Темный
Шрифт:
Илия внимательно смотрел по сторонам. С одной стороны тропы была отвесная стена, с другой стороны шел обрыв в пропасть, где шумя своими водами, неслась река. Тропа постепенно сужалась. Начальник дворцовой стражи отмечал про себя места возможных засад, но каждый раз все было тихо.
Дэвы начали заметно нервничать. Их приходилось едва ли не силой принуждать двигаться вперед. Казалось, что тревога животных передалась хаскам. Бойцы озирались по сторонам, надеясь вовремя заметить опасность.
Отряд преодолевал одну легу за другой, но ничего не происходило. Илия
Позади отряда приземлились еще две твари, а спереди из-за поворота вышли несколько человек, которые словно заживо сгнили и теперь представляли собой жуткое зрелище. Вышедших из-за уступа мертвецов сопровождала еще одна точно такая же тварь. Бойцы с ужасом переводили взгляды. Все происходящее казалось страшным сном. Два мертвых скалозуба хищно скалились, медленно приближаясь и припав к земле, лупили, по обнажившимся сквозь гнилую плоть ребрам хвостами.
Шестеро мертвецов с мечами в истлевших пальцах, начали сближение, переходя на бег. Третий скалозуб вырвался вперед и стремительно сокращал расстояние, оставшееся до отряда Илии.
ГЛАВА 17
Позади отряда, отрезая путь, к отступлению хрипя и скалясь, две скалозуба устремились к обезумевшим животным и хаскам. По спине Илии прошелся холод. Дэвы практически перестали слушаться. Через несколько мгновений кошки врезались в отряд, сбивая с ног животных и опрокидывая седоков.
Илия вынул клинки и развернул своего дэва в сторону скалозубов. Одна из кошек повалила соседнее животное с седоком и принялась рвать своими мощными клыками плоть. Илия снес телом дэва кошку и, склонившись над ней, ударил мечом. Клинок рассек гнилую плоть, и обезглавленное животное заскребло когтями землю. Дэвы остальных хасков в суматохе подмяли под себя мертвецов. Трое хасков лежали вместе со своими животными на земле.
Крошечный пятачок дороги стал, словно последним рубежом. Бой кипел несколько минут. Скудная, каменистая земля жадно впитывала в себя багровую влагу. Рычание скалозубов перемежалось с предсмертными вскриками дэвов и хасков.
Вскоре на пяточке остались лишь Илия и Хаврат. Мертвецы с помощью скалозубов практически положили весь отряд, но сами тоже легли рассеченные мечами хасков. Илия стоял спиной к спине с Хавратом, единственными выжившими из отряда. Невдалеке от них два оставшихся скалозуба терзали своими мощными клыками последнего дэва и, подняв окровавленные морды, воззрились на двух воинов.
Один глаз, как и клык, одного из скалозубов видимо потерялся в бою. Сейчас мертвый хищник остановил свой взгляд на двух бойцах и, перепрыгнув агонизирующее тело дэва, крадущейся походкой начал приближаться к Илии и Хаврату. Второй тоже, лупя в ярости себя хвостом по бокам, начал
В шее приближающегося хищника торчал клинок одного из хасков, практически пронзивший ее насквозь. Зверь, прихрамывая начал сближение. Когда до воинов оставалось не больше двух метров, скалозуб прыгнул, широко расставив когтистые лапы в воздухе.
Илия и Хаврат разошлись в разные стороны с мечами наперевес. Скалозуб приземлился на пустое место, поднимая когтями каменистую крошку и пытаясь развернуться для новой атаки. Второй скалозуб подкрадывался, прижавшись к земле, норовя улучшить момент для атаки.
Хаврат нанес удар мечом, оказавшись ближе и метясь в голову хищнику. Скалозуб уклонился от удара, отбив его лапой. Сталь звонко дзынькнула о когти. В этот момент Илия сблизился со скалозубом и клинком ударил по рукояти меча, торчащего из шеи мертвого хищника. Меч, разрывая плоть, вспорол шею, выпадывая из образовавшейся раны.
Голова скалозуба дернулась и в следующее мгновение отделилась от тела, упав и покатившись по каменистой земле. Хищник завалился на бок, вспарывая когтями скалистую поверхность площадки, и вскоре затих.
В этот момент второй скалозуб стремительным броском поймал в свои объятия Илию и они, вдвоем, не удержавшись на площадке, рухнули в пропасть. Хаврат подбежал к краю обрыва и увидел лишь большой всплеск воды, который брызгами разнесся по стремительно несущейся реке.
Оглядев площадку, Хаврат закинул меч за спину. Дальше идти смысла не было. Еще одну такую встречу, он не переживет. Обойдя все тела и убедившись, что никого не осталось в живых, Хаврат направился назад, вниз по течению.
Лей-Сан стояла возле окна, глядя, как вечернее солнце садится за горную гряду на западе империи. Где-то там сейчас должен был находиться Илия. При воспоминании о молодом человеке, сердце девушки тревожно сжалось. Отец отправил ее любимого туда, откуда никто не возвращался живым вот уже на протяжении нескольких дней.
В последнее время она очень сблизилась с начальником дворцовой стражи. Казалось, что Илия стал тем источником света, который создавал вокруг нее теплоту и уют. Теперь, когда его не стало, Лей-Сан почувствовала пустоту, словно холодный западный ветер пробил брешь, в, казалось бы непоколебимых стенах их отношений, и теперь ее пробирал озноб, покрывая тело мурашками. Принцесса могла сколь угодно кутаться в теплые меха, но этот озноб было не согреть, ни каким теплым мехом. Только Илия своим присутствием, своим дыханием мог отогреть замерзшую душу принцессы.
Услышав позади себя шорох, девушка обернулась. На пороге комнаты стоял один из приближенных советников ее отца.
— Принцесса, мне необходимо с вами поговорить, — произнес советник, склонившись в учтивом поклоне.
— Я слушаю тебя Сантал, — Лей-Сан отвернулась от окна и кивнула в знак приветствия.
— Речь идет о вашем отце. Я разговаривал с ним, но Император не хочет видеть очевидных вещей. Он слишком любит своих подданных, чтобы заметить угрозу, которая исходит от Совета. — Сантал подошел вплотную к Лей-Сан.