Тень Гегемона
Шрифт:
– Надо быть готовыми уезжать сразу после имплантации, – сказала Петра.
Если Ахилл с самого начала всем командовал, то он вполне мог сохранить свою прежнюю сеть и знал точно, где они и что делают.
– Меня с тобой не будет, – сказал Боб, – я буду брать билеты. Пусть охранники будут с тобой в одной комнате.
– Нет, – не согласилась Петра. – Но прямо за дверью.
Она первой пошла в душ, и, когда Боб вышел из ванной, она уже собралась.
– Еще одно, – сказала она.
– Что? – спросил Боб, складывая пожитки в сумку.
– Билеты –
Он перестал паковаться и посмотрел на нее:
– Понимаю. Ты получила от меня, что хотела, и теперь уходишь.
– Ага, – нервозно рассмеялась она. – Ты же мне всю дорогу твердил, что нам вместе путешествовать опасно.
– И теперь, когда у тебя в животе будет мой ребенок, тебе не обязательно быть со мной.
Боб улыбался, но Петра знала, что под шутливыми словами таится истинное подозрение.
– Что бы Виггины ни сделали, поднимется жуткий переполох, – сказала Петра. – Я запомнила твои тайники, а ты запомнил мои.
– Я их тебе дал, – поправил Боб.
– Соберемся снова где-то через неделю, – сказала Петра. – Если я похожа на свою мать, меня будет тогда уже выворачивать наизнанку.
– Если имплантация пройдет успешно.
– Мне каждую секунду будет тебя недоставать.
– Видит Бог, мне тебя тоже.
Она знала, как это для Боба больно и страшно. Разрешить себе полюбить ее так сильно, чтобы без нее ему было плохо, – это для него очень серьезно. И две женщины, которых он позволил себе полюбить, были убиты.
– Я никому не позволю причинить вред нашему ребенку, – сказала она.
Он подумал, и лицо его разгладилось.
– Этот ребенок, быть может, лучшая для тебя защита из возможных.
Она поняла и улыбнулась:
– Да, они не убьют меня, пока не увидят, что получается из этого младенца. Но это не защита от похищения. Меня могут украсть и держать под замком, пока он не родится.
– Если ты и ребенок будете живы, я приду и вас вытащу.
– Это меня и пугает. Из нас могут сделать приманку в капкане.
– Слишком далеко заглядываем, – сказал Боб. – Они нас не схватят, ни тебя, ни меня. А если схватят – что ж, разберемся и с этим.
Они собрали вещи, обошли комнату еще раз, проверяя, что ничего не забыли, не оставили следов, указывающих на них. Потом они поехали в больницу к ребенку, который там их ждал, к цепочке генов, объединенных несколькими недифференцированными клетками, готовыми угнездиться в чреве и начать всасывать питательные вещества из тела матери, начать делиться и различаться, формировать сердце и внутренности, руки и ноги, глаза и уши, рот и мозг.
10. Левое и правое
Тереза проснулась в четыре утра, когда Джон Пол вышел отлить. Ее начинало тревожить, что он уже не выдерживает всю ночь. Он еще слишком молод для неприятностей с простатой.
Но сейчас ей мешали заснуть не проблемы мужнего мочевого пузыря. Ее взволновало письмо от Питера, сообщающее, что Ахилл не делает абсолютно ничего, кроме того, что ему поручалось.
Это невозможно. Никто не может делать только то, что от него ожидается, и ничего больше. У Ахилла должен быть какой-то друг, какой-то союзник, контакт, которого надо было известить, что он уже не в Китае и вне опасности. У него была сеть информаторов и агентов, и, как он показал, когда перебрасывался из России в Индию и в Китай, он опережал всех на шаг. Китайцы в конце концов раскопали его сеть и закоротили ее, но это не значило, что Ахилл не продумал свой следующий шаг. Так почему же он ничего не делает, чтобы его осуществить?
Возможностей, конечно, было больше, чем перечислил Питер. Может, у Ахилла есть средства обойти электромагнитный щит, окружающий комплекс в Риберао-Прето. Конечно, он не мог бы привезти такое устройство с собой из Китая, и даже если предположить такую возможность – прибор обнаружили бы во время приема первой же его ванны в Риберао-Прето. А Питер был убежден, что такого устройства быть не может. Допустим, что он прав.
Может быть, следующий шаг Ахилл сделает, лишь оставшись в полном одиночестве.
Возможно, что-то он сумел провезти в Бразилию в собственном теле. Интересно, камеры наблюдения не показали, как он копается в извержениях собственных кишок? Наверняка Питер это проверил.
Пока она думала, Джон Пол вернулся из туалета. Но и он тоже не захрапел снова.
– Ты не спишь? – спросила она.
– Извини, что разбудил.
– Я все равно не сплю.
– Зверь? – спросил он.
– Мы что-то упускаем, – сказала Тереза. – Не мог он вдруг стать верным соратником Гегемонии.
– Мне тоже не заснуть, – ответил Джон Пол.
Он встал и прошлепал босиком к компьютеру. Слышно было, как он что-то набирает на клавиатуре, и Тереза знала, что он проверяет почту.
Рутинная работа, но лучше, чем лежать и пялиться в темный потолок. Она встала, взяла со стола ноутбук, вернулась с ним в кровать и тоже стала просматривать почту.
Одно из преимуществ положения матери Гегемона – не надо отвечать на скучные письма. Их можно переправить секретарям Питера, поскольку в основном в них содержатся попытки использовать ее предполагаемое влияние на Гегемона и уговорить его поступить так или иначе.