Тень души 4

Лавров Алексей Юрьевич

Дома поработал над курсовым проектом, устроил себе обычную тренировку. Потом помог Асе приготовить ужин, и приехали родители. Мама на меня только очень внимательно посмотрела, с расспросами спешить не стала. Поужинали молча, и лишь за чаем она строго спросила, что у меня случилось. Ей позвонили с незнакомого номера и сказали, что у меня проблемы.

У меня было достаточно времени, чтобы сочинить правдоподобную историю. Сказал, что на дороге столкнулся с возомнившими о себе автохамами. Им не понравилась моя манера вождения, моё

лицо, и вообще они не любят мотоциклистов. По ходу конфликта я не пострадал, но повредили мотоцикл, и разбился телефон. Вот какой-то участливый немец остановился помочь и позвонил ей по моей просьбе. Вроде как, я помню только её номер.

– Но он сказал, что у тебя проблемы со стрельбой, – строго сказала мама.

– Ну, пытался там один попасть в меня из травматического пистолета, – пожал я плечами. – Немец, может, неуклюже выразился.

– Ты заявил в полицию? – поджав губы, проговорила мама.

– Была полиция, – ответил я. – Потому я и попросил позвонить тебе. От дедушки приехал серьёзный дядька и всё с полицейскими порешал, меня отпустили.

– Мы живём в правовом обществе, – холодно сказала она. – И очень плохо, что ты этого ещё не понимаешь.

«Интересно, а дедушка понимает»? – подумал я, но вслух, конечно, ничего отвечать не стал.

– А мотоцикл твой сильно сломали? – вдруг спросила мама.

– До завтра обещали починить, – сказал я.

– Жаль, – вздохнула она. – Хорошо, что хотя бы день будешь ходить по-человечески.

Папка всё время молчал, а тут в знак солидарности печально вздохнул. История моя его, понятно, нисколько не тронула, но отношение к мотоциклу всё-таки выразил. Как будто не он с Вадиком помогал его переделывать под управление с тактического вирт-шлема! Типа он не думал, что я на самом деле буду на нём ездить!

Хотя это не лицемерие, люди действительно умудряются не думать о том, о чём думать не хочется. Допили чай, пошли слушать хоровое пение по-немецки. Мне оно последнее время даже стало нравиться. И маме приятно, что мы с папкой культурно развиваемся.

В начале девятого я заказал такси и отправился в НИИ. Предъявил строгому деду на вахте пропуск и полез за телефоном. Набрал Дениса, он сразу взял трубку.

– Алё, ты где? – спросил я.

– Дома, – ответил он. – Я не буду больше в это играть.

Вот те на! Денис, кажется, решил изменить свою жизнь.

– В университет хоть приедешь? – уточнил я.

– Да, – сказал Денис.

– Тогда завтра обсудим после занятий, – полувопросительно проговорил я.

– Хорошо, – сказал он и выключил связь.

Я прошёл через посты охраны, вошёл в кабинет и уселся в кресло перед монитором. Потёр подбородок, глядя на символы на экране. Если Денис сейчас пропустит сеанс, система засчитает ему провал миссии…

Стоп. Отец сказал, что кто-то из нас сегодня после обеда входил в игру, и это точно был не я. Наверное, Деня думает, что Лена погибла из-за него… но это мы

ещё обсудим. Сейчас же важно только то, что он может и завтра вернуться в игру.

Я включил капсуле режим готовности, крышка с тихим жужжанием открылась. Прошёл к кушетке, разделся, улёгся в капсулу. Рябь настройки, приветствие. И сразу пожелал выйти. А то ж если заиграюсь, персонажа Дениса успеют похоронить. Да мне и требовалось только обновить паузу.

Перебьюсь денёк без игры, займусь учёбой…

* * *

Денис вовремя приехал в университет, выглядел как всегда спокойным. На лекциях сидел с Лёшей и Серёгой, писал конспекты. На перемене между парами Оля сказала мне:

– Странно, Лены нет. И телефон у неё выключен.

– Она умерла вчера, – проговорил я.

– Как?! – тихонько воскликнула Оля.

– Во время съёмок блога, – ответил я. – Мне отец сказал. А Вадик рехнулся, бедняга.

– Ужас! – прошептала Оля.

Я согласно кивнул. Мы помолчали немного, и Оля неуверенно проговорила:

– И что нам делать? В клане же должно быть, минимум, три участника.

– Пригласи кого-нибудь, – ответил я.

– Я подумаю, – сказала Оля.

После лекций пошёл с Денисом в студенческую столовку. Взяли обед, поели в молчании. За компотом он заговорил:

– Я действительно больше не хочу в это играть. В самом широком смысле. Ты, наверное, догадываешься, что я пошёл в университет в основном, чтоб откосить от армии. Потом старая наша стратегия, блог этот дурацкий казались такими важными! А дальше наш жуткий проект…

Он похлебал компоту и продолжил ровным тоном:

– И вот погибла Лена. Вчера я думал забрать документы, но сегодня решил всё-таки закончить курс, а после идти в армию.

– Твоё дело, – проговорил я. – Просто интересно, что тебе так разонравилось в игре.

Денис хмыкнул и сказал весело:

– Знаешь, сначала я думал ничего тебе не объяснять, просто послать в задницу.

Он сделал серьёзное лицо и продолжил мрачно:

– Но я всё-таки ударил тебя в спину. И встал перед врагом на колени. Тогда я считал, что у меня не было выбора, что я нашёл верное решение. Ты вернулся в игру и убил меня… то есть моего персонажа. И я решил, что должен тебе отомстить…

Я понимающе покивал.

– Ты не понял! – чуть повысил Денис голос. – Я хотел тебя грохнуть на самом деле!

– Всё я понял, – ответил я. – Было прикольно за тобой наблюдать.

Денис удивлённо на меня уставился. Помолчав, снова хмыкнул и продолжил спокойнее:

– Я занялся спортом. Вернулся в проект, начал новую миссию. Недавно она закончилась, – он поморщился. – И закончилась она в пыточном подвале. В общем, я передумал тебе мстить. Ничего никому не хочу доказывать. И главное, я понял, как был неправ тогда… когда ударил тебя в спину.

– А других смыслов, кроме мести, ты в игре не видишь? – удивился я.