Тень Гегемона

Кард Орсон Скотт

Петру замутило, но она ничем этого не показала. Он слышал, как она сказала Вирломи: «Я – Брисеида»? И кого он имел в виду, когда вспоминал Гектора?

– Либо скажи, что хочешь сказать, либо не говори, – предложила Петра.

– Ну, не притворяйся, что ты не читала на всех форумах статьи о Брисеиде, Гиневре, всех прочих этих романтических героинях, которые попадали в плен к грубым мужланам.

– Так что?

– Ты же знаешь, кто их писал, – сказал Ахилл.

– В самом деле?

– Ах да, я забыл, ты не любишь

играть в угадайку. Ладно: их писал Боб, и ты это знаешь.

Петра почувствовала наплыв непрошеных эмоций – и подавила его. Если эти статьи были написаны Бобом, значит он уцелел при всех прошлых покушениях. Но это значит, что Боб и был «Гектор Победоносный», и игривая аллегория Ахилла сообщала, что Дельфики точно был в Бангкоке и Ахилл его там нашел и предпринял еще одну попытку. И Боб погиб вместе с Сурьявонгом.

– Приятно, когда ты мне говоришь, что именно я знаю. Не приходится самой напрягать память.

– Я знаю, девочка, что разрываю тебе сердце. Самое смешное, милая моя Брисеида, что Боб – это побочная выгода. С самого начала нам был нужен именно Сурьявонг.

– Отлично. Поздравляю. Ты гений. Готова сказать еще что угодно, чтобы ты заткнулся и отпустил меня ужинать.

Говорить с Ахиллом грубо – это была единственная иллюзия свободы, которую Петра сумела сохранить. Кажется, это его забавляло. К тому же Петре хватало ума не делать этого при посторонних.

– А ведь ты всем сердцем верила, что Боб тебя спасет? – спросил Ахилл. – Вот почему, когда старина Графф направил свой глупый запрос, ты подтолкнула эту глупышку Вирломи попытаться ответить Бобу.

Отчаяние овладело Петрой. Ахилл действительно за всем следит.

– А как ты думала? Питьевой фонтанчик – самое лучшее место для жучка.

– Я думала, у тебя есть более важные дела.

– Ничего в моей жизни нет важнее тебя, девочка, – сказал Ахилл. – Если бы я только мог привести тебя в свой шатер.

– Ты меня похитил уже дважды. Ты следишь за мной, где бы я ни была. Не знаю, как еще глубже зайти в твой шатер.

– В мой шатер, – повторил Ахилл. – Ты все еще мой враг.

– Ах, я забыла. Я должна желать радовать своего победителя, должна отказаться от своей воли.

– Если бы это мне было нужно, Петра, я бы велел тебя пытать, – сказал Ахилл. – Но я не хочу идти этой дорогой.

– Как это великодушно!

– Да нет. Если я не смогу привлечь тебя на свою сторону свободно, как друга и союзника, я тебя просто убью. Я не любитель пыток.

– Сначала воспользовавшись результатами моей работы.

– Но я ими не пользуюсь, – возразил Ахилл.

– Да, ты прав. Сурьявонга больше нет, и тебе не приходится бояться реального сопротивления.

– Вот именно! – засмеялся Ахилл. – Ты все поняла.

Это значило, что она не поняла ничего.

– Очень легко обмануть человека, которого держат в клетке.

Я знаю лишь то, что сообщаешь мне ты.

– Но я сообщаю тебе все, – ответил Ахилл. – Если у тебя хватит ума сделать правильные выводы.

Петра закрыла глаза. Она думала о бедняге Сурьявонге. Всегда был такой серьезный. Он сделал все, что мог, для своей страны и был убит своим начальником. Знал ли он об этом? Будем надеяться, что нет.

Если думать только о бедняге Сурьявонге, можно не думать о Бобе.

– Ты не слушаешь, – заметил Ахилл.

– Да? Спасибо, что сказал. Я думала, что слушаю.

Ахилл хотел было что-то еще сказать, но передумал и наклонил голову. Слуховой аппарат у него в ухе был связан с радиоприемником терминала. Кто-то что-то ему сообщал.

Ахилл отвернулся к терминалу, что-то ввел с клавиатуры, что-то прочел с экрана. На лице его не отразилось никаких эмоций, но что-то изменилось, потому что он был в приятном расположении духа и улыбался, пока не поступил этот доклад. Что-то там случилось. И Петра его теперь достаточно хорошо знала, чтобы различить признаки гнева. Или – она надеялась – страха.

– Они не погибли, – сказала Петра.

– Я занят, – сухо отрезал Ахилл.

Она рассмеялась:

– Но ведь это тебе сообщили? Твои убийцы снова облажались, Ахилл. Если хочешь, чтобы что-то было сделано как надо, – сделай это сам.

Он отвернулся от экрана и посмотрел ей в глаза:

– Он послал письмо из казармы своего отряда. Конечно, чакри это увидел.

– Не убит, – сказала Петра. – Он опять тебя сделал.

– Еле-еле спасся, а мои планы даже на волос не поколебал, это вряд ли можно назвать…

– Да ладно, ты же знаешь, что он тебя вышиб из России сапогом под зад.

Ахилл поднял брови:

– Значит, ты признаешь, что послала ему шифровку?

– Бобу не нужна шифровка, чтобы тебя обставить.

Ахилл встал со стула и подошел к Петре. Она напряглась, ожидая пощечины. Но он вместо этого толкнул ее ладонью в грудь, опрокинув вместе со стулом.

Петра ударилась затылком об пол. В глазах помутилось, замелькали искры. Потом накатила волна тошноты и боли.

– Он послал за своей дорогой Карлоттой, – сказал Ахилл лишенным эмоций голосом. – Она летит к нему за полмира. Правда, очень мило с ее стороны?

Петра едва воспринимала его слова. У нее была единственная мысль: только бы не повреждение мозга. В этом вся ее суть. Лучше умереть, чем утратить талант, который делает ее тем, что она есть.

– Но это дает мне время подготовить сюрпризик, – сказал Ахилл. – Надеюсь, Боб сильно пожалеет, что остался в живых.

Петра хотела что-то ответить, но не могла вспомнить что.

– Что ты говоришь?

– Ах, головочка кружится, бедная Петра? На этом стуле осторожнее надо, когда на спинку откидываешься.