Темный
Шрифт:
Не уверен, что сам смог бы так.
Хотя… также не уверен, что здесь сыграла роль выдержки… скорее это был очередной «тормоз» нашего друга.
Вот этот вариант вероятнее всего.
Конечно, я ему ни сейчас, ни потом об этом не сказал.
— Тогда, К’Антор, у меня к тебе дело. Надо будет проводить наших гостей до входа в Золотую Арку. Сможешь?
— Конечно, — моментально ответил кентавр.
— Отлично. Сегодня располагаемся на ночлег прямо перед лесом, а завтра с утра мы направляемся дальше по пути к Большому Дому, а вы — в лес. Для тебя это займет не более дня пути на всё про всё.
— Понял, — отчеканил К’Антор и командор ушел снова в начало вереницы.
— Отчего такое беспокойство по поводу нашей компании? — поинтересовался
— Хочет подальше вас отвести, — вырвалось у К’Антора. Он тут же осекся и, наклонив голову в знак сожаления о только что сказанном, все-таки соизволил объяснить:
— Понимаешь, — он огляделся по сторонам. Никто не заинтересовался нашим разговором, и кентавр тихо продолжил. — У Большого Дома есть одна штучка…
— Та, за которой вы проделали весь этот путь?
— Да, Лод. Она самая. Так вот она — это символ нашего городка, она — это…
— Короче, она — артефакт, — закончил за него маг.
— Ну… да, — хоть и нехотя, все-таки согласился К’Антор. — Дело в том, что от ее наличия в городе зависит его безопасность.
— «Кубок Разрушителя», — догадался колдун, о чем идет речь.
— Откуда ты знаешь? — удивился кентавр.
— Я много чего еще знаю. Но не стоит отвлекаться, — предупредил его Лодаллес.
— Расскажи лучше, что это вообще такое за артефакт, — попросил Рив.
Монстр не стал сопротивляться и заговорил:
— «Кубок Разрушителя» — мощный артефакт, который по легендам когда-то создал Великий. Он вложил в свое творение добрую часть своей Силы и много веков, а, может, и тысячелетий держал сей предмет под надсмотром Высших. Но перед самой своей смертью Великий решил, что в другой мир артефакт не сможет перейти с ним, а потому он подарил его «слабым» — то есть людям, — монстр нес полнейшую чепуху. Зачем нам пересказ легенды? Нас интересует всего-навсего предназначение этого предмета. Однако он так ладно рассказывал, что я сам невольно заслушался. — Естественно, люди не смогли оправдать его надежд, но об этом Великий уже никогда не узнает. «Кубок Разрушителя» изначально звался «Кубком Созидателя», но так уж получилось, что после нескольких… случаев… — возвышенным голосом рассказывал К’Антор.
— Таких, как Война Сынов, Ледовый раскол и Серый век, — перебил его довольно ухмыляющийся Лод.
— Ну, предположим, можно было и не портить, — возмутился зверь.
— Я просто хочу, чтоб мои друзья знали правду, — беспечно ответил маг.
— Ну, да, все эти случаи произошли из-за «Кубка», — замялся кентавр, но сразу продолжил. — Когда происходила «передача» артефакта в руки простого народа, Великий обмолвился о его сказочных свойствах, помогающих защитить любой город от любой беды. Так вот все правители того времени вдруг посчитали, что артефакт обязательно должен «охранять» их город и никакой другой. В то время как раз прошла Война Сынов за обладание «Кубком». Все, наверное, знают, что привела она лишь к гибели всех участников, и артефакт не достался никому. Долгое время «Кубок Созидателя» считался утерян, но уже спустя несколько веков произошел Ледовый раскол, и опять же из-за обладания артефактом. И вновь после гибели всех участников и инициаторов долгое время предмет никто не видел и ничего о нем не слышал. Однако, когда началась эпоха демонов, названная Серым веком, пошел слушок, что и тут не обошлось без творения Великого. Среди простого народа пошли слухи о том, что Великий заключил в предмет страшное проклятие, наказывающее «неверных» воле колдуна. Сильные мира сего не выдержали, собрались и решили уничтожить артефакт, дабы впоследствии не вызывать склок вокруг него опять. Тогда и стал «Кубок Созидателя» — «Кубком Разрушителя», потому как вокруг него не было никаких «созиданий», а лишь только «разрушения». Но каким-то чудесным образом артефакт прямо перед церемонией публичного уничтожения был утерян. Народу сказали, что его уничтожили, дабы не вызывать панику среди простого люда. А властители того времени несколько ближайших
— Да, а Лехот после этого долго не прожил, — вставил Лодаллес.
— Считается, что его «убрали», как слишком много знающего, — в этот раз кентавр не возникал за добавление.
— А как «Кубок Разрушителя» попал в руки кентаврам? — не понял я.
— Никто не помнит, но опять же по легенде его принесли в дар нашему народу в благодарность за поддержку во время Серого века. У предмета остались кое-какие Силы, и он с тех пор находится в Большом Доме.
— Как же вы умудрились его проворонить?! — усмехнулся колдун.
— А это уже совсем другая история, — тоже усмехнулся К’Антор. — Глупо получилось. Видишь ли, мы ведь такой народ… все нас считают грубыми, неотесанными, гордыми и ненавистными, особенно к «слабым». Потому у нас проблем с этим не возникало. Конечно, бывший артефакт неоднократно пытались спереть особо строптивые, но со всеми желающими разговор у нас был прост и короток. Банда на Лошадином Переходе однажды получила по первое число, но больше нас не трогала. После того, как старой банды разбойников совсем недавно не стало, — на этом месте мы все потупили взгляды и промолчали. — Появилась другая, состоящая из недоростков молокососов. Они лазили по окрестностям в поисках чего интересного, но на свою голову забрели на нашу территорию. Естественно, охраны — никакой. Мы самонадеянно давно не ставили страж вокруг города. Короче, эти козлы польстились на большую «халяву» и взяли только самое-самое. По их скромному мнению, конечно.
— Представляю, что было, когда эта новость дошла до главных, — улыбнулся Рив.
— О, да! — почесал живот К’Антор. — Это было «весело». А’Арон был в бешенстве. Он моментально послал отряд…
— Ну, да, — тихо пробормотал Лод. — Мы видели их «отряд»…
— … на поиски подарка. Теперь, когда «Кубок» вновь займет свое место, охрана, наверняка, будет стоять круглосуточно.
— Начнутся наряды вне очереди… — протянул вампир.
— О, не говори мне про это! — отмахнулся К’Антор. — Мы с ребятами уже все нервы себе поистрепали этими новостями.
Всю оставшуюся дорогу мы провели в неспешной бессмысленной, но от этого такой приятной беседе! К’Антор рассказывал про жизнь на службе, про прелести охоты, и про многое другое, выкладывая абсолютно бесполезную информацию.
Переходя с травяных участков земли на лавовые, и обратно, он замечал то, на что мы не обращали внимание: трещинки там сложились в причудливый узор, а тут попалась редкая травка, и так далее. И каждое событие сопровождалось небольшим, иногда поучительным рассказом. Мне нравилось, как зверь рассказывал: ненавязчиво, интересно, захватывающе. Благодаря такому спутнику долгая дорога показалась легким путешествием.
Лао все это время «окучивала» вампира, уговаривая взять ее с собой на край света. Рив сначала улыбался, отшучивался, потом, видимо, мелкота ему конкретно надоела и начал отмахиваться в прямом смысле слова. Вытьянка злилась и кружила над клыкастым еще долгое время, пока не устала и не присела на мое плечо.
— И чего он такой пугливый? Прямо недотрога! — сетовала она.
К вечеру и правда, как сказал командор, наш отряд был под самым лесом Познания. Остановились на ночлег, предварительно опять раздав всем по порции каши с кусками мяса. По вкусу похоже было на птицу, но я точно не знал. Лао принесла откуда-то Риву спелую ягоду кириза. Убей, не знаю, где она ее откопала! Вампир был доволен некоторое время, но малышка от своего не отступала, и уже через час опять обиженно надувала губки, сидя у меня на плече.