме, и по размерам – на след от аккумуляторной батареи. Я готов тщательно измерить его и все как следует проверить, но других вариантов не вижу.

– Да, – выдохнула мисс Полинг, плечи ее поникли. – Я тоже не вижу. – Ее лицо изменилось, посуровело. – Кто-то убил его.

– Эти фонари… – вступил адвокат. – Их что, уже не было, когда вы пришли туда? О них ничего не сказано в вашем рапорте.

– Не было, – сказал Чи. – Я обнаружил эти следы как раз перед вашим приездом. В тот раз было темно.

– Но о них ничего не говорится и в другом отчете, который составили после обыска самолета. Это ведь было при дневном свете.

– Тот отчет готовили люди из федеральной полиции, – сказал Чи. – Видимо, они не заметили следов.

Адвокат задумчиво посмотрел на Чи.

– Я тоже не заметил бы, – произнес он наконец и улыбнулся. – Я всегда слышал, что индейцы хорошие следопыты.

Давным-давно, еще на старших курсах в университете Нью-Мексико, Чи дал себе слово не реагировать на подобные обобщения. Однако ему редко удавалось держать его.

– Я – навахо, – сказал он. – В нашем языке нет слова, соответствующего вашему «индейцы». Есть конкретные названия племен – юта, хопи, апачи. Белые на нашем языке – белакани, мексиканцы – накаи. И так далее. Среди навахо есть хорошие следопыты. Есть плохие. Этому надо учиться, как учатся юриспруденции.

– Конечно, – сказал адвокат, по-прежнему внимательно глядя на Чи. – И как же вы учитесь этому?

– У меня был учитель, – ответил Чи. – Брат моей матери. Он показывал мне, на что надо обращать внимание.

Чи замолчал. Он был не в том настроении, чтобы обсуждать тонкости следопытства с этим странным чужаком.

– Ну, например? – настаивал адвокат. Чи подумал, пожал плечами.

– Мимо вас прошел

человек. Вы смотрите на землю и изучаете его следы. Человек снова проходит мимо вас, на этот раз он несет в руке что-то тяжелое. Вы опять изучаете следы. На следующий день вы приходите на это место и смотрите, что стало со следами за сутки. То же самое – еще через день. Или так. Вы видите двух человек, худого и толстого, которые беседуют, сидя на корточках в тени. Когда они уходят, вы изучаете, какой след оставляет худой человек, посидев на корточках, и какой след оставляет толстый.

Чи снова замолчал. Вспомнил, как на месе Чуска дядя учил его выслеживать оленя. Показывал, какой след оставляет зверь, когда роет землю, как определять возраст самки по тому, насколько расходятся ее раздвоенные копыта при ходьбе. Он вспомнил, как дядя вставал на четвереньки в подсыхающую грязь и определял влажность отпечатков, оставленных шинами пикапа, чтобы узнать, сколько часов миновало с тех пор, как прошла машина. И еще многое припомнилось Чи. Но он уже сказал все, чего требовала вежливость.

Адвокат достал из кармана бумажник, вытащил визитную карточку и протянул Чи.

– Меня зовут Бен Гейнс, – сообщил он. – Я представляю наследников мистера Полинга. Могу я нанять вас? Чтобы вы поработали на нас в свободные часы?

– Нанять – для чего?

– Для того же, что вы и так будете делать. – Бен Гейнс показал на обломки. – Для того чтобы выяснить, что именно тут произошло.

– Я не буду этим заниматься, – сказал Чи. – Не моя компетенция. Речь идет о тяжком преступлении, не имеющем отношения к навахо. Раньше навахо и хопи жили здесь вместе, теперь живут только хопи. Я расследую другое дело, а сюда пришел просто из любопытства.

– Тем лучше, – сказал Гейнс. – Не будет столкновения интересов.

– Не уверен, что это законно, – возразил Чи. – Я должен посоветоваться с начальством. – А сам подумал, что так или иначе, но сделает то, о чем его просит адвокат. Любопытство заставит.

Гейнс рассмеялся:

– Сдается мне, вашему начальнику лучше не знать о нашей договоренности. Ничего противозаконного тут нет. Но только начни справляться у бюрократа, и тот непременно найдет, к чему придраться.

– Верно, – согласился Чи. – Так что я должен сделать для вас?

– Я хочу знать, что случилось с Полингом. Судя по отчету, тут находились три человека. Мне надо знать это точно. Вы слышали выстрел. Потом услышали, как уезжает легковая машина или пикап. Я хочу знать, что здесь произошло. – Гейнс обвел рукой ущелье. – Может быть, вы найдете следы, которые позволят прояснить картину.

– Следов теперь хоть отбавляй, – сказал Чи. – С полдюжины федералов, полиция штата Аризона, окружная полиция и так далее. Все кругом истоптали. А теперь еще мои, ваши и ее следы. – Чи указал кивком на мисс Полинг, которая подошла к самолету и смотрела на кабину.