Темный

Вавилов Иван

— Мне нужна печать Древних, — Елизар тоже не сводил взгляда с главы Ордена.

— Какая печать? Тогда зачем ты Императору?

— Я не знаю, — Елизар покачал головой и, прислонившись затылком к стене, закрыл глаза. Объяснять, что-то этому человеку у него не было сил.

— Оставь его, он еще слишком слаб, разве ты не видишь? — Раздался голос амадины.

Флай посмотрел в сторону девушки и через мгновение вышел из комнаты.

Джемай готов был разнести весь дворец. Начальника городской стражи он приказал казнить. Тантор стоял перед Императором и выслушивал

гневные тирады. Амадина пропала. С одной стороны это было на руку советнику, с другой стороны появлялась неясность в дальнейших планах. По сути у него отпала необходимость сопровождать Елизара в Тау-Шан, но оставался вопрос относительно того где сейчас находится пришелец и с ним ли сейчас амадина.

Все ворота в городе были усилены стражей. По городу так же патрулировали усиленные за счет регулярной армии Императора стражники. Кругом проходили обыски. Весь город стоял на ушах. Казалось, в столице сейчас резко уменьшилось количество жителей и резко возросло количество имперцев.

— Вызови мне Флая, я должен с ним переговорить, — император был резок. Развернувшись, он покинул тронный зал и направился в свои покои.

Тантор направил гонца в Террию, а сам возвратился в свою келью. Подойдя к зеркалу, он призвал своих Владык.

— Император крайне недоволен сложившейся ситуацией. Он готов разнести весь город, чтобы найти пришельца, — Тантор стоял в почтительном поклоне. Облако мерцало разрядами. В келье была почти гробовая тишина.

— Ты убьешь императора, — раздался шелестящий голос, через некоторое время.

— Что? — Тантор изумленно посмотрел на зеркало.

— Ты убьешь Императора и совершишь обряд инициации. Тело Императора станет нашим. Ты все понял?

— Да Владыки, — Тантора всего трясло.

— Дай команду некромантам, пусть выдвигают свои отряды в сторону столицы. Скоро придет наше время. Нужно лишь уничтожить печать. — Облако постепенно растворилось в зеркальной поверхности.

Тантор сел за стол и облокотившись о столешницу, закрыл лицо дрожащими ладонями. Пришло время для того, для чего он здесь появился.

Илия объехал вместе с Хавратом все приграничные поселения, где томились на рудниках друзья его нового знакомого. Вскоре отряд из двенадцати человек направился в сторону границы с Антанией.

Десятка отчаянных парней согласилась сопровождать Илию в его походе. Еще двое, узнав, куда они направляются, отказались покинуть рудники, посчитав этот поход в один конец. Молва о разведотряде, сгинувшем в ущелье, быстро разнеслась по землям хасков.

Остановившись возле подножия горной гряды, отряд расположился на ночлег. Завтра предстояло войти в ущелье, чтобы подойти к заставе антанцев. Хаски разожгли костер и собрались возле него, тихо переговариваясь между собой.

Илия осмотрел дорогу, которая уходила вниз между двух соседних скал. Редкие, хилые деревца, растущие в скальной породе, тянулись по краям ущелья. В нескольких местах произошли обвалы, частично завалив и без того не широкую тропу.

Хаврат подошел к начальнику дворцовой стражи и встал рядом.

— Тебя что-то тревожит? —

Поинтересовался он у Илии.

— Не знаю, — покачал тот головой, — какое-то странное предчувствие. Раньше такого не было. Словно стоишь на краю пропасти и решаешь сделать шаг вперед или назад.

— Животные ведут себя очень настороженно. Такое ощущение, что их что-то пугает. Сколько нам двигаться по этому ущелью?

— Если идти без задержек примерно день пути, я был тут несколько раз, когда мы ходили в походы против антанцев.

— Но ведь сейчас у нас с ними перемирие вроде бы? — Хаврат вопросительно посмотрел на Илию.

Тот повернулся в сторону хаска и молча, кивнул, направившись к костру. Над лагерем быстро спускались сумерки. С ущелья дул холодный принизывающий ветер, который тоскливо подвывал, нагоняя и без того гнетущее настроение хасков.

Ночь прошла спокойно, и с первыми лучами утреннего солнца отряд выдвинулся в ущелье. Тропа петляла между скал, то поднимаясь вверх, то опускаясь и теряясь сквозь многочисленные завалы. Похоже, что тропу уже много дней не чистили.

Дэвы с легкостью несли на себе седоков, перескакивая небольшие обломки камней, рухнувших с высоты и раскрошившихся на более мелкие части при падении. Через полдня пути отряд остановился возле небольшой горной речушки.

Один из бойцов направился набрать воды, как вдруг его внимание привлек предмет, лежащий на дне не далеко от берега. Вглядевшись в очертания предмета, хаск резко обернулся и встревоженным голосом позвал остальных.

Отряд подтянулся к берегу и все посмотрели туда, куда указывал их спутник. На дне реки под струящейся водой, застряв в камнях, лежал меч, а его рукоять накрепко сжимала оторванная человеческая кисть.

Илия вошел в ледяную воду и, подняв меч, вернулся с ним на берег. Вокруг него собрались остальные бойцы.

— Это меч хаска из разведотряда. На нем клеймо имперской гвардии, — тихо произнес он, пытаясь освободить мертвую хватку запястья.

— Это рука не была отсечена, — заметил один из бойцов, — сталь не оставляет таких ран.

— Что или кто мог такое сделать? — Поинтересовался стоящий рядом с Илией хаск.

— Похоже на хищника, — ответил Хаврат.

— Никому не разбредаться. Костры жечь не будем. Перекус, небольшой отдых животным и снова в дорогу. Смотреть в оба, мечи держать наготове. — Жестко скомандовал Илия, оторвав, наконец, кисть и швырнув ее, обратно, в реку.

Отряд, молча, разгрузил животных, дав им не большой отдых. Илия выставил двух дозорных, чтобы они могли предупредить об опасности. Хаски забрались на скалы и оттуда обозревали ущелье. Ветер стих и тишину, воцарившуюся в ущелье, нарушал лишь шум реки. Мощный поток, омывая камни и перекатываясь на порогах, устремлялся в противоположном движении отряду. Над ущельем нависли низкие тучи. Казалось, вот-вот начнется дождь.

Спустя час, отряд снова начал движение. Теперь двигались медленно, стараясь производить как можно меньше шума. Большая часть пути была пройдена, благодаря быстрым дэвам. Вскоре ущелье должно было кончиться.