Тень Деадримма
Шрифт:
– Идем, Эльвен. За день мы точно должны успеть вспомнить все основы и освоить пару приемов.
– Слушаюсь и повинуюсь, учитель, – пошутила женщина. Друзья посмеялись вместе с ней.
Глава 9
– Еще примерно день, и наши войска достигнут границ Маэнварта! – сообщил новость Деадримму разведчик в черном плаще и капюшоне.
Деадримм сидел на большом камне. В руках он держал кольцо, которое до недавних пор принадлежало Дэйвахату.
– Хорошо, мне надоело смотреть, как рыцари крушат мелкие поселения. Впервые за столько дней на пути нашем окажется серьезный противник. Волчий и каменный люд – достойные враги. Посмотрим, сколько они продержатся.
– Что
– Сил у нас хватает и на то, и на другое. Отправь несколько сотен рыцарей на главную дорогу в сопровождении пустынных рыцарей. Пусть они заставят бежать трусов обратно в родной город. Нужно посеять хаос и панику в Маэнварте. Будет интересно понаблюдать за тем, как с этим справится лидер ополчения.
– Да, владыка, я сейчас же отправлю рыцарей на главную дорогу, – ответил разведчик, и растворился, оставив после себя сгусток черного дыма.
– Скоро падет твое королевство, Хэмерит. Пришла пора ответить тебе за грехи предков твоих, – с этими словами Деадримм встал, и вышел из мрачного шатра, освещаемого синими огнями факелов на поле, усеянном сотнями палаток. Конца и края не было видно палаткам, большинство из них пустовали из-за армии рыцарей, что в скором времени атакует Маэнварт. После падения столицы королевства все силы Деадримма вновь вернутся сюда, на поле с победными криками и боевыми трофеями.
За несколько дней силы восставшего владыки окутали тьмой западное королевство. Если остатки южного королевства уничтожают сами себя в кровавых междоусобицах, в случае с Дэстирном так не выйдет, союзники королевства активно будут отстраивать оборону вокруг своих границ и по возможности объединятся с соседями.
Тем временем в Маэнварте активно проходила подготовка новобранцев к предстоящей битве за город: их обучали лучшие специалисты среди ополчения. Эйхар, Харедайн и Эльвен решили найти спокойное место недалеко от поселения пиромантов, где помогли Эльвен вспомнить основы владения холодным оружием. Друзья купили легкую защиту у местного бронника, что помогал одевать защитников города. Невысокий камнелюд с радостью согласился им помочь, и сделал женщине легкую броню из прочной кожи с металлическими пластинами в области туловища, спины, плеч и ног. В броне Эльвен теперь была похожа на воинственную женщину, прошедшую через множество битв. Ее старую крестьянскую одежду она решила сжечь, ибо все это иногда напоминало ей о былой жизни простой крестьянки. В свои 39 лет Эльвен никогда не была замужем: всю свою жизнь она посвятила уходу за домом приемного родителя, где планировала прожить старость в одиночестве. Будучи молодой, ей пришлось испытать боль от предательства любимого мужчины. С тех пор женщине не хотелось ничего, кроме спокойной жизни в одиночестве. Случайное вторжение рыцарей Деадримма в деревню на нейтральном кусочке земли между Йофиром и Дэстирном изменило ее жизнь: она узнала о своей необычной биографии, о предназначении, что должна исполнить, ради чего ей необходимо было бросить деревню и всех, кем она дорожила. В первые дни после уничтожения родного дома ей было очень тяжело: Эльвен держала путь в Дэстирн, преисполненная страхом. Нападение на деревню случилось, когда в Кинереде вести о пришествии Деадримма были только слухами, а его армия только готовилась штурмовать границы южного королевства. Все мелкие поселения на нейтральных землях были уничтожены, и на их месте темные рыцари возвели небольшие штабы, откуда велся сбор информации о ситуации в королевствах. И хотя
Пока было время, Эйхар с Харедайном решили быстро обучить Эльвен нескольким приемам. В поселении пиромантов они нашли просторный двор, окруженный четырьмя угловатыми домами. Место оказалось безлюдным и идеально подходило для проведения тренировок. Во время обучения Эйхар рассказывал Эльвен, как обрести гармонию и сосредоточенность внутри себя во время битвы, а Харедайн на самодельном манекене научил ее наносить свои фирменные удары оружием, руками, и ногами. Обучение продолжалось с середины дня до самого вечера, когда солнце частично скрылось за горизонтом. За это время Эльвен удалось вспомнить базовые тренировки с приемным отцом, когда он учил ее, совсем юную, махать мечом.
Тем временем, в Маэнварте повсюду загорелись огни факелов, освещая даже пустые улицы. Ближе к ночи троица услышала вдали испуганные крики и мольбы о помощи, доносящиеся со стороны площади.
– Придется нам прервать обучение, – сказал Эйхар остальным.
– Удары ты теперь наносишь сносные, но мы еще поработаем с тобой над техникой приемов против вооруженных врагов, – сказал Харедайн Эльвен.
– Надеюсь у нас будет время на дополнительные тренировки… мастер Харедайн, – улыбнулась ему женщина. Последние слова прозвучали, как шутка, на что воин отреагировал громким смехом.
Троица вышла из двора, и оказалась на одной из улочек поселения, где туда-сюда бегали пироманты. Одни забегали в свои дома за снаряжением, другие давали указания родным в случае нападения, третьи одевали доспехи и проверяли перчатки для защиты рук от пламени. Паника, возникшая на площади, подняла на уши весь город: со всех его концов стекались ополченцы, чтобы узнать, что стало причиной шумихи.
Дойдя до площади, троица увидела следующую картину: посреди нее перед Заенгаром и его товарищами стоял сородич – волколюд с темной шерстью и в потрепанной крестьянской одежде. С головы до ног он был покрыт пылью и грязью. В его глазах был виден ужас, свидетелем которого ему невольно пришлось стать. Позади него стояла толпа тех, кто решился своевременно покинуть Маэнварт. Все они были напуганы: матери пытались успокоить плачущих детей, старики горевали от увиденного, а мужчины были преисполнены страхом и гневом.
– Деадриммовы рыцари напали на крестьян на главной дороге. Многих убили! Нам еле как удалось спастись. Видели бы вы все своими глазами. Они резали без пощады… А дети… – не выдержал волколюд, и из глаз его полились слезы. Далее он заговорил завывающим голосом. – Всех мечом, проклятые ублюдки. Им неведомо милосердие! Будь проклят Хэмерит, ибо он допустил, что его подданные вынуждены сами себя защищать!
– Тут и твоя вина тоже, брат. В час смутный ты ринулся покидать стены родного дома, что защищали тебя. Я буду вместе с тобой скорбеть о погибших, но в этом виноват не только Хэмерит… – сурово ответил сородичу Заенгар. Он отдал указание помочь выжившим, и закрыть врата в город. Ополченцы видели измученных и напуганных крестьян, бежавших из города, и с ужасом начали понимать, насколько жесток их враг.
– Быть того не может! Сокрушу каждого из них, изничтожу… – возмутился Харедайн. Последние слова были сказаны с особой яростью, что напугало рядом стоявшую Эльвен. – Жестокости Деадримму не занимать. Одного я не пойму, почему Шинкору говорил нам о неоднозначности Деадримма. Мы становимся свидетелями его жестокости и для нее нет разумного объяснения! – сказал Харедайн.
Конец ознакомительного фрагмента.